Принцип адгезии

Пролог

Раздался топот приближающейся лошади. Я медленно перевела взгляд с книги на окно. Занавески вздрагивали от лёгкого ветра, пропуская яркие солнечные лучи, но мешали разглядеть незнакомца.

Вчера вечером поступил срочный заказ, за которым должны были приехать около десяти утра. Схватив со стола небольшую коробку, я поспешила к выходу. Быстрее отдам — быстрее смогу вернуться к поиску информации о Лоан-Маре и существах, которые могут быть с ней связаны.

Я распахнула дверь и моментально остановилась.

— Чтоб тебя… — прошептала я, машинально закатив глаза. — Что ты пообещал моей маме за звание «очень важного клиента, которому удобнее забирать заказы из нашего дома, а не из магазина»?

— Ничего, у меня просто закончились вербена, тысячелистник и моли, — Дамиан нахмурил брови и быстро осмотрелся. — Больше дома никого?

Я выставила коробку вперед, намеренно задев его торс.

— Забирай свои масла и уходи… — в груди что-то защипало, и я сделала глубокий вдох. — Пожалуйста.

Прошла неделя с тех пор, как мы виделись в последний раз. И только пару дней назад до меня начало доходить понимание всего произошедшего. Я чувствовала дикую беспомощность: не знала, что делать и как быть дальше.

Тот день стал последним, когда мы виделись все вместе. Пирр в тот же вечер вернулся в Пятый пояс и до сих пор не выходил на связь. Марв решил навестить свою семью в Четвертом. А про Кироса и Абрию мне ничего не было известно.

— Прости. Твоя мама сказала, что вербену передаст Ливия. Я не хотел тебя беспокоить, — он прижал коробку к себе.

— Ладно.

Я потянула дверь, чтобы закрыть, но Дамиан резко выставил руку, уперевшись ладонью в косяк.

— Нет, не ладно. Давай поговорим.

Я снова вздохнула, сложив перед собой руки.

— О чем?

— Как я могу искупить свою вину? — Он заглянул мне в глаза и шагнул вперед.

— Дамиан, я не злюсь на тебя, просто оставь меня в покое. У меня есть дела поважнее, чем выяснять с тобой отношения.

— Неправда. Бессмысленный поиск неизвестно чего ни к чему не приведет. Сколько ты уже не спала? Как давно не ела?

Я нервно потерла переносицу, затем прищурилась, оглядывая его с ног до головы, в надежде зацепиться за что-нибудь, лишь бы сменить тему или поскорее прогнать его с порога.

— Чтобы изгнать злых духов из дома, вербены, тысячелистника и моли мало, — на моем лице расплылась победная улыбка. — Для стопроцентного эффекта тебе нужно съехать.

— Это приглашение? — нарочито деловым тоном произнес он.

— Да, найти себе другой дом для визитов.

Дверь с грохотом захлопнулась. Я прислонилась к ней спиной, зажмурилась и протяжно выдохнула. В какой-то момент мне показалось, что злость на Дамиана — это всё, что держало меня на плаву.

Про места силы почти никто не знал, поэтому их исчезновение не вызвало паники или бурных обсуждений среди горожан. Верхушка во главе с любителем вербены приняла выжидающую позицию. Они явно что-то знали, готовили пути наступления друг на друга и ждали возвращения Приама, который должен был прибыть в Эльту со дня на день.

Я же не могла смириться с мыслью, что главы легко меня отпустили. Каждую минуту, каждый час, каждый день моя кожа ощущала пристальное внимание. Пару дней назад у забора несколько часов стоял незнакомец в черной накидке, он не предпринимал никаких действий, видимо, ждал. Дома никого кроме меня не было. А вчера мимо трижды проехала одна и та же повозка.

Я почти не выходила из дома, стала чаще оборачиваться, осматривать комнату, поправлять одежду и задерживать дыхание, чтобы не пропустить чей-то незапланированный визит. По ночам мне казалось, что за шторой кто-то стоит. Я перестала их открывать.

Родители с трудом переживали мое состояние. Несколько раз в день они подходили ко мне, чтобы обнять и поддержать теплыми словами, а по вечерам мы собирались в гостиной перед камином и занимались своими делами. Папа обычно листал какие-то строительные журналы, мама читала романы с опасными и горячими главными героями, а Лив что-то строчила в своем розовом блокноте.

Воспоминания обо мне к ней так и не вернулись. Она старалась проводить со мной время, чтобы познакомиться заново, но я упорно её избегала. Каждый раз, смотря на Лив, я видела свою маленькую сестренку, которая плакала из-за потерянного мишки, а затем отважно шла его искать. Сестренку, чьи глаза горели, когда мы вместе делали торт на день рождения папы или устраивали маме девичий день. Сестренку, которую я прикрывала от родителей, чтобы она могла сбежать ночью к подружкам на ночевку.

Однако в ответ я получала лишь отстраненный и едва заинтересованный взгляд. Именно так смотрят на человека, которого жалко, но с которым ты вынуждена какое-то время находиться рядом. Ты понимаешь, что тебе должно быть не всё равно. Но ты ничего не можешь с этим поделать… потому что тебе всё равно.

Вчера вечером мама застала меня в коридоре, когда я, увидев Лив в саду, развернулась и пошла обратно в свою комнату. Она ничего не сказала, только вздохнула. Этот вздох ощущался тяжелее словесного упрёка.