Притворись моей любовью

Глава 53

Доментиан

Я едва успел. Грани покачивались у самой земли на цепочке, зажатой в моём кулаке.

Когда-нибудь я разорву этого дракона на куски!

— Брам! — процедил я. — Ты что творишь?

— Да я не хотел... Я случайно! — попытался оправдаться Кадум, неуверенно улыбнулся и отодвинулся подальше. — С каждым может произойти.

— Но с тобой «случайности» происходят удивительно часто. Не находишь? — Я поддался порыву и высказал дракону всё, что думаю: — Тебе няньки нужны, а не истинная. Твоему отцу стоило сбагрить тебя в военную академию, чтоб всю дурь из тебя вышибли. А пока ты самоуверенный болван, малюющий картинки в своё удовольствие.

Я выхватил у Брама шкатулку, осторожно положил в неё Грани и спрятал в карман. Кадум вспыхнул, как невинная девица, случайно забредшая в бордель, пытался возражать, но я вскинул руку, останавливая его: небо привлекло моё внимание. Я вскочил на ноги, прижался к стене, заодно увлекая за собой и Брама.

В стороне от нас высоко в воздухе промчалась фейри, и от движения сильных гибких крыльев качнулись макушки деревьев. Фейри заложила лихой вираж, подлетела к окнам верхних этажей и зависла, лениво помахивая большими полупрозрачными крыльями. Лунный свет проходил сквозь них, отчего крылья словно сияли. Сложный рисунок из тонких прожилок и серебристых пятен по краям однозначно указывал на клеистэнэс.

— Красиво. Это Лайон, — качнул головой Брам, приглядевшись.

Как же, помню-помню. Боллинамор. Из тропических лесов Бальбиэна. Любительница презрительно на меня смотреть.

— Не знал, что Лайон развлекается ночными полётами. Ректор такое не одобряет. — Кадум провёл ладонью по волосам и смущённо усмехнулся: — Правда, я сам сегодня натворил дел. Если отец узнает, что я обратился… — Брам оглянулся на меня. — Не узнает же? Да?

Я оскалился.

— Боишься, что сдам тебя, дракон? Правильно делаешь. Но пока живи спокойно.

Я покосился на Кадума и снова перевёл взгляд на фейри, бесшумно порхающую почти под самой крышей жилого корпуса. Никогда не выпадала возможность спокойно понаблюдать за полётом фейри. Обычно я видел их во второй ипостаси только перед нападением или в бою.

— У нас в империи феи не летают. Я их крылья впервые увидел, только когда в СУМРАК поступил. В прошлом году тут была ещё одна, владела огнём. Крылья у неё были похожими, но с оранжевым переливом.

— Фейри, — непроизвольно поправил я Брама.

— М-м?

— Они ненавидят, когда их называют феями.

— Так нет же разницы.

— Попробуй какому-нибудь фейри это сказать. Только сначала мазь от синяков приобрети.

Сложив крылья и грациозно сев на подоконник, девушка юркнула в открытое окно. Полёты фейри всегда отличались плавностью и изяществом, демоны на такой не способны.

— Что? Засмотрелся?

— Не говори ерунды. Ты своих красок не надышался? Я просто всегда начеку и никогда не теряю бдительности. И вообще, хватит отдыхать. Пошли! Пора смотреть постановку по Граням, "Коварная Деверо и упившийся дракон" называется.

— Всего-то один раз перебрал, — начал жаловаться Кадум, но мне было не до его откровений.

Мои комнаты располагались ближе, туда мы и направились по пустым и полутёмным ночным коридорам.

Однако когда до апартаментов оставалось не так много, впереди послышались размеренные шаги. Я и Брам остановились, быстро переглянулись. В моей голове промчались десятки отговорок и подходящих причин, почему преподаватель и студент в такое время слоняются по Академии.

Если это кто-то от Зурга, то, пожалуй, скажу, что поймал Брама в женском крыле за непотребством. Вполне правдоподобно в свете последних слухов.

Но это не понадобилось. Кадум впился глазами в высокую сухопарую фигуру, двигавшуюся нам навстречу, и зашипел:

— Что за... Леон?! — Брам хлопнул меня по плечу. — Подожди минутку, я быстро.

Ах, грифо-о-он. Тот самый, так опрометчиво решивший поухаживать за Шантиль. Всё-таки у Мадлен будет веер из грифоньих перьев.

Брам вцепился в Леона и затряс так, что того должно было укачать, как после полёта сквозь смерч.

Если он собирается его убить, то это делается не так. Впрочем, думаю, справится. Жаль, что у Брама сейчас сил не хватит на обращение даже в бейтира. Так было бы намного занятнее. А вот если бы последовал совету и что-нибудь съел для восстановления сил... Вон у грифона как раз коробка с пирожными в руках. Уж не для Шантиль ли?

Взгляд упал на моё отражение в окне, и я чуть не задохнулся от ужаса.

Ну и видок!

Давно отработанными движениями начал приводить себя в порядок, пока Кадум, не замечая ничего вокруг, упоённо мутузил Леона.

Если с причёской я управился быстро, то с костюмом пришлось повозиться. Въевшиеся пыль и пятна, оставшиеся с подземелий, с трудом уходили, и даже бытовая магия убирала их неохотно. Слизь на сапогах и вовсе не желала исчезать.

Придётся по старинке.

— Брам, у тебя нет тряпки?

Кадум очень удачно сбил грифона, и тот свалился мне под ноги.

— А, спасибо! — Я наклонился и вытер сапоги о сюртук Леона. Грифон испуганно замер и даже не попытался подняться, только щека его дёрнулась. — Кадум, долго ещё будешь возиться? Нам пора. И пирожные прихвати.

Брам раскраснелся и тяжело дышал, но на лице сияла довольная улыбка.

Я двинулся дальше по коридору, не дожидаясь окончания разборок с грифоном. Кадум догнал уже у дверей апартаментов.

В гостиной я достал из шкатулки артефакт и поднял поближе к глазам. Тонкий хрусталь засверкал под яркой лампой прозрачными гранями, а внутри, словно в водовороте, затанцевали едва заметные светлые искорки. Могучая сила магии текла сквозь меня, опаляя кожу, но я почти не обращал на это внимания.

Брам рядом шумно вздыхал, бегал вокруг, громко топал, в общем, делал всё, чтоб окончательно вывести меня из себя.

Я так одержимо искал Грани, и вот они. Ещё немного, и я всё узнаю. Остался последний шаг…Сейчас!