Пришлая: подчинить пламя • Творения Великих 2

Глава 4. Терпение и выдержка

Ума после ужина не объявилась. Не вернулась и после звонка отбоя. Уж не осталась ли у Габриэль? Или это мастер Сарэйн сжалилась и не рискнула оставлять наедине невинную бледнолицую моль со злобной уроженкой Федерации?

Я сердито брыкнула одеяло и отвернулась к стенке. Зажмурилась, но тягостные думы и яркий свет негаснущего, как я ни старалась, настенного светильника над кроватью, не давали уснуть.

Неужели рогач-мафиози прав, и людей, пусть даже магов, видеть на острове не хотят?

Слова Навина как раскалённый прут вонзились в память: «Люди значительный народ на Иппоре... до сих пор ни один из народов не смеет не считаться с силой, которую таят в себе создания Атайи. Федерация всегда берёт то, что желает».

...«не броди по острову в одиночку», – ко всему добавил голосок Мирны, и я в вновь раздражённо подпнула одеяло и перекатилась на спину.

Ну пусть людей на Иппоре больше, чем прочих, что такого? На Земле вообще население больше семи миллиардов! И сколько из них кровопийц? Пару тысяч бы набралось... но живём же как-то бок о бок.

Только закрались сомнения, как люди – хотя бы моя семья, – приняли бы факт, что рядом с ними живут такие, как Велор?

Практика показывает, что ко всему непонятному люди редко пылают симпатией. Ведьм, например, вообще жгли почём зря по всей Средневековой Европе. Если то были, конечно, истинные ведьмы, а не несчастные, которых оклеветали зазря.

Я болезненно поморщилась. Наперегонки с воспоминаниями о родной земле пришли воспоминания о семье.

– Как они там? – шепнула я, глядя в потолок.

Хоть бы Ярик справился, и мама до сих пор ни о чём не догадывается. Правда, понимала я, что всё это пустое. Материнское сердце наверняка чует подвох. Мучается. Но выхода нет. И только я уговорами и хитростью усмирила душевную тоску, меня захлестнула новая волна тревоги. Уже больше месяца я на Иппоре, а от Сореса ни слуху ни духу!

– Чего же ты от меня всё-таки хотел, бог морока и тени? – на грани сна и яви выдохнула я. – Пошутить? Позабавиться?

Затянутый туманом сырой лес, забор из колючей проволоки и яркий дорожный жилет тёмного бога отчётливо жгли воспоминания.

– Не брошу, – сквозь зубы процедил тогда Сорес, глядя на меня как никогда серьёзно. – Иначе иди в храм любого Великого. Расскажи... всё, как есть. Меня охотно убьют за нарушение Закона. Такая гарантия тебя устроит?

Не знаю. Уже сомневаюсь, господин Сорес.

В противном случае, что Великие сделают со мной, если всё раскроется? Тёмный бог обмолвился, дескать, мне, как созданию иного мира, смерть не грозит. Но что если убить не убьют, а запрут в темнице на веки вечные? Запрут там, где я ни вздохом, ни мыслью не смогу исковеркать прямую линию истории Иппора.

Тогда Велору конец.

Тогда я никогда не вернусь домой!

...«запомни, Лиззи, – сказал Сорес прежде, чем толкнуть меня в окно портала, – хочешь спасти Велора, обо мне на Иппоре ни слова. Я найду тебя, когда придёт срок».

Я со вздохом отвернулась носом к стене.

Лишь бы срок тот вышел не к обеду. В позапрошлую среду.

***

Завтрак я проспала и даже не слышала, когда наутро вернулась соседка. Открыла глаза и поняла, что кто-то снова шуршит за «живой» стеной. Я со вздохом прикрыла ладонью глаза. Сквозь половинку окна лился яркий свет. В желудке было пусто, но обед еще даже не замаячил на горизонте.

В комнате со злобной повелительницей лиан задерживаться не хотелось. Задушит ещё ненароком! Поэтому, углядев в окно дремучую часть парка, обделённую вниманием студентов, я сбежала из общежития на волю. Кто знает, когда ещё получится свободно погулять? К тому же народу в замке и на лужайках прибавилось. Студенты бродили группками, болтали, хохотали. Делились впечатлениями, накопленными за каникулы и неизменно провожали меня круглыми от удивления глазами.

«Человечка! – слышалось то там, то здесь. – Это человечка? Ты не шутишь?!»

Какие уж тут шутки. Пока добралась до заветной нехоженой аллеи, каждому на глаза попалась. И выдохнула с облегчением лишь тогда, когда вместо удивлённого, испуганного шёпота меня накрыло трелью одинокой птахи в кроне старого раскидистого дерева да шелестом камня под моими дешёвыми тапочками.

Как же хорошо... Правда, и здесь я надолго покоя не нашла.

– Вот чёрт! – сиганула я в ближайшие заросли кустарника и присела на корточки.

По главной дорожке шагал рогатый профессор Авар, а рядом с ним – синеволосый мафиози! Любитель езды на ящере. Чудом меня не заметили! Благо говорили о чём-то. Говорили так, точно век друг друга знали.

«Пепельный» обратился к рогатому профессору:

– Гакэру, думаешь, Сыны Ночи взаправду вернулись в Людские земли?

– Ты о набеге на Восточный форт? – мужчина со вздохом свёл тёмные брови. – Это лишь слухи. Говорят, осмелевшая шайка бандитов позабавилась. Да и люди до сих пор не выдвинули тёмным обвинения. Уж за ними бы не заржавело.

– Не выдвинули. Это верно, – взлохматил рогатик пальцы и без того взъерошенную шевелюру. – Хотя странно всё это… Каким дуракам понадобилось громить форт?