Пришлите няню, срочно!

Глава 4. У меня нет лишних вопросов.

— Ну что, красавица моя, будем выздоравливать? — подмигнула я малышке и распахнула одеяльце, в которое она была завёрнута. Оно было всё пропитано потом девочки. Одеяло, а так же несколько простынок также полетели на пол. — Ещё немного и мы доберёмся до настоящего сокровища, да?

Улыбнулась девочке, и она сделала тоже самое мне в ответ. Но потом замерла, зажмурилась от непонятной внутренней боли и заплакала. Тряся маленькими кулачками, она словно пыталась мне что-то сказать.

— Опять этот рёв! Да сколько можно? — недовольно рыкнул хозяин дома, заходя в комнату с ведром воды, от которой шёл пар.

— Не слушайте. И вообще, — я повернулась к магу и одарила его хмурым взглядом, — поставьте ведро на пол и идите по своим делам.

— Что? — недовольно оскалился мужчина. — Не забывайся, ведьма.

— Я говорила, чтобы вы оставили меня с малышкой наедине, говорила?

— Ну, да! — Мужчина опешил и с грохотом поставил ведро на пол, обдав водой мои ноги.

— А-а-а-а, неуклюжий медведь! — закричала я и отскочила в сторону. Подняв ноги, схватилась за ступни, сначала за одну, потом за вторую. Растёрла и выдохнула. — Вроде обошлось. Хорошо, что не кипяток.

— Простите… — пробурчал он и, опустив голову, пошёл в сторону двери. Остановился на секунду, а потом, видимо, вспомнив, кинул на стол губку. И, больше не оглядываясь, вышел за дверь, громко ею хлопнув.

— Грубиян! — крикнула я ему вслед и повернулась к девочке, которая перестала плакать и смотрела на меня удивлённым взглядом. — Твой папаша настоящий дикарь. Совершенно не умеет общаться с такими леди, как мы.

— Дя. — Девочка улыбнулась и кивнула. — Не умеет.

— Моя ты сладкая, сейчас мы все сделаем. Не переживай.

Взяла губку и опустила её в горячую воду, выжала и начала медленно обтирать ребёнка. Девочка смеялась, кривлялась, и я понимала, что она медленно приходит в себя, выздоравливает. Всё было не так страшно на первый взгляд. Но это только на первый.

Глубже смотреть мне не позволял запрет на мою магию. Поэтому я даже не пыталась.

Обтерев ребёнка, осмотрелась и увидела старый обветшалый комод. Осторожно взялась за ржавые ручки и открыла качающуюся дверцу. Хмыкнула, но нашла то, что мне было нужно — белые сухие простыни. Удивительно, как будто их кто—то сюда положил совсем недавно, видимо, стараясь хоть как—то позаботиться о девочке. Возможно, это была её мама.

Завернув в две мягкие чистые простынки ребёнка, положила её на стол.

— Это ещё не всё. — Подмигнула и прошлась по комнате. И только сейчас поняла, почему мне было здесь так неуютно. Поёжилась от холода, стоявшего в комнате, и подошла к спрятанному в тёмной нише камину. — Ну, как же так? Ну как?!

Дотронулась до каменной кладки, провела пальцем по полочке. Застаревшая грязь, пыль и паутина, а на стенах от холода и сырости — плесень. Упёрлась ладонями в бока и топнула ножкой по дощатому полу, из которого вдруг нещадно подуло.

— Да он издевается? — Я поискала глазами кочергу и, найдя её в углу, схватила и пошла в сторону выхода. Остановилась около стола, на котором смирно лежал ребёнок и с любопытством смотрел на меня. — Я сейчас. Только всыплю твоему папаше пару кочерёжек и вернусь.

Открыв дверь, я осмотрелась и поняла, что мне нужно найти в этом большом, но дырявом доме, где всюду плесень и гуляющий ветер, самого хозяина.

А ещё какую-нибудь посудину, чтобы сделать лекарство для ребёнка.

Кочерга была для устрашения, если вдруг тёмный маг разозлится на меня за то, что я много чего хочу.

И, может быть, пора уже лечить ребёнка, а не расхаживать по дому и пугать мышей?

— Мышей?! — вдруг вскрикнула я и, поняв, что испугалась собственной тени, засмеялась.

Завернула за угол и пошла по длинному коридору, ступая осторожно голыми ступнями по паркету. Я боялась наступить на гвоздь, мышь или доску. Если честно, когда я была на улице, то видела в щёлочку совершенно другую картинку. Но очутившись здесь, всё предстало в совершенно ином свете. Дом был запущен: кругом щели и плесень, беспорядок и старая разваливающаяся мебель.

— Сандер! — крикнула я и, ухватившись за кочергу, вышла в холл. — Ты где?

— В гостиной. — Мне отозвался на удивление спокойный голос мужчины. Видимо, он не понимал, что в руках у меня было холодное оружие. Ну что ж, сам виноват.

— Очень хорошо! — Я завернула налево и оказалась в очень приятной, на удивление уютной и тёплой комнате. На полу здесь лежал длинноворсный ковёр, который не пропускал ледяной воздух с земли. Камин здесь горел вовсю и отдавал тепло большой гостиной, чуть-чуть доставалось и холлу. Но вот до детской комнаты жар не долетал. И, кажется, тёмный этого не понимал. Или не хотел понимать.

— Что-то случилось? — Хозяин дома отложил книгу на столик, стоящий рядом с ним и внимательно посмотрел на меня.

— Именно, — я улыбнулась и поставила перед собой кочергу, — ответь мне только на один вопрос. Хорошо?

— Нет! — Мужчина поднялся и подошёл ко мне. Очень близко. Настолько, что я увидела в вороте белоснежной рубашки, как проглядывала вьющаяся тёмная поросль. И я почему-то подумала о том, что неплохо было бы увидеть тёмного обнажённым. Ой!

— Что значит нет? — прошептала я охрипшим голосом и шумно вдохнула спёртый воздух, образовавшийся между нами.

— Нет. Это значит нет. Ни одного лишнего вопроса. — Маг натянуто улыбнулся. Взял у меня кочергу. Отошёл в сторону камина, присел на корточки и помешал горящие поленья.

— У меня нет лишних вопросов. Всё по делу, — серьёзно ответила я и подошла погреться к камину. Приподняла холодные ступни к огню и увидела, что он, всё ещё находясь на корточках, повернулся и уставился прямо на мои ноги. Щиколотки, голени, колени.

— Ведьма… — прохрипел мужчина и, резко поднявшись, схватил меня за плечи. Встряхнул, и я увидела, как его зрачки вновь расширились. — Что ты со мной делаешь?