Приручить оборотня. Отбор невест

15.1 Самозванка

Меня вели по коридорам и лестницам куда-то наверх. Я не надеялась, конечно, что отделаюсь за проникновение в Вальйирский дворец простым замечанием или штрафом, но и что сам король будет со мной разбираться не рассчитывала. Проще было бы просто отдать незваную гостью королевской гвардии.

Но вели меня именно в его кабинет.

Руки за спиной были связаны рестрикторной нитью, такой же, какую надели на отца, когда он сдался властям. Отвратительные ощущения. Тело тебя почти не слушается, кости ломит от холода, где-то в темечке странно свербит.

А самое паршивое, что я все-таки попалась. И ведь так глупо.

Не надо было говорить Серене своего имени, не надо было вообще с ней общаться. Не надо было оставаться на бал, когда портсигар уже лежал там, где должен был — пока они с королем беседовали, я смогла проникнуть в один из коридоров и зажать якорь между стеной и шкафом. Ничего лучше придумать не смогла.

Оставалось выбраться из дворца. Я была так близко! Но тут объявили о начале бала, и несколько стражников учтиво проводили меня в зал. Мне показалось, что сопротивление сделает только хуже, вызовет лишние пересуды и подозрения.

Не думала же я, что Его Величеству придет в голову пригласить меня на танец!

— Стойте здесь, — бросил невозмутимый дворецкий, оставив меня посреди кабинета, и вышел.

У дверей двое стражников. Передо мной — широкий стол с какими-то бумагами, печатями и статуэтками, сбоку ваза с фруктами, от взгляда на которую как назло заурчал желудок. На стене напротив висит громоздкий портрет короля Джеймстинга, такой длинный и широкий, что кажется, будто над тобой возвышается великан.

Картина хорошо передавала характер того, кого изображала. Приподнятые брови, чувственные губы в легкой усмешке, внимательный, но несерьезный взгляд, одна рука в кармане. Поза вальяжная, но давящая, заполняющая собой все пространство.

Голову венчала золотая корона с закругленными пиками. Ему шло.

Пока я предавалась созерцанию, из двери в боковой стене вышел милорд Риддер. Посмотрел на меня оценивающе, потом обратился к стражникам.

— Густав где?

— Вышел, милорд.

Хмыкнув, он шагнул к шкафу с графинами, вынул оттуда один и плеснул себе воды в стакан. Зачем-то потряс им, словно разбавляя, выпил и подошел к столу короля.

— Неосмотрительно с его стороны оставлять тебя тут без присмотра, да? — спросил он по-простому.

Я повернулась к нему боком, показывая на связанные руки. Мужчина понимающе кивнул.

— Ах, вот что. Тогда вопросов нет.

Странно было смотреть на советника короля и вспоминать наше с ним первое «общение». Сравнивая его тогда и сейчас, стало уже очевидно, что там, в коридорах, я говорила именно с Джеймстингом. Даже не спроси он во время танца про туфли, я бы сама догадалась: помимо признаков иллюзионного колдовства, все в настоящем советнике было другое — походка, манера себя держать, интонации, ужимки.

Хотя чем-то они определенно были похожи. Наверное, не слишком серьезным отношением к этикету. Даже дворецкий обращался ко мне на «вы».

— Я бы хотела…

— Нет-нет. Рассказывать начнешь, когда придет Джеймс.

Поджав губы, я смиренно опустила голову. Справедливо.

Интересно, когда это случится. И сколько займет допрос. И что со мной вообще теперь будет.

Ничего хорошего.

— Можно хотя бы присесть? — спросила я.

Милорд, перебирающий документы на столе, бросил на меня взгляд из-под бровей, вздохнул и кивнул. Я присела на стул напротив. Чуть погодя, видимо, устав лицезреть, как я морщусь и все время кручу запястьями, он подошел ко мне со спины и развязал реструкторную нить.

— Ладно уж, — проворчал он, — сомневаюсь, что тебе удастся сбежать.

Я тоже сомневалась. Теперь, когда то, что меня не должно здесь быть, стало известно буквально всем во дворце, этот вариант даже не рассматривался.

Возможно, так действовал стресс, но я почему-то не паниковала. Внутри было спокойствие и смирение. Даже смешно немного. Вот как я могла подумать, что мне все сойдет с рук? Как могла поверить, что есть хоть один шанс на успех?

Надо признать, ситуация и так очень долго складывалась в мою пользу. Сегодня, в отличие от обычных дней, удача благоволила мне. Я зашла так далеко, что сама испугалась. Наверное, можно было считать это маленькой победой.

Жаль, все закончится в тюремной камере. Может, господин Докс был прав, нас с папой хотя бы по соседству посадят?

— Проходите, леди Алин, — услышала я голос дворецкого.

Отлично, они и свидетельницу нашли. Девушка, конечно, мало что поняла из увиденного у входа во дворец, но объяснять свое поведение мне придется.

Алин прошла мимо меня и села у окна, на диванчик с резной спинкой. Мы встретились взглядами, но она тут же испуганно отвернулась и поправила маску. На улице было темно, ночь в самом разгаре. Фонари и шмели сливались в яркие огоньки, напоминая о том, что сегодняшний день должен был стать праздником.

Могу себе представить, как разозлились на меня конкурсантки. Какая-то безызвестная девчонка испортила им такой вечер! Сейчас Джеймстинг, наверное, успокаивал гостей и извинялся, что не сможет провести остаток вечера в их компании, призывал ни о чем не думать и веселиться. Они узнают подробности позже, когда придет время.

Впрочем, кое-что уже стало понятно всем. На бал пробралась простокровная самозванка, каким-то образом сумевшая раздобыть метку и прошмыгнуть мимо дворецкого, а затем бесстыдно делала все, чтобы привлечь внимание короля.

Наверное, они думают, что я какая-нибудь влюбленная дурочка или мошенница. Мало ли таких на улицах Форт-Муна? Выкрала платье у танцовщицы из второсортного кабака на периферии. Хитростью или подкупом пробралась в замок. Может, даже напала на благородную леди и магией присвоила ее метку.

С тех пор, как я перестала вращаться в высшем обществе, мне стало ясно истинное отношение света к простокровным: чего я только не слышала в свой адрес от людей, которые не знали, какова на самом деле моя родословная.