Притворись моей, девочка!

Глава 19

Даша

Артём смотрит на меня как-то плотоядно... Потемневшим взглядом пробегает по лицу, а потом опускает вниз к моим ногам.

Наверное, зря я так вырядилась...

Но вместе с тем мне почему-то хочется, чтобы он на меня так смотрел. Чувствовать себя желанной необычно, но очень приятно. Особенно, впервые в жизни.

Застываю в паре шагов от парня, не зная, как себя вести и куда себя деть. Он поднимается с дивана, подходит ко мне вплотную. Говорить со мной, похоже, не собирается... Потому что одна его рука тут же обвивает мою талию, а вторая прихватывает сзади шею. Требовательные губы без промедления обрушиваются на мои. И в этом безумном поцелуе я не сразу понимаю, что мы куда-то двигаемся. Очухиваюсь, когда уже оказываемся на пороге спальни. Почти вошли...

Господи Боже! Всё слишком... безумно быстро!

Ещё совсем недавно я и не целовалась-то ни разу. А теперь он хочет, чтобы я... Чтобы я... Господи! Я пока не могу... Нет-нет, этого не будет!

– Тём, хватит! Пожалуйста!.. – уворачиваюсь от его губ и упираюсь руками в широкую грудь парня, и он сразу сбавляет обороты. Я сбивчиво шепчу: – Я не могу... Это слишком быстро... Я не готова!

В моём голосе неприкрытая паника, хотя я не собиралась её показывать. Артём тяжело дышит, глядя мне в глаза. Но он, кажется, не злится, скорее, в лёгком замешательстве.

– Я не собирался давить на тебя, – произносит хриплым голосом. – Просто с тобой мне сложно себя контролировать. Но я буду стараться... И могу подождать.

Да? Сколько?

День? Два?

Через пять дней наши отношения закончатся. Он же сам сказал, что это у нас только на время каникул. Тогда сколько же он готов ждать?!

Внезапно мною овладевает такая злость, что даже дышать становится трудно.

Зачем я позволила себе влюбиться?

Зачем он вообще пристал ко мне? Что, других девчонок нет?

Я отшатываюсь от Артёма и отхожу от него как можно дальше.

– Знаешь, ты очень скрытный, и мне это не нравится, – говорю, не глядя на него. – Не рассказываешь о своей семье. Не отвечаешь на вопросы, пытаясь закрыть мне рот поцелуями.

– Да брось, Даш! – он подходит ко мне, сжимает подбородок двумя пальцами, вынуждая посмотреть на него. – Я не закрываю тебе рот. Я просто постоянно хочу тебя целовать! Клянусь!

– Закрываешь! – упрямо настаиваю я. – Ты либо просто не говоришь о себе и своей семье, либо врёшь.

Он ведь так и не рассказал мне о том, почему врезался тогда в гаишников! А в соперничество с Тимуром по дурости я не верю!

– Слушай, давай не будем ссориться на пустом месте, – говорит Артём вполне миролюбиво. – Можешь спросить обо всём, что хочешь знать.

Он отпускает мой подбородок, скрещивает руки на груди. Смотрит на меня с явным раздражением. Но я всё же не сдерживаюсь и выпаливаю:

– Где ваша мама?

Криво ухмыльнувшись, он разводит руками:

– Где-то.

– Не поняла...

– Давай вот именно об этом подробнее не будем. Спроси о чём-то другом.

Что ж, ладно... Хотя нет, не ладно. Я же ему всё о своей семье рассказала! Во всяком случае, самое важное.

– Тогда тебе лучше уйти прямо сейчас, – бросаю, не скрывая обиды. – Я устала. В том числе и от тебя.

Дёргаюсь в сторону двери, чтобы распахнуть её и выставить Соболева из своего номера.

Он хочет что-то большее, чем поцелуи, но в свою душу не впускает. Я буквально чувствую эту стену, которую он так старательно выстроил на пару со своим братом, отгородив себя ото всех остальных. В школе они просто неприкасаемые. В то время как им можно всё, другим ничего нельзя.

Но сейчас мы не в школе. И сейчас он мой парень! И он должен быть честен со мной!

– Подожди! – Артём стеной вырастает на моём пути, не дав подойти к двери. – Даш, я не хочу уходить! Просто... – замолкает, опустив взгляд.

– Что просто? Ты меня целуешь, но не можешь рассказать о своей маме?

– Просто есть определённые правила. Запретные темы. Моя мама – одна из них.

– И кто устанавливает эти правила?

Громко сглотнув, Артём отвечает:

– Мой отец.

Что ж, это и так понятно. Но мне этого мало.

– Твоего отца тут нет! Здесь только я и ты. И ты можешь поделиться со мной чем угодно. Дальше этой комнаты ничего не выйдет.

Артём хмурится. Смотрит на меня тяжёлым взглядом.

– Почему, Даша? Почему ты хочешь говорить именно об этом?

– Потому что твоя семья – это часть тебя. И я смогу понять тебя лучше, когда узнаю и эту твою часть.

– Бред!.. – фыркает Артём. – Вот он я! Здесь. Прямо перед тобой. Что тебе ещё нужно?

– Мне нужны не только объятья и поцелуи, Тём...

Сейчас мне чертовски грустно. Потому что мы не слышим друг друга.

– Что ещё? Какие-то сведения о моей семье? Зачем? – продолжает он изображать непонимание.

Я злюсь ещё больше.

– Если ты и дальше будешь выстраивать барьеры между нами, ничем хорошим это не закончится.

– Если ты будешь настаивать на своём, то всё закончится раньше, чем через пять дней, – парирует он.

Боже... Почему всё так резко изменилось? Пожалуйста, отмотайте всё обратно на десять минут назад!

Хотя я понимаю, что это не поможет. Не сейчас, так завтра мы вновь упрёмся в этот тупик.

– Я и дальше буду задавать вопросы. Если тебя это не устраивает, то лучше прямо сейчас уходи.

Он сухо и безэмоционально роняет:

– Хорошо, я ухожу.

Пересекает гостиную, распахивает дверь и выходит в коридор.

И уходит... Ни разу не обернувшись.

Кусаю губы, кажется, до крови. Заставляю себя стоять на месте и не идти за ним.