Принцесса в Академии. Том 1

Глава 17

про мечтирисы и неудачные подарки

В конце недели произошло сразу три важных события: во-первых, мадам закончила букет, во-вторых, доставили мои фисташки и, в-третьих, вечеринку отменили. Ах да, ещё я познакомилась с подружкой Магнуса. Но обо всё по порядку.

Рано утром меня разбудил шум внизу. Высунувшись на лестницу, я увидела Эмилию и мадам. Они колдовали над праздничным завтраком. Гномка весело напевала, а Эмилия нарезала торт. Услышав шаги, она подняла голову и махнула мне вымазанным в лимонном креме ножом:

- Спускайся, Ливи, мы решили отметить день рождения мадам пораньше.

- Потом мне нужно будет уйти, - пояснила та, поправляя скатерть и светясь от счастья.

- Она проведет весь день с Рудольфо, - шепнула Эмилия, когда я спустилась вниз. – Он обещал устроить ей незабываемый праздник. Кстати, - добавила она громко и выразительно указала глазами на прилавок, где стояла открытая коробка. – Только что доставили, от господина Мартинчика.

 - Там…всё на месте? – спросила я дрогнувшим голосом и сглотнула. – Он ничего не забыл?

- Точен, как часы, - улыбнулась Эмилия.

- Твои фрисушки тоже пришли, - весело подтвердила мадам и, к моему ужасу, закинула в рот целую горсть очищенных орехов. – Кстати, они и на вкус вполне ничего. Пожалуй, ради этого можно и с нераскрывающимися трещинками смириться. – Она зачерпнула из рядом стоящей пиалы ещё одну солидную пригоршню и щедро посыпала толчеными фисташками лимонный пирог.

У меня ноги подкосились.

- Не волнуйся, - тихонько предупредила меня Эмилия, - я заказала тридцать унций вместо десяти.

Она подмигнула, и я, не удержавшись, крепко её обняла.

* * *

Празднование, пусть и скромное, обставили со вкусом. Эмилия перевязала приборы ленточкой, а салфетки я сложила лебедями – меня Мика научил. Пирог водрузили на почетное место в центре стола, а рядом на можжевеловой подставке разместили только что вскипевший чайник. Из носика струился пар, распространяя аромат шиповника и малины.

Растениям тоже передалось праздничное оживление. Со всех сторон слышался возбужденный шелест листьев, хихиканье и прочие изъявления радости.

Накрыв на стол, мы подвинули кадки и вазы с цветами, расположив их полукругом так, чтобы всем было видно именинницу. Получился своеобразный амфитеатр. Мадам предложила позвать и Магнуса, что стало для меня приятной неожиданностью. Я сходила наверх и передала ему приглашение. Отказываться паук не стал, но и особого восторга по поводу завтрака, за которым ему предстояло молчать, не изъявил – мы по-прежнему скрывали от хозяйки «Эксклюзив-нюх», что он умеет говорить.

Потом мы с Эмилией принесли подарок, который купили заранее, и торжественно вручили его мадам. Она пришла в восторг от ножниц для завивки лепестков. Сегодня её радовало буквально всё, и она, наверняка, так же сердечно расцеловала бы нас и за коробок спичек. Напоследок анемоны спели ей поздравительную песню – ту самую, которую Эмилия репетировала с ними всю неделю. Задача оказалась не из простых, потому что изначально их учили исполнять гимн во славу короля. Мелодию изменить так и не удалось, так что вышли из ситуации, просто заменив пару слов. Правда под конец цветы сбились и заверили мадам в верности до последней капли сока. Но циклоцитрусы всё сгладили, вовремя закашляв. В общем, поздравления удались на славу и мы наконец расселись и приступили к завтраку.

Лизоблюдке также отводилось место за столом. Синий бутончик занял почетное место справа от мадам. По такому случаю он прифрантился, перехватив стебель под плодоножкой бантиком из оберточной фольги. Мадам налила ему в блюдечко немного подслащенной воды, а перед Магнусом поставила плошку с обвалянными в кардамоне кузнечиками и бабочками в сахарной пудре. Паук внезапно напрягся, и я, испугавшись, что он сейчас выдаст себя каким-нибудь восклицанием, поспешно выпалила:

- Магнус благодарит вас за заботу.

- Пустяки, - улыбнулась гномка, но стул отодвинула подальше. Она, как и многие, настороженно относилась к паукам. Может, и побаивалась. Магнусу последнее даже льстило.

Паук уже успел прийти в себя и бросил на меня странный взгляд. Я решила, что он смущен и тронут жестом мадам. Как позже выяснилось, это было правдой лишь наполовину.

Я принялась разливать чай, а Эмилия - раскладывать пирог по тарелкам. Имениннице полагалось два куска – второй она по традиции бросила через плечо, загадав желание. Пола торт так и не коснулся, потому что его на лету поймали шоколадные орхидеи, знатные сладкоежки. Тигровые лилии тут же попытались отнять у них добычу и в процессе возни чуть не перекусили стебли соперников пополам. Эмилии пришлось идти их разнимать.

- А что это за цветы? - я кивнула на прилавок, где стояла ваза с растениями, похожими на ирисы. – Не видела их раньше.

- Ах это, - мадам небрежно помешала чай и, зачерпнув немного ложечкой, протянула её лизоблюдке, - мой новый букет.

- Что?! – я вскочила на ноги. - Тот самый, над которым вы работали все последние дни?

Гномка откинула наигранное равнодушие и довольно улыбнулась:

- Да, это мечтирисы.

- Можно? – Я потянулась к цветам и, дождавшись кивка, вынула их из вазы. – А в чем их особенность?

Эмилия уже успела разобраться с инцидентом и направилась обратно к столу, на ходу оттирая с платья крем. Зачинщики драки, разведенные по разным углам, с громким чавканьем расправлялись с остатками торта.

- О, это совершенно гениально! – воскликнула она и выкинула испачканную салфетку.

- Не преувеличивай, - отмахнулась гномка, но было видно, что она польщена.

- Расскажите Ливи, как эта идея пришла вам в голову.

Мадам Гортензия расправила на коленях льняное полотенце, и на румяных щеках заиграли ямочки: