Пришибла, полюбила, воскресила

15

В покоях Вела не было, и я даже не хотела его видеть. Его комариный шум остался где-то в дальнем углу замка, а мне хотелось тишины, покоя и хотя бы нескольких часов без всяких жужжаний и советов.

Я быстро распорядилась о том, чтобы всё было готово к сну: мягкая постель была заправлена, подушки уложены ровно, лёгкий плед постелен так, как мне удобно. Служанки, привыкшие к моим странностям и капризам, аккуратно расставили на тумбочке бутылочку воды и книгу, которую я собиралась читать перед сном.

— Вы хорошо устроились, миледи? — спросила одна из них.

— Да, достаточно, — кивнула я, ощущая, как усталость давит на плечи и веки. — Пусть всё остаётся так, как есть, я разберусь сама.

Привыкая к рутине замка, я начала придумывать, что буду делать, когда вернусь в современный мир: какие привычки оставлю, что буду готовить сама, а что доверю другим. Даже среди магии, древности и вампирских интриг, в этих мелочах было ощущение контроля.

День был сложный, наполненный делами герцогства, неожиданными открытиями и внутренними сомнениями. Я обессилела. Лёжа в мягкой кровати винного цвета, я закрыла глаза и впервые за долгое время позволила себе просто уснуть, забыв о комаре, о ритуалах и о том, что Вел где-то там жужжит, ожидая нового дня.

Проснулась я снова, по ощущениям, была полночь — организм словно привык просыпаться в одно и то же время. Долго лежала, прислушиваясь к звукам замка, и вдруг почувствовала лёгкое движение рядом с кроватью.

Открыв глаза, я заметила его. Вел снова в виде вампира, бледный и величавый, но с привычной энергией, даже в темноте его фигура выделялась среди мрака покоев. Он ходил туда-сюда, задумчиво размахивая руками, словно пытаясь разобраться в своих мыслях, а глаза иногда скользили ко мне.

— Ты проснулась, — сказал он тихо, но в голосе сквозило удивление. — Я заметил… — он сделал паузу, будто подбирал слова, — что из-за того, что ты изменила ингредиенты зелья… оно не действует на полную силу.

Я села в кровати, обхватив колени.

— Значит… ты снова комаром станешь, когда день придёт? — спросила я, стараясь скрыть лёгкую дрожь в голосе.

Он кивнул, тяжело вздохнув и посмотрев на меня с такой смесью раздражения и нежности, которая всегда приводила меня в замешательство:

— Да. По ночам могу принимать нормальную форму, но днём… я снова комар. Всё это — из-за твоей «корректировки».

Я нахмурилась, вспоминая, как меня смущала мысль о том, что нужно добавлять кровь паразита и чеснок.

— Ты ведь знаешь, что я не могла добавить того… это бы тебя убило. — Слова вырвались с ноткой упрёка, но и с заботой.

Он подошёл ближе, в полумраке отражаясь на стене:

— Я понимаю… — сказал Вел, и его голос стал мягче. — Но это всё равно был шанс, и ты могла бы довериться рецепту полностью.

Я посмотрела на него, на его бледное лицо и серьёзные глаза, и ощутила странное сочетание ответственности и страха: за него, за себя, за то, что мы делаем. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь редким шёпотом замка, и мы молча понимали: впереди ещё долгий путь, но ночь давала хоть небольшую передышку.

Я устало вздохнула, уже едва держась после бесконечного дня, и посмотрела на Вела, который всё ещё метался по комнате.

— Слушай… пока нет нужных ингредиентов, — сказала я мягче, чем хотела. — Но Лоренц уже работает над этим. Подожди немного.

Я легла обратно в постель, и не дала ему вставить лишнего слова. Сил спорить уже не осталось, и я почти сразу провалилась в сон.

Утро пришло как всегда — с ворохом дел, бесконечными свитками, докладами и просьбами. В голове всё крутились мысли о том, что ночь снова принесёт Вела в человеческом облике, и снова придётся думать, что делать дальше.

До обеда я полностью ушла в дела, а после, когда удалось выкроить немного времени, всё-таки вызвала Лоренца.

— Есть новости с ингредиентами? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

Секретарь низко поклонился и ответил:

— Я работаю над этим, госпожа. Но ингредиенты редкие. Даже чеснок — достать не так просто, а уж кровь паразита… это опасно и почти смертельно для тех, кто рискнёт ловить его. Но я обещаю, скоро будет результат.

Я кивнула и отпустила его. Сердце неприятно ёкнуло: ждать приходилось слишком долго, а каждая ночь приносила новые сюрпризы.

Вечер тянулся бесконечно, и я устало рухнула в постель, надеясь хоть сегодня спокойно выспаться. Но, видимо, замок жил своей тёмной жизнью и не собирался отпускать меня в безмятежный сон.

Я проснулась от странного ощущения — словно чьё-то дыхание коснулось моей щеки. Веки тяжело поднялись, и я увидела, что прямо надо мной склонилась фигура в чёрном плаще. Капюшон скрывал лицо, но в руках блеснул короткий нож, остриё которого дрожало в воздухе, готовое опуститься в мою грудь.

Я не смогла ни крикнуть, ни пошевелиться — тело будто приросло к постели. Незнакомка стояла слишком близко, её силуэт был гибким, движения — почти звериными. Она явно знала, что делает, и не первый раз держала оружие в руках.

Но именно в тот момент, когда лезвие чуть дрогнуло, из соседних покоев раздался какой-то шорох. Нападавшая резко дёрнулась и, не задумываясь, метнулась в сторону окна. На моих глазах её тело исказилось, переломилось в движении — и вот уже на месте фигуры в плаще в воздухе металась огромная летучая мышь, тёмная, с крыльями, задевающими шторы.

И в ту же секунду за ней распахнулась дверь, ведущая в смежные покои. На пороге стоял Вел. Но не комар — настоящий, высокий, холодно прекрасный вампир. Его глаза вспыхнули, и в этом взгляде не было ничего человеческого.

Он бросился вперёд с такой скоростью, что я едва успела понять, что происходит. В следующее мгновение мышь уже билась в его руках, царапалась и визжала пронзительно, словно маленький демон, но Вел держал её мёртвой хваткой.

— Стража! — его голос ударил по тишине замка, как колокол. — В мои покои! Немедленно!