Притворись моей, девочка!

Эпилог

Неделю спустя

Даша

Нас окутывает темнота. Мне так хорошо сейчас, что хочется замурлыкать от восторга. Тёма крепко-крепко обнимает меня, накрыв нас обоих с головой одеялом. Мы словно в домике...

В нашем пансионе девочки и мальчики живут в разных корпусах. Каждая комната рассчитана на двоих. Но после ухода Аси – моей подруги и соседки по комнате – я живу одна.

Тёма приходит ко мне за час до звонка будильника, умудряясь незаметно проскочить мимо нашей старенькой вахтёрши на входе. И вот уже неделю начало каждого нового дня мы встречаем вместе.

Он находит мои губы и нежно целует. Его руки повсюду... но мы пока не переходим границ дозволенного.

Оторвавшись от губ, покрывает поцелуями мои щёки.

– Я так боюсь, что нас поймают... – шепчу я. Хотя почему-то особой паники по этому поводу не испытываю.

– Формально мы не нарушаем правила, – отзывается Артём, и я слышу в его голосе весёлые нотки. – Нам не разрешили уединяться по ночам – я прихожу к тебе утром.

– Хитро, конечно, – улыбаюсь и сама тянусь к его губам.

И мы ещё долго-долго не можем друг от друга оторваться... Но потом нам всё-таки приходится выбираться из-под одеяла. Ухожу в ванную, а Тёма ждёт, пока я привожу себя в порядок.

Из общежития мы выходим вместе, потому что после восьми утра мальчикам уже не запрещено приходить к девочкам. И наоборот.

Занятия начинаются в восемь тридцать, и у нас есть немного времени, чтобы зайти в столовую, выпить кофе и перехватить чего-нибудь на завтрак.

Тёма усаживает меня за стол, сам идёт к буфету, берёт нам кофе и оладьи. Я наблюдаю за ним влюблённым взглядом. Кажется, уже вся школа знает, что мы помешаны друг на друге.

– Первый-первый, я второй!.. – голос подруги звучит возле самого уха, и я подпрыгиваю.

– Полин... У меня чуть сердце не выпрыгнуло! – прижимаю ладонь к груди.

Полина вместе со своим парнем Яном усаживаются напротив меня.

– Да удивительно, что ты в деревья ещё не врезаешься! – подшучивает подруга. – Из-за Соболева ничего вокруг не замечаешь.

Я фыркаю.

– Кто бы говорил...

Они ведь парочкой стали уже давно, и всё время вместе.

– Нет, у нас конфетно-букетный уже прошёл, – весело заявляет Ян. – Теперь мы над вами угораем.

– Ну у нас-то он не закончится, – говорит Артём, внезапно подошедший к столу.

Он ставит поднос, садится рядом со мной.

– Твой кофе... и сок. Забыл спросить, что ты сегодня хочешь.

Чмокаю его в кончик носа, и мы, не отрываясь, смотрим друг другу в глаза. И снова тонем во взглядах друг друга.

Я не хочу, чтобы этот период заканчивался.

– И всё равно рано или поздно вы отрезвеете и станете более вменяемыми, – продолжает веселиться Ян.

А Полина, кажется, пинает его под столом, потому что Артём смотрит на её парня угрожающе.

– Я добр с тобой только из-за неё, – кивает он на меня. – Но могу быть и не таким добрым.

Ну да, для всех остальных Артём Соболев остался Соболевым. Это только со мной он как ручной котёнок.

Тимуру и Тёме комфортно прятаться за масками цинизма и злости. И я не спешу пытаться изменить своего парня. В конце концов, я же знаю, что это маска.

– Всё, брейк! – вмешивается Полина, занервничав оттого, что парни сверлят друг друга глазами. – Кстати, как вам последние новости?

Артём нехотя переводит на неё взгляд.

– А что там?

– Ну вы, и правда, в танке, ребята... – смеётся она. – Со вчерашнего дня все обсуждают грядущее пополнение нашего класса.

– Пополнение? – переспрашиваю я.

– Ну да! Н о в е н ь к и е! – произносит она по буквам. – Целых двое! И это только в наш класс. А ещё несколько человек в десятый и девятый. Директор открыл восемь бюджетных мест.

– Да быть не может! – с недоверием бросает Артём.

– Я тоже не верю... – протягиваю я.

Ян разводит руками.

– А вы уж поверьте! Наш пансион сейчас на карандаше у Министерства образования. Вот руководство и нашло выход, как их задобрить – набрать в нашу школу всякий сброд и нищету.

Я морщусь от его слов, а Артём стреляет взглядом в сторону своего брата.

У Тимура теперь новая тусовка. Он дружит с Маратом – когда-то моим другом. Бывшая Тимура – Ника Гордеева – тоже сидит за их столом. Нет, они с Тимуром не встречаются больше. Но, словно по привычке, продолжают общаться друг с другом.

– Ну и кого к нам запихнут? – спрашивает Артём не слишком любезно.

– Вроде мальчика и девочку, – отвечает Полина. – Завтра узнаем.

Мы с Артёмом переглядываемся. Думаем наверняка об одном и том же. Кажется, у Тимура появятся новые жертвы для троллинга. И я уже чувствую приближение бури.

Уже после уроков мы вместе с Артёмом идём в спортзал. Он – позаниматься на тренажёрах, а я – поплавать в бассейне. Перед тем, как разойтись в разные стороны, Артём хватает меня, утаскивает в тень и прижимает к стене, пряча нас обоих от глазка камеры, висящей в коридоре.

– Ты грустная, – шарит по моему лицу внимательным взглядом. – Что случилось, Даш?

– Я просто тут подумала... А что, если Ян прав, и рано или поздно чары спадут?

– Ян мудак! – выплёвывает Артём. Но его голос смягчается, когда он произносит: – Я люблю тебя, Даша. Да у меня голова рядом с тобой кружится! И я планирую быть в этом головокружении ещё очень и очень долго. Всю жизнь.

Сердце, как и всегда, рвётся из груди, когда он так трогательно и красиво говорит.

– Я тоже не хочу останавливать головокружение, – признаюсь ему. – Люблю тебя!..

После бесконечно долгих поцелуев мы всё же расходимся. И проводим целый час в разлуке. А потом ещё и ночь. А следующим утром Артём вновь забирается ко мне в кровать и накрывает нас обоих одеялом.

Я уже знаю, что новенькую поселят в мою комнату. Поэтому в это последнее утро с парнем позволяю ему немного больше, чем всегда.

Потому что доверяю... Потому что люблю до дрожи.

Но самое главное и интимное мы всё-таки оставляем на потом.