Пришлая: подчинить пламя • Творения Великих 2

Глава 7. Друзья-недруги

Кабинет 4-37 я нашла с огромным трудом. Мало того, что переходы с этажа на этаж извивались змеёй, так ещё и перелагатель впрямь вздумал барахлить. Вместо цифр на резных дверных табличках то и дело выплывали палочки, закорючки и кружки.

Собравшись с духом и сотню раз проверив, не ошиблась ли дверью, я постучала и юркнула внутрь.

– Добрый день. Это кабинет четыре тридцать семь?

Лысый, точно коленка, мужчина преклонных лет поднял на меня взгляд. Линзы круглых очков блеснули в свете магических настенных ламп.

– Да, – кивнул он. – Вы по адресу. Чем обязан?

Понимала я его с трудом. Звук точно из-под воды шёл.

– Меня отправил профессор Ривел.

Лысый снял очки и поднялся из-за стола. Мужчина оказался невысок – едва ли выше меня. Плечи – далеко не косая сажень. Неприметный на вид, если бы не яркая изумрудная мантия и... живот. Круглый и такой выдающийся, будто под одеждой у мага был припрятан арбуз.

– Профессор Ривел? – похоже, с трудом разобрал мужчина мои слова. – И по какому же поводу?

– Перелагатель, – тронула я шею там, куда когда-то Барбус «подсадил» магический переводчик.

– А-а-а, – протянул лысый, и глаза его живо блеснули. – Перелагатель сбился? Ничего. Случается. Не стойте на пороге, проходите!

Лысый призывно замахал руками и подхватил свободный стул. Я прошла вглубь уютного, заваленного стопками книг кабинета и села, но мужчина покачал головой и приказал развернуться лицом к высокой спинке.

Аккуратно взяв на удивление мягкими, тёплыми руками моё лицо, он осторожно оттянул веки большими пальцами. Сокрушённо помычал.

– Упритесь лбом, – скомандовал лысый, похлопав по спинке стула. Сам же, грузно ступая, отошёл и принялся намывать руки в тазу на тумбе.

Я с тревогой повела плечами, но сделала, как велели: упёрлась лбом в спинку. И вновь приятно-мягкие, чуть влажные руки коснулись шеи. Мужчина негромко что-то спросил, но мой переводчик, похоже, окончательно накрылся.

– Не... поняла? – зажмурилась я, готовясь испытать ту боль, которая была при знакомстве с перелагателем.

– Как ваше имя? – переспросил лысый, продолжая аккуратно ощупывать затылок, ноющий от боли.

– Лиза.

Я снова боязливо зажмурилась.

– Нежное имя. Как цветок! Выдохните, Лиза, – попросил мужчина. – А я Резарт Туссо, приятно познакомиться. Знаете, удивительно видеть ещё одного человека в стенах академии, – кажется, Резарт улыбался за моей спиной. – Сейчас мы вас починим, не тревожьтесь, дорогая.

Я выдохнула и чуточку расслабилась. Может, и впрямь зря волнуюсь? Может, больно не бу...

– А-ай! – вырвалось у меня напополам с шипением, и я с такой силой схватилась за деревянную решётку в спинке стула, что едва перекрестья не выломала.

Кажется, Резарт попросту пытался меня заболтать. Потому что больно было. Очень. Перед глазами точно фейерверк рванул. Господин Туссо пробасил что-то на незнакомом языке и погладил меня по плачу в знак утешения. Отошёл к своему столу и аккуратно уложил на листок бумаги металлическую бляшку. Выглядела она жутко – будто золотая медуза с множеством щупалец и отростков, которые прямо на глазах истончались и таяли.

Значит, вот такая... зверюшка пустила корни мне в мозги? Я безутешно зажмурилась и вжалась лбом в спинку стула. Резарт Туссо достал из кармана мантии платок и подал мне. Что-то сказал, но я помотала головой. В тускло-зелёных глазах мужчины вдруг скользнула тень удивления.

Осознав наконец, что без перелагателя я ни слова не понимаю, господин Туссо перешёл к жестам. Глянул мне в глаза, пошлёпал ладонью по упитанной шее и кивнул. Следуя совету, я приложила платок к саднящему затылку. Ткань в одночасье под пальцами повлажнела.

Кровь? Я болезненно сморщилась, глядя на яркие бордовые пятна на платке, который ещё миг назад сиял девственной белизной. В висках до сих бил колокол, и я, решив, что стеснению пора отчаливать, поднялась и двинулась к узкому диванчику у стены. Неуклюже легла на бок, но хозяин кабинета и не думал меня осуждать за самоуправство. Порылся в ящиках стола, вынул пенсне с парой подвижных креплений и дополнительными линзами. Шустро напялил на нос поверх очков, вооружился писчей палочкой и едва склонился над перелагателем, как тут же вскинул голову.

– Тр-р-ам, та! – посетовал он на чужом языке и наставил ладонь на настольный светильник.

Шарик в витой подставке враз набрался яркости, и я затаила восхищённый вздох. Нужно тоже попробовать так со своим огоньком. Может, получится, наконец, с ним договориться и погасить?

Проведя необходимые приготовления, господин Туссо кивнул самому себе и принялся за разборку перелагателя. А я устроилась на диванчике поудобнее и принялась покорно ждать, когда мастер наладит мою пусть и странную, но необходимую связь с внешним миром.

***

Не знаю, сколько времени прошло, но уже подали звонок к обеду, а мужчина лишь закончил списывать с бляшки перелагателя символы на листок. Достал пару книг с полки. Пошуршал, пару раз лизнул указательный палец, сверил знаки перелагателя с книжными. Что-то зачеркнул, что-то добавил.