Присвоенная, или Невеста поневоле

Глава 11.2

— Празднование в честь Ночи равноденствия Триединой во дворце кесаря. Я ведь говорил тебе, что нам придётся его посетить, — напомнил князь.

Кивнула. Говорил. И тут же пожалела, что признала — ведь может, и говорил, но…

— И что, вот прям в настоящем дворце? — уточнила я с недоверием и снова посмотрела на платье.

Теперь многое стало понятнее. Почему оно такое роскошное. Хотя сам факт того, что мне предстоит попасть в дворец, всё ещё усваивался плохо. Особенно, если вспомнить всё, что я слышала и читала о его хозяине.

— На деле звучит громче, чем выглядит, — усмехнулся князь.

От этого мне не стало ни спокойнее, ни легче.

— А если я не хочу туда идти? — вернула взгляд на бессмертного.

Он смерил меня долгим пристальным взглядом.

— Предпочитаешь и дальше оставаться взаперти в плену? — лениво уточнил. — Зов моей крови, которую ты приняла, уже ослаб. Эффект давно должен выветриться, — добавил, как бы между делом, но с тем самым выражением, которое категорически мешает нормально дышать.

Если хотел смутить, у него получилось. Но сдаваться я не собиралась.

— Предпочитаю не встречаться с шестнадцати-вековым злопамятным архимагом, у которого нет души, а совесть, похоже, тоже где-то потерялась, — парировала я, гордо задрав нос.

Он, конечно, сразу понял, откуда у меня эта информация. Зелёные глаза опасно блеснули.

— Подслушивать чужие разговоры — не менее невежливо, чем бросать девушку посредине незаконченного разговора, — заметил князь.

— Один — один, — пожала я плечами.

Он усмехнулся и кивнул на платье:

— Нужна помощь, или справишься сама?

— Я никуда не пойду, пока ты не расскажешь мне про отчима! — заявила я твёрдо, сложив руки на груди. — Кто он вообще? И почему я впервые об этом слышу? А вдруг от кесаря я уже не вернусь?

Князь, разумеется, остался совершенно невозмутим. Зато в голосе его прозвучала мягкая, почти ласковая насмешка:

— Пойдёшь со мной, и я познакомлю тебя с ним.

Познакомит?!

Я не ослышалась?

На секунду челюсть готова была отпасть от шока, потом я начала подозревать, что он всё же врёт — пусть и клянётся, что никогда этого не делает.

— Если бы у моей матери правда был муж, который держит дома жутких зубастых тварей из преисподней, я бы как-нибудь это заметила, — сжала руки на груди ещё плотнее.

Хотя…

Стоило вспомнить всё, что я читала про порталы, как уверенность пошатнулась.

Может, зря я так упиралась?

Кесарь — архимаг. Празднество — идеальная возможность найти кого-то, кто знает, как открыть переход между мирами.

Так что, если честно, я уже почти передумала.

Но, разумеется, виду не подала.

И вовремя, потому что он добавил:

— Что именно тебя так удивляет? — голос князя звучал спокойно, почти буднично. — Твоя мать владела Венцом падшего Паладина и передала его тебе. Я уже говорил: этот артефакт не подвластен простым смертным. Камелия Деверо рождена в этом мире. Не в том, где родилась ты. Она — из Церы.

Слова упали в тишину, как камень в воду.

Гулко. Необратимо.

Я застыла. Не дышала.

Он даже не понимал, что только что сделал — просто разрезал мою жизнь пополам, как лист бумаги. Для него это были обычные факты. Для меня — конец привычного мира. Я ведь тоже за эти девять дней об этом думала. Но до конца не верила.

А теперь... выходит, мама мне всю жизнь врала?

Когда она вручила венец, она уже знала, что это такое?

Что это не просто украшение?

— Нет, — прошептала я, отступая назад. — Этого не может быть. Нет, это бред! Зачем ей это? Она же моя мама! Я всё о ней знаю! Не может быть ничего такого!

Пока говорила, голова качалась сама по себе, слова срывались в отчаянии. Шаг. Ещё один. И я почти добралась до двери. Лучше верить в заблуждение, чем принять, что тебя предали. Лучше не знать. Но уйти не успела. В одно мгновение князь оказался за моей спиной. Его ладони легли на плечи, удерживая.

— Я не хотел расстраивать тебя, Ева, — выдохнул он в мои волосы. — Но рано или поздно ты бы поняла всё сама.

Пальцы сжались чуть крепче, как будто хотел обнять. И тут же отпустил. Отступил. Скользнул к двери, и — как всегда, бесшумно исчез за ней.

— Переодевайся. Нас ждут, — его голос прозвучал уже из коридора. — Не стоит задерживаться. А то с кесаря станется и самому заявиться сюда.

Дверь закрылась. И вместе с ней — всё, что я знала о своей прошлой жизни. Пустота внутри расползалась, как холодная трещина. Но даже сквозь этот холод я заставила себя двигаться.

Платье ждало.

Путь — тоже.

И пусть от шока я так и не отошла, как и разразившаяся во мне беспроглядная колючая пустота ширилась всё больше и глубже, я всё-таки нашла в себе силы и впрямь взяться за приготовленное для меня платье. Как минимум потому, что к моей цели вернуться домой только что прибавилась ещё одна: я должна ещё хоть раз взглянуть в глаза той, что дала мне жизнь.