Принцесса Хелена, шестая дочь короля Густава

Глава 22. Снег. День святого Валентина

Приближался День святого Валентина, который мы, по какой-то странной прихоти судьбы, решили отмечать в Российской национальной библиотеке. Огромное помещение заполнено воздухом, высота и размах навевали мысль: а где же здесь помещаются сами книги? Видя, как под потолком, громко хлопая крыльями, Анри и Лаврик пытались выполнять фигуры высшего пилотажа, подражая «Русским витязям», я чуть не согнулся от смеха у перил верхнего балкона. Огромная пустая вселенная, смоделированная лестницами и мощными балконными переходами, словно кричала: «Этот мир полон воздуха! Он ждет тебя, не лишай себя его красок, когда-нибудь ты перестанешь чувствовать притяжение свободного пространства — и в этот миг мир потеряет тебя навсегда!». Но Белка потянула меня прочь, боясь высоты. Она начинала бояться всего, что отрывало ее от так крепко державшей связи. Я же смотрел вниз совершенно спокойно, прикидывая картину полета. Символично, наверное, разбить голову именно здесь. То-то Братец обрадуется, получит себе хорошего специалиста. Гнать такие мысли!

         Когда торжество по поводу открытия выставки было в самом разгаре, ведущий вдруг объявил:

— А теперь я вызываю на сцену любую влюбленную пару, ей будет вручен специальный приз от святого Валентина!

Я быстро подтолкнул Белку в центр зала. Она не успела ничего понять, и мы очутились под любопытными взглядами сотни человек. Получив дизайнерское сердечко с бьющимся, как отбойный молоток, сердцем, я вывел ее из круга. Мы вышли покурить на улицу.

         — Зачем ты это сделал? — спросила она испуганно. — Ты же знаешь, я не люблю публичного выражения чувств… — в голосе послышались знакомые мне агрессивные интонации.

«Опять этот липкий страх. Когда ты сможешь от него избавиться?» — подумал я не в первый раз, но сейчас почему-то особенно остро.

         — Но это же правда, сегодня праздник влюбленных, — я глупо улыбался от счастья, все еще переживая прошедший момент.

Я и забыл, что за ней сейчас приедет Егор, и она снова окунется в знакомый ей семейный мир, не отпускающий ее ни на минуту. Настроение вдруг ушло, возникло ощущение усталости и опустошенности. Через полчаса мы попрощались с ней на стоянке. Тут-то передо мной открылся во всей красе замысел Всевышнего. Егор вышел из грязной белой «четверки» навстречу, притворно улыбаясь и открывая дверь перед Белкой. На нас с Лавриком он взглянул лишь раз, но у меня как будто в голове взорвалась небольшая бомбочка. Его круглая рожа вдруг совместилась у меня с незабвенным образом князя Воеводы Ярославского, прострелившего мне четыреста пятьдесят девять лет назад ногу арбалетной стрелой в Выборгском замке. Подобные параллели случайными не являются, значит, это Хелена? Не досталась она тебе, паршивцу, тогда, так ты сейчас отыгрался! У меня случился неконтролируемый выброс адреналина, но Лаврик ловким приемом на дальних подступах к его краснорожему фейсу перехватил меня.

— Он не узнает тебя, ты разве не видишь? Его же Мессир за дурачка держит, он ничего не помнит…

Я увидел полицейский разворот его машины, отвернулся и широко зашагал прочь, как можно дальше от нее. Сомнения жгли мою душу каленым железом.

         Меня догнал Лаврик.

         — Давай пойдем куда-нибудь, — предложил он, видя мое состояние. Сегодня вон «Зенит» с «Ливерпулем» играют, посидим, посмотрим…

И он потащил меня в ближайший спорт-бар, где мы, расположившись у стойки, заказали по литру темного и какую-то закуску. Я не сопротивлялся, мне уже было все равно — лишь бы подальше от мыслей об этом болоте, куда она возвращалась каждый день, уходя от меня как в последний раз.

         — Слушай, — зашептал Лаврик мне на ухо (его, конечно, никто не видел, кроме меня: увлеченные процессом мужики и их спутницы активно готовились к просмотру зрелища, не обращая внимания на одиноко пустующее место рядом со мной). — Давай нанесем один неожиданный визит, а? Зря меня, что ли, старый маразматик готовил столько времени…

         — Что ты хочешь там услышать, если нас вообще пустят? — смачно жуя сухари, с набитым ртом ответил я.

Я твердо решил сегодня напиться. В последующий час я уговорил литр очень приличного «Гиннеса» и заказал еще. Благодаря поджаренным сухарикам, а также растущему счету 2:0 в нашу пользу, настроение у меня улучшилось, и я начал вслушиваться в бесконечный треп своего крылатого собеседника, который не отставал от меня по части поглощения напитков.

         Когда через полтора часа, находясь уже в нужной кондиции, я обратил внимание на него, то увидел, что Лаврик, оказывается, не терял времени даром. Используя знания курса по переговорам с нижним ярусом, он уже успел связаться с их диспетчерской, попросить аудиенции и теперь ждал, собственно, ее разрешения.

         Не успев испугаться и собираясь уже прихватить с собой бутылку волшебного напитка, я почувствовал, как вдруг вокруг нас начала внезапно сгущаться темная липкая хрень. Последней мыслью было: «Я убью тебя, лодочник!»