Присвоенная, или Невеста поневоле

18.3

— Exsanguira… — принёс ветер по пути на кухню.

К сомнительным сеансам экзорцизма мне было уже не привыкать, так что первым делом остановилась. Слово повисло в воздухе — лёгкое, шелестящее, почти неслышимое. Как будто кто-то произнёс его прямо мне в ухо, а потом растворился. Я огляделась. Коридор был пуст. Окна распахнуты настежь, занавески тихо колыхались.

Exsanguira…

И что это вообще значит?

Я попыталась разобрать по частям — как когда-то в школе разбирала латынь, которую никогда не учила, но почему-то понимала. “Ex” — из, от. “Sanguis” — кровь. Exsanguira — обескровить? Выпустить кровь? Или это что-то другое? Имя? Заклинание? Название какого-то места? Приказ?

Мне очень не понравился вариант с приказом.

Я попробовала произнести вслух:

— Exsanguira.

Ничего. Занавески продолжили колыхаться. Никакого магического свечения, никаких завихрений, никакого голоса из ниоткуда с подробными инструкциями.

— Экзангуира, — попробовала я на более знакомый языковой манер. — Эксангуира. Эк-сан-гви-ра.

По-прежнему ничего. Только собственное эхо в пустом коридоре.

Может, интонация важна?

Я попробовала властно. Потом тихо. Потом нараспев. Потом шёпотом — вдруг оно из тех заклинаний, которые срабатывают именно так? Потом попробовала с выражением. Потом без выражения.

Ноль.

— Эй ты, — сказала я в пространство с нарастающим раздражением от собственного бессилия, — в следующий раз давай сразу с инструкцией! Хотя бы краткой! Хотя бы один абзац! Хотя бы написанный от руки на клочке бумаги, прикреплённый к воробью! Это же не сложно?!

Пространство ответило красноречивым молчанием.

Пустота, однако, оказалась не совсем пустотой. Парочка сирен в это время натирала воском паркет. Они работали слаженно, молча, пока я не начала разговаривать с воздухом. После этого синхронно подняли головы и уставились на меня с нескрываемым подозрением. И опаской.

А я что?..

Я выпрямилась, поправила юбку и прошла мимо с видом человека, у которого всё под контролем.

Абсолютно всё.

Наконец, добралась до кухни. Там я взяла у поварят свежее мясо. Выбрала самые большие сочные куски.

— Для ваших питомцев? — спросила Гретта, вытирая руки о передник.

— Для них, — кивнула я. — Они, кстати, как?

— А чего им будем? Носятся по саду, как и всегда.

Снова кивнула. И задумалась:

— А у них есть имена? Вы не в курсе? Мало ли, слышали…

Гретта рассмеялась. Так громогласно, что колыхнулись её роскошные рыжие косы.

— У демонов нет имён, княжна. Только у высших.

Хм…

— Теперь будут, — решила я.

Поварята покосились на меня все как один — точь-в-точь, как совсем недавно сирены. Но я не обиделась. Пошла в сад.

Тварюшки нашлись у фонтана, из которого меня князь вытаскивал. Воспоминания о последнем отозвались где-то внутри чем-то щемящим, но я дала себе очередной ментальный пинок и сосредоточилась на настоящем. То есть на тварюшках. Четыре здоровенные туши склонились над мраморным бортиком и их шипастые хвосты довольно подрагивали, пока длинные красные языки самым бесстыжим образом лакали воду.

Я замерла на почтительном расстоянии. Пальцы сжимали узел с мясом. Сердце колотилось где-то в горле.

Вдруг это я зря? Вдруг снова бросятся, как в первый раз?

Я помнила их рык, их острые когти, их пасти с несколькими рядами зубов. Помнила, как неслась от них через кусты, как сиганула в фонтан, как они встали стеной, не пуская дальше.

А вдруг они всё-таки нападут?

Убить не убьют, раз подарок отчима. Но покалечат.

С другой стороны, страх страхом, а домой к маме очень хотелось. И если для того, чтобы свободно передвигаться, куда мне вздумается, в этом мире, я должна подружиться с этими страшилами, так тому и быть. Подружусь.

Как-нибудь…

Потому и не стала больше медлить. Отвязала узел и швырнула самый крупный кусок вперёд.

Твари синхронно подняли головы. Огромные, чёрные, влажные носы задёргались. А потом они всей четвёркой набросились на угощение. Жевали быстро, с чавканьем, издавая низкие гортанные звуки. Шипы на спинах при этом подрагивали, а хвосты смешно закручивались колечками.

Почти умилительно. Если не смотреть на зубы.

Когда мясо кончилось, они подняли морды и… конечно, словно по команде, бросились ко мне!

Я даже вскрикнуть не успела. Сердце ухнуло в пятки. Я зажмурилась, ожидая чего угодно, в том числе боли от когтей, зубов, челюстей, смыкающихся на моей руке.

Но они не кусали.

Они меня… облизывали.

Огромные, шершавые языки, похожие на наждачную бумагу, скользили по рукам, по ногам, по всему, до чего могли дотянуться. Густая, тёплая слюна растекалась по коже, пока я открывала глаза, перебарывая не самые приятные ощущения и ассоциации. Первая тварь — самая крупная, с тусклым взглядом, тыкалась носом в мою ладонь. Другая лизала локоть. Третья пыталась добраться до лица.