Пришибла, полюбила, воскресила

9

Утро понедельника встретило меня мерзким писком будильника и серым светом за окном. Я, зевая, нащупала телефон и отключила его. На кухне тихо — даже Вел ещё не проснулся. Или делал вид.

— Уже встаёшь? — раздалось тихое жужжание прямо у уха.

Я вздрогнула.

— Вел! Ты можешь не пугать так по утрам?

Он лениво кружил надо мной, будто специально дразнил.

— А что? Ты сразу бодрее становишься. Полезно.

— Знаешь, будильник справляется не хуже, — пробурчала я, натягивая худи.

— Но он не такой харизматичный, как я, — невозмутимо отозвался Вел.

Я закатила глаза и пошла на кухню за чаем. Он уселся на край чашки, опасно близко к моему лицу.

— Ты не забыла, что сегодня мы собирались заглянуть в твою библиотеку? — сказал он тоном учителя, проверяющего домашку.

Я отхлебнула и прищурилась.

— Напомню: я там работаю. И собиралась просто провести смену.

— Тем лучше, — оживился он. — У тебя будет время покопаться в старых фондах. Вдруг найдём что-то, что объяснит… ну, знаешь, почему такие как я всё ещё существуют.

Я вздохнула и, закинув сумку на плечо, направилась к двери.

— Вел, если ты думаешь, что я буду бегать по пыльным стеллажам вместо работы — забудь.

Он полетел за мной, жужжа прямо над головой.

— А если я скажу, что это может быть ключ к твоей безопасности?

Я на секунду остановилась.

— Вот умеешь ты портить настроение с утра.

— Миледи… — протянул он, и я поняла, что он начинает хитрить. — Просто пообещай, что заглянешь.

Я открыла дверь, ухмыльнувшись:

— Посмотрим, как ты себя поведёшь сегодня.

Вел тихо хмыкнул, но больше ничего не сказал.

Библиотека встретила меня привычной тишиной и запахом старых страниц. Я кивнула коллеге на входе и прошла к полке, где хранились романы для читателей. Вел жужжал надо мной, будто боевой дрон.

— Вот и твоя охота за истиной, — пробормотала я, доставая первый попавшийся том с мрачной обложкой. — «Сумерки».

— Что это за название? — с подозрением спросил Вел.

— Классика жанра, — усмехнулась я. — Про любовь смертной девушки и вампира.

Он присел на корешок книги, склонив голову.

— А… это документально?

Я прыснула со смеху так громко, что на меня обернулась пожилая дама у соседнего стеллажа. Пришлось сделать вид, что я закашлялась.

— Нет, Вел. Это роман.

Он сморщился.

— То есть вы, люди, серьёзно читаете сказки о том, как нас можно… приручить?

Я пожала плечами, листая страницы.

— Людям нравится фантазировать. Особенно о запретном.

Он возмущённо загудел:

— Фантазировать?! Тут пишут, что один… блестит на солнце!

Я чуть не уронила книгу от его интонации.

— Ну… да. Это такой художественный приём.

— Это оскорбление, а не приём! — возмутился Вел. — Мы не… блестим. Мы внушаем трепет. Мы властны и таинственны, а не… сверкаем, как новогодняя игрушка!

Я зажала рот ладонью, чтобы не рассмеяться вслух.

— Вел, успокойся. Это всего лишь книга.

— Если в вашей библиотеке только такие «источники», то мы пропали, — мрачно заключил он.

Я поставила том обратно и взяла следующий. «Дневники вампира».

— Ну, тут хотя бы не блестят, — заметила я.

— А что делают? — с подозрением спросил он.

— Влюбляются. Очень активно.

— О, нет… — простонал Вел. — Это хуже.

Я усмехнулась и направилась к другой секции.

— Ладно, успокойся. Это всего лишь художественный отдел. Но, может, в архиве найдётся что-то серьёзнее.

Вел заметно приободрился.

— Вот туда и пойдём. Миледи, хватит тратить время на сказки.

Остаток утра пролетел быстро. Я принимала новые тиражи, заносила их в систему, проверяла накладные. Вел то и дело зависал над моим плечом, жужжа, будто собирался прокусить бумагу.

— И всё это ты будешь перечитывать? — с сомнением уточнил он, наблюдая, как я отмечаю поступившие коробки.

— Нет, — вздохнула я, подписывая накладную. — Это для читателей.

— Тебе стоит раздать им мои лекции. Они куда полезнее, чем вот это, — кивнул он на стопку книг с яркими обложками, среди которых особенно выделялась очередная фэнтези-новинка с полуголым вампиром на переплёте.

— Твои лекции вряд ли кто-то захочет слушать, — усмехнулась я. — Особенно если будешь говорить о «превосходстве крови избранных».

Вел обиженно зажужжал.

— Ты недооцениваешь тягу смертных к знанию.

— Ага, расскажи это студентам, которые вернули книги с пятнами от кофе, — буркнула я, принимая следующую коробку.

Дальше началась очередь посетителей. Я выдавала книги, принимала обратно, отвечала на вопросы, и всё это под комментарии моего маленького спутника.

— Миледи, этот мужчина смотрит на тебя слишком долго. —

— Вел, он ждёт, пока я найду его заказ. —

— Подозрительно. Его аура… —

— У него просто футболка с черепом, успокойся. —

Я старалась не смеяться, чтобы не вызвать лишних вопросов у посетителей, но к обеду начала чувствовать усталость.

Когда поток клиентов схлынул, я, наконец, села на стул и потянулась. Вел устроился рядом на стопке книг.

— Полдня прошло, а никаких истинных знаний мы так и не нашли, — с сожалением заметил он.

— Терпение, — улыбнулась я. — Рабочий день ещё не закончен.

Он подозрительно прищурился (ну, насколько это вообще возможно у комара):

— Ты точно уверена, что эта библиотека хранит что-то большее, чем романы о сверкающих красавцах?

— Посмотрим, — загадочно ответила я, глянув на дверь в служебный архив.

Я уже собиралась заглянуть в архив, как услышала знакомый голос:

— Биатрис, подойди-ка.

Я вздрогнула. Это была директриса — строгая женщина лет пятидесяти, всегда одетая с идеальной аккуратностью, будто только что сошла с портрета. Она держала в руках папку и смотрела на меня поверх очков.

— Да, конечно, — я поспешно отложила бумаги и подошла ближе.