Принцесса Хелена, шестая дочь короля Густава

Глава 44. Нам нужны пушки побольше

Егор не ждал такого, то есть он вообще ничего не ждал. Он без предварительных ласк был выдернут в приемную Мессира за считанные секунды, и теперь его лицо походило на странную смесь печеного яблока и белого полотна, причем сегменты чередовались практически симметрично, то есть слева супруг Белки выглядел поджаренным, а справа его физиономию покрывала аристократическая бледность.

         Быстрыми шагами вошел брат Экселенца; сосредоточенное лицо, ни капли волнения или неуверенности. Кивнул Егору, как старому знакомому, и уже из полумрака кабинета раздалось кратко:

         — Заходи быстрее.

         Пришлось, переставляя ватные ноги, продвинуться внутрь. Нельзя сказать, что происходящее его удивило, скорее нет. Сколько раз уже он убеждался в реальности темной стороны, когда то, что задумывалось, исполнялось быстро и на удивление легко, оставляя сладкое чувство превосходства. За столько лет уже привычным стало ощущение силы, рефлекторным — создание защиты в месте обиталища. Давление над более слабыми душами и подчинение их своей воле не воспринималось чем-то особенным. Мысль, что за все во всех мирах всегда надо платить, посещала его сознание все чаще. Однако увиденное никогда не представлялось ему настолько прозаическим и одновременно нереальным.

         — Егорушка, милый, — в словах Мессира была непритворная жалость, — ты чего же осел весь, аж смотреть страшно.

         — Я… не понимаю…

         В кабинет тихо вошла Алиса, которой здесь точно быть не должно, и тихонько уселась на краешек дивана в углу.

         — А, ты как раз, нам бы кофейку — как мы любим, — улыбочка Братца стала елейной и сладковатой, сразу обозначив межличностные отношения.

         Мессир по-хозяйски уселся в кресло за резным деревянным столом, жестом пригласил собеседника присесть рядом. Егор присел на краешек стула, безумными глазами уставившись на своего собеседника, жаберные щели над самым воротником которого ритмически сжимались и разжимались.

         — Вот что я тебе скажу: в последние полгода ты не замечал за ней странностей? Звонки, отлучки, мысли невпопад? Мне все это очень важно, — внезапно приблизив свою, уже мало похожую на человеческую, морду, он обдал Егора ледяным запахом тухлой рыбы и жженых костей.

          Молчание стало ему ответом.

         — Алисочка, спасибо, кофе отменный!

         Совершенно незаметно Братец переместился на диван, где с видимым удовольствием провел рукой по рыжим волосам Алисы и начал спускаться ниже, к выгибающейся кошачьей спине.

         — Начинай соображать, милый, — нежно проворковала Алиса с дивана, встала, потянулась и очень женской кошачьей походкой пересекла кабинет по диагонали из конца в конец. — Ты там, где должен был обязательно оказаться. Рано или поздно. Не мечтал же ты, что твои эксперименты — заметь, успешные эксперименты над чужими жизнями — даются тебе так легко просто так? — Она обернулась к Мессиру. — Если бы он знал наверняка, что мы тут наворотили с его участием… — она мечтательно закатила глаза. — Просто блеск, а не Сценарий! Ну очень, очень похож на настоящий.

         — Настолько похож, дорогая, — Мессир подыграл интонацией своей рыжей пассии, — что грань местами ускользала, он обязан был что-то чувствовать…

         — Ты же чувствовал… просмотр ее снов был весьма интересен… И конечно, ты знаешь, кто в них был твоим виртуальным оппонентом, так сказать. Я не сильно тут играю терминами?

         — Ты понимаешь, что здесь происходит? — голос заполнил все пространство, мгновенно проник в мозг и вернул Егора в ужасающую для него реальность. — Отвечай мне!

         Егор сидел истуканом и молчал. Потом выдавил из себя то ли стон, то ли смех и постепенно стал более осмысленно смотреть на тихий кабинет, в котором вершились судьбы миллиардов людей. Это знание пришло к нему как-то сразу, как и понимание того, что надо начинать разговаривать яснее.

         При этом общую картину дополняло одно маленькое обстоятельство — начало разговора было ознаменовано торжественным ритуалом, при котором хозяин кабинета, в полном молчании и с видимым удовольствием, раскурил трубку, походившую на ту, с которой обычно в старых черно-белых фильмах изображен Шерлок Холмс в исполнении Бэзила Рэтбоуна. По всему пространству зала, углы которого терялись в полумраке, разлилось благоухание вирджинского табака. Теперь же в эту идиллию ароматов вплетались нотки чего-то, на первый взгляд, странного здесь, но удивительно знакомого и оттого еще более в этом месте инородного. Алиса непроизвольно потянула носом и брезгливо поморщилась — Егор явно производил органические ароматы совершенно неподобающей концентрации. Мессир краем зрачка поймал ее гримаску и понял — дело пойдет.