Пришлая: подчинить пламя • Творения Великих 2

Глава 17. Студентов по осени считают

Настал день «икс». Первокурсников ждала неделя нервных срывов, слёз и побед. Неделя изматывающих экзаменов. Сперва в расписании стояли три дня теории, а затем, в оставшиеся три дня, первокурсникам предстояло показать практические умения.

Пространство тренировочного зала, по случаю первого этапа экзамена по рунической магии, было занято одноместными партами. Тесты писали первокурсники всех групп разом. Я сидела, вооружившись писчей палочкой, и воинственно глядела на Ривела. Эльф с суровым видом стоял на помосте в одну ступеньку и подбирал слова напутствия. Выходило у него, мягко говоря, коряво:

– И запомните. Тот, кто сдаст три теста по рунам на балл ниже среднего, о Стихийном отделении может забыть! – эльф вперился в меня многозначительным взглядом. – А теперь переверните листы с заданиями и приступайте к работе.

Студенты зашелестели бумагой, заскрипели палочками, и два с половиной часа пролетели, как птица. Я вышла из зала с камзолом наперевес в ряду последних. Пока строчила формулы и вычерчивала руны, семь потов сошло. И это лишь первый этап! Завтра будут новые тесты. По заверениям старшекурсников – ещё страшнее.

– Ну как? – подскочила Ума. Вышла она чуть раньше меня. – Кажется, неплохо прошло, да? Мне такие лёгкие задания попались! – принялась трещать нимфа.

Окара с кислым видом тихонько застонала:

– Кто-нибудь, заставьте её замолчать...

Похоже, драконице похвастать было нечем. Особым усердием она никогда не отличалась. Дион устало засмеялся, глядя на чешуйчатую подругу. Выглядел он бодро, хотя и был малость бледноват. Я тоже улыбнулась, косясь на лесного. Улучить минутку и поговорить с ним до экзамена не сумела. Поэтому пока мы гурьбой спешили в замок, чтобы занять аудиторию поменьше и потеснее, дабы сдать теорию иллюзий у Мироны Эстрель, я пристроилась рядышком с другом.

– Как успехи? – спросила словно невзначай.

– Думаю, попасть на Стихийное отделение мне не судьба, – через силу улыбнулся лесной. – Пойду на Высшее целительство к Дориусу. Ибо мои ответы Ривела точно не убедят.

Я только глаза завела.

– Вот уж кому бы жаловаться... Руны у тебя всегда на отлично были, Дион, так что не дрейфь.

Лесной разжился улыбкой повеселее.

– А чувствуешь-то ты себя как? – не стала я нарезать круги вокруг волнующей темы.

Дион враз посерьёзнел и сбавил шаг. Отстал от группы.

– Порядок, – избегая прямого взгляда, ответил он. – Во всяком случае я больше не лесное страшилище.

Я несмело улыбнулась. Шутка это или крик души?

– Дион, кем бы ты ни был, – коснулась я зелёной руки, – какой бы жуткой ни была твоя вторая суть, мы всё равно останемся друзьями, ясно?

– Ты даже выбора мне не оставишь? – деланно возмутился лесной, растянув губы в стыдливой улыбке.

– Не оставлю, – строго кивнула я. – Мы друзья. И точка.

– Я рад, – мягко сжал мою ладонь нимфа. – И поверь, можешь меня не бояться! – зачастил лесной. – С директором мы все обсудили. Если снова возникнут сложности, обращусь к мастерам Феваши. У них есть настойки, отвары... Но я почти всегда себя контролирую! Просто, когда подчиняю природу, сдерживаться труднее… Ты сама видела, я не делаю ничего, что может пробудить во мне… «это».

Дион замолчал, словно споткнулся. А я смутилась.

– Ты так говоришь, будто тот ты, это не ты вовсе.

– Когда именно я – это я сложно объяснить, – глянул друг на пробивающиеся сквозь тучи бледные лучи солнца. – Хорошо, что Ривел вовремя меня вернул. Превращение не завершилось, иначе я мог таких дел наворотить!.. Просто понимаешь, я впервые общаюсь с кем-то, кроме сородичей. Впервые вышел из родного Леса и мне нужно учиться оставаться в сознании. Всегда. На каждый вздох!..

– Не объясняй, я поняла.

Напряжённый донельзя нимфа одарил меня благодарным взглядом и расслабленно опустил плечи.

– Странно… – вдруг выдал лесной.

– Что странно?

– Осень, – Дион с грустью глядел, как солнце скрылось под серым навесом туч. – Это странно. Знаешь, я никогда подобного не испытывал, ведь там, откуда я родом, всегда тепло. А здесь… природа умирает. И я словно вместе с ней. Даже деревья больше не говорят.

– Погоди, – протянула я, – а деревья говорят?

– Что, совсем я странный, да? – засмеялся нимфа. – Да, говорят. Иногда шепчут мне о том, что знают. Поначалу было жутко, но свыкнуться с этим довольно просто. Зато мне не бывает одиноко, – выдавил лесной нервный смешок.

Я потёрла бровь. Поверить в то, что к шуму голосов можно привыкнуть и не сойти с ума, мне оказалось сложно.

– Ты прости, что столько таился, – виновато уставился на меня Дион, – и что бросил в самое трудное для тебя время. Я боялся навредить, потому пытался пореже видеться с тобой и остальными. С приходом холодных дождей держать себя мне стало сложнее. Нутро бунтует. Думаю, это из-за смены времён монов.

– Так сразу бы и сказал, – цокнула я и, ускорив шаг, взбежала по каменной лестнице замка. Дождик вновь заморосил почём зря. – А то я было подумала, что ты Ассаро на дух не переносишь и рассердился оттого, что я занимаюсь с ним.