Принцесса. Наследник Неблагого Двора

Глава 4

Медленно моргнув и растянув губы в подобии улыбки, я посмотрела в глаза Советнику, который держал рукой портьеру и навис надо мной. Вот странно, брат остался как-то в стороне, а я прямо под ним!

– Принцесса, – послышался вкрадчивый шёпот, от чего по моему телу пробежал табун мурашек, – я же просил вас... Сделать мне одолжение... И не попадаться мне на глаза... – шептал Советник, пока я всё сильнее вжималась в стену. Было в этом что-то настолько привычное и даже сакральное, что я не боялась подобного, а получала от этого удовольствие.

– Это невозможно, Советник, пока мы проживаем в одном дворце... Но вы всегда можете съехать, – прошептала я так же тихо и пробежалась пальцами по кромке его камзола, совсем чуть-чуть не доходя до оголённой кожи.

– Это было бы вполне реально, принцесса, если бы за вами не гонялся по всему дворцу разъярённый брауни, – усмехнулся он, безразлично скользнув взглядом по моей руке, – И да... Я был здесь, я здесь и я буду здесь даже тогда, когда ваш брат будет назначен новым королём. Кто вы такая, чтобы указывать мне, где мне быть? – в ту же секунду дружелюбная усмешка превратилась в оскал, от чего я хрипло рассмеялась, смотря прямо ему в глаза.

Тряхнув длинными волосами, Советник отстранился и быстрым шагом направился прочь, пока я стояла и смотрела ему вслед, прикусив нижнюю губу. Мне ты указывать не будешь...

– Мне кажется, или от споров с тобой он получает какое-то извращённое удовольствие? – изогнул бровь брат, а я медленно оттолкнулась от стены и, позволив ему взять меня под руку, пошла с ним вперёд, к покоям.

– Он получает извращённое удовольствие от всего того, что делает. Если что-то ему нервишки не щекочет, то он этим и не занимается, – безразлично пожала я плечами, даже не собираясь гадать, какие именно эмоции Советник получает от общения со мной.

Потому что подобное заводит меня в совершенно не ту степь...

Между тем, острые уши брата дрогнули – он что-то услышал. Резко и неожиданно развернувшись, он уставился на то, как из-за угла выбегает одна из его наложниц, Ари, кажется, и с визгом кидается ему на шею. Сидхэ была поразительно прекрасна – рыжие, как пламя волосы, голубые, как лёд, глаза и невероятной красоты полу прозрачное голубое платье, струящееся по идеальной фигуре. Подняв брови, братец едва сумел снять её с себя.

– Илири? – а, нет, другая. Точно, у Ари же золотые волосы, чего это я? – Ты чего? – недоумение в его словах было совершенно ненаигранным.

– Я так по тебе соскучилась, – сидхэ с невероятно обольстительной улыбкой на губах скользнула ладонью по его щеке, а потом вниз, по шее, и ещё ниже, на грудь... Изогнув бровь, Лиан прервал стремительное путешествие её ладони и снял с себя её руки.

– Я потом к тебе загляну. Завтра, – шепнул он, но наглая девица всё равно прижалась к нему.

– А я хочу сейчас... – добавила она плаксивых ноток в голос, но тут же отстранилась, едва ли не отпрыгнула, почувствовав недовольство брата – его сила разлилась вокруг, тёмная, злая и невероятно мощная, ведь он – наследник, пусть и полукровка, – Ну чего ты?..

– Ты прекрасно знаешь, что мой день расписан по часам и даже по минутам. И сейчас у меня время отдыха, которое я всегда всецело посвящаю сестре. К чему эта демонстрация, Илири? – девушка потупилась и стала заламывать руки, разглядывая мозаику на полу. А я заметила, как стали вять алые цветы, наиболее чувствительные к вспышкам гнева вокруг. Даже дёрнула Лиана за рукав, чтобы он тоже это заметил и хоть немного успокоился. Заметив эти метаморфозы, брат тяжело выдохнул и отмахнулся от сидхэ, – Иди в свои покои и не маячь перед глазами. И да, сегодня очередь Ари! – вновь взяв меня под руку, брат потянул меня вперёд.

Вскоре мы, смеясь, ввалились в мои покои, где Ева, служанка-человек, расчесывала свои золотистые кудри. Это был мой приказ, – я хотела, чтобы вокруг меня было прекрасно всё. И даже она. Даже человек.

Вздохнув, я села в роскошное черное кресло с золотой вышивкой и посмотрела на своё отражение в зеркале. Розовая пышная коса сейчас висела сбоку, прекрасно оттеняемая черными, как сама ночь, петуниями, и гармонирующая с поразительной бледностью моего лица. Иные сказали бы, что внешностью я совершенно ничем не отличаюсь от людей, но... Моя красота была слишком идеальной по их меркам, каждое движение – слишком плавным, каждая улыбка – точным оружием.

И каждый из нас был таким же. Мой брат, если бы не острые уши и алые рубины глаз, тоже походил бы на человека, даже больше моего. Советника можно было бы отнести к этому же слою фэйри. Отца сюда же. Его новую пассию Вайнтер... Хотя нет. Та ну уж слишком белая!

– Можешь быть свободна, – неопределённо махнул рукой Лиан, после чего Ева поклонилась и вышла, а я, расслабленно улыбнувшись, позволила ему расплести мою косу, – Тебе не кажется, что ты слишком много ей позволяешь? Возвышаешь над другими слугами... Позволяешь пользоваться своими вещами... А ведь ещё недавно люди отрезали нам крылья, – с тихим шелестом петунии упали на стол и мне на колени, почти слившись с черным бархатом платья. Ласково расчесав волосы, брат выделили две пряди и закрепил их сзади заколкой, чтобы розовая копна не мешалась, а после воткнул одну из петуний мне в причёску, у виска.

– Всего лишь заставляю её причёсываться, не бью и не истязаю, – пожала я плечами, медленно встав, после чего направилась на балкон, – она для меня всё ещё никто. В конце концов, почему ты не воспринимаешь её, как куклу, которую одевают, моют, обувают и причёсывают, чтобы она радовала глаз?