Принцесса. Наследник Неблагого Двора

Глава 23

Я замерла, глядя на Советника взглядом, в котором ничего явно нельзя было прочитать – слишком много там всего было намешано.

– Изворачиваться не буду: я пришла сюда… За книгой… – мой выдох получился рваным и неестественным, а сердце с поразительной силой грохотало, ударяясь о ребра так, будто вот-вот выскочит из груди.

– Вот за этой? – насмешливо фыркнул сидхэ, потянувшись к верхней полке и сняв оттуда пыльный толстый фолиант с изображенным на его обложке кинжалом, увитым терновыми лозами. В ответ на этот вопрос и выжидающий взгляд фэйца я лишь пожала плечами, тем самым заставив его поднять брови в немом удивлении.

– Я… Я не знаю… – прошептала я на грани смеха и истерики. От чего-то я стала слишком чувствительной в последнее время… – Хочешь – не верь, но я понятия не имела ни что в ней, ни как она выглядит…

Изо рта Советника против воли вырвался хриплый смех, тут же сменившийся льдом, нет, даже сталью в прекрасных серо-зеленых глазах, а его лицо приняло настолько бесстрастное выражение, что я невольно согнулась пополам и, обхватив себя руками, безумно рассмеялась.

– Лесси, моя Лесси… – прошептал он, подойдя ко мне и, положив ладонь на мою голову, стал ласково перебирать волосы, пока я пыталась не заплакать. Фэйри плакать нельзя, и не по нормам или правилам… Просто, в зависимости от того, какой эмоцией эти слезы наполнены, такие свойства они и приобретут. А сейчас во мне просто всё болело, горело будто в огне… – Моя Алессандра… – грубо накрутив мои волосы на пальцы, Геральт дёрнул их вверх, заставив меня поднять голову и посмотреть прямо ему в глаза, – Разве этому я тебя учил?

Ярость в его голосе ушла, оставив лишь вкрадчивый шёпот, больше напоминавший, правда, лезвие, обернутое в бархат.

А у меня внутри будто эхо повторялось: «Моя Алессандра… Я тебя учил». Моя Алессандра… Учил…

В тот миг во мне окончательно что-то треснуло и по щеке действительно скатилась слеза. Упав на ковер, она застыла там льдинкой из-за всей этой огромной боли, что скопилась в ней одной. Впрочем, Советнику было плевать.

– Я тебя спрашиваю! – перехватив, то есть переместив руку с моей головы на плечо, Геральт потащил меня обратно в свою комнату, где довольно грубо толкнул в кресло, в которое я упала зажатая и и, будто кролик, а после он кинул мне простыню, недвусмысленно намекая на то, что мне теперь стоит прикрыться…

И это ударило даже больнее его грубости...

Боги… Я же сама всё разрушила! Разрушила эту араунскую сказку, эту ночь, когда я была наконец счастлива… А всего-то надо было не искать книгу...

– Нет… – тихо ответила я, сжавшись в комок и действительно прикрывшись. Сердце, только что получившее облегчение, и даже счастье, разбились вдребезги и острыми осколками теперь царапали меня изнутри.

– Так какого Арауна, Алессандра?! – рявкнул он, садясь на кровать напротив меня и утыкаясь лицом в ладони, – Боги… Зачем я потратил на тебя десятки сезонов?! Зачем только?! Ты хоть понимаешь, – он снова поднял на меня глаза и стал буквально шипеть, от чего я совсем вжалась в кресло, будто пытаясь слиться с ним, – Что ты сделала?! До тебя доходит?! Ты только что пришла сюда, рискуя собственной жизнью, не зная даже за чем, спонтанно, ничего не узнав, решила меня обмануть, соблазнила, а после продемонстрировала тот дар, который твой отец прятал ото всех! О котором никто не знает! А если бы о нём не знал и я?! Ты хоть понимаешь, насколько себя подставила?!

Подорвавшись с места, он схватил меня за плечи и ощутимо встряхнул, из-за чего я всхлипнула, кусая губы до крови.

– А же годами говорил тебе: ничего не делай своими руками! Ничего! Зачем?... Почему ты такая глупая?! У меня в конце концов слуга есть! И в его неподкупность я не верю! Просто цену никто ещё не предложил стоющую! А ты даже не пыталась добраться до книги через него… – впав в самую настоящую ярость, Геральт настолько сильно меня тряс, что моя голова качалась туда-сюда с такой силой, будто вот-вот оторвётся и укатится прочь.

– Геральт… – позвала я его, чувствуя его магию, что разливалась вокруг и оседала плотным туманом, не давая дышать.

– Геральт?! – процедил он сквозь зубы, – Не стоит меня так тебе называть, Лесси! Явно не стоит! – усмехнувшись, Советник вновь вернул себе контроль, но переместил одну из рук на мою шею, ощутимо сжав. Настолько, что буквально одно усилие – и я бы не смогла дышать. Теперь я испугалась по-настоящему, настолько, что стала хлопать его по руке ладонью, при этом боясь даже подать голос, – Лесси, принцесса моя, а ты помнишь, что самое важное и ценное в отношениях двоих субьектов? – я активно закивала, тем самым вызвав на его губах не то безумную, не то кровожадную улыбку. Я помнила, прекрасно это помнила и знала, что он скажет дальше. Но озвучить не посмела, полностью переключив внимание на его улыбку. Ведь стоило ей проявиться, как я вздрогнула, – Помнишь… Ты помнишь, что это доверие… А как мне теперь тебе доверять?! – его голос сорвался, после чего он, всё-таки сжав мою шею, немного приложил меня о мягкое кресло. Впервые за всё время, что я его знаю, он позволил себе столько эмоций. Впервые…

Он просто не ожидал удара от меня... Выходит… Он мне… верил?

Глядя сейчас в его темные, почти чёрные глаза, глядя на этот излом губ, на то, как он нависает надо мной, я впервые поняла, что я натворила.

– Геральт… Я... Не верь мне, если хочешь… – шепнула я тихо, покачав головой и прикусив нижнюю губу, а после рывком поднялась и, скользнув ладонями по его плечам, коснулась его губ своими. Просто коснулась, пытаясь… Извиниться? Что-то почувствовать? Изменить?...