Притворись моей навеки

Глава 14

О том, что Алина разорвала помолвку, я узнала утром, когда наткнулась на новость в телефоне. Заголовок был кричащий: «Наследница сети бутиков разорвала помолвку с банкиром Алексеем Кожевниковым».

Я перечитала строчку трижды, прежде чем поверить глазам. У меня похолодели пальцы, а дыхание сбилось. В статье мельком упоминалось, что разрыв произошёл по инициативе невесты, и «близкие источники» сообщают, что у неё «остались чувства к другому человеку».

С того дня Алина начала преследовать нас. Я не успела привыкнуть к роли жены, как она уже появилась на пороге. Сначала просто пришла «попрощаться» с мамой Сергея. Потом - «отдать документы». Потом - «заглянуть по дороге». Она становилась всё смелее, задерживалась дольше, а её взгляды на Сергея - слишком красноречивы, чтобы быть случайными.

Я пыталась держаться. Улыбалась. Делала вид, что не замечаю, как она касается его плеча, как задерживает руку в рукопожатии, как смотрит на него - с тоской и надеждой. Сергей был сдержан, но и не торопился обозначить границы. И это убивало.

Однажды я подошла к дому, и увидела, как они стоят на веранде. Он что-то рассказывал, а она смеялась, запрокинув голову. Мне захотелось развернуться и уйти. Исчезнуть. Я не знала, как справляться с этим. Я честно старалась не ревновать! Но ревность разъедала изнутри.

Я слышала разговоры Жанны Валерьевны. Она никогда не говорила мне ничего плохого в лицо. Наоборот - всё время улыбалась, интересовалась, как я себя чувствую, даже предлагала рецепт от бессонницы. Но когда она думала, что я не слышу - в её голосе звучала досада.

- Алина была бы лучше. Там хотя бы родословная, воспитание, образование! А у этой... - её голос исчезал, но смысл оставался.

Иногда я ловила Сергея в задумчивости. Его глаза будто искали ответ на вопрос, который он боялся задать себе. И я не знала, спрашивает ли он себя - кого он выбрал. И не ошибся ли.

На фоне всего этого я чувствовала себя чужой. Даже в собственном доме. Мне казалось, что всё хрупкое счастье, которое мы с Сергеем пытались построить, висит на тоненькой ниточке - и Алина держит ножницы. Одно слово, один шаг - и всё рухнет.

Вечером, проходя по коридору мимо кабинета, я услышала её голос.

- Ты ведь не любишь её! Скажи честно. Это всё из жалости, да? Ты просто не мог отказаться после того, как она тебя выручила. После той истории с журналистами…

Я затаилась в тени. Сердце билось как сумасшедшее. Я не слышала, что он ответил. Только то, как Алина снова заговорила:

- Мама тоже считает, что ты совершаешь ошибку. Мы с тобой были бы идеальной парой! У нас было будущее!

Молчание – долгое, пугающее. Я не выдержала, и прошла мимо двери нарочито громко, чтобы они услышали мои шаги.

Позже Сергей подошёл ко мне на кухне.

- Устала? - спросил он, положив руку мне на плечо. Я кивнула. Не в силах смотреть в его глаза.

Он не стал спрашивать, что со мной. Не стал объяснять, что за разговор у него был с Алиной. Я понимала: он запутался. Но разве любовь может рождаться из сомнений?

Ночью я лежала без сна, уставившись в потолок. Я думала обо всём сразу: о прошлом, о его взгляде, о себе, о том, как всё могло бы быть. И впервые с начала нашей истории меня охватил страх.

Что, если всё это действительно ошибка?

Следующее утро не принесло облегчения. Я попыталась раствориться в повседневных делах, но мысли возвращались к тому разговору. К тому, чего я не услышала. К тому, что могла бы услышать. Алина снова появилась в доме под предлогом, что забыла шарф. Она всё чаще оставалась пить чай, всё чаще задерживалась в саду, где Сергей любил отдыхать.

Я начала чувствовать себя не просто лишней, а вытесняемой. И вдруг - в один из вечеров - она подошла ко мне.

- Знаешь, - её голос был удивительно спокойным, почти дружелюбным, - я уважаю тебя, правда. Но ты ведь понимаешь, что вы с Сергеем слишком разные? У него совершенно другой мир. Его не удержать одной только искренностью. Это наивно, Саша.

Я молчала. Потому что знала - спорить бессмысленно. У неё была армия доводов: статус, поддержка семьи, одобрение матери Сергея. А у меня? Только чувства. Но хватит ли этого?

Позже, когда я одна стояла на балконе, я увидела, как Алина и Жанна Валерьевна говорили на крыльце. Они обернулись одновременно, как по сигналу, и их взгляды остановились на мне. Я не услышала, что именно они сказали, но обе улыбнулись.

И вдруг меня охватило странное ощущение, будто я живу не в своём доме. Словно меня пригласили на спектакль, в котором я - случайная зрительница.

И в ту секунду я поняла: что-то назревает. Что-то, о чём я пока не догадываюсь. Что-то, что изменит всё.