Притворись моей навеки

Глава 17

Сергей

Я знал, что должен объясниться с ней. Саша не брала трубку уже третий день, и с каждой минутой это чувство вины расползалось по мне, как ржавчина. Я стоял в гостиной, разрываясь между звонками и мыслями, как всё это могло так перевернуться.

Я знал, что фото не случайны. Знал, что Алина не сдастся так просто. Но что-то в Сашином молчании пугало меня больше, чем эти грязные игры.

Хотелось поехать к ней лично. Просто встать перед ней, посмотреть в глаза, и рассказать всю правду. Но не успел даже сделать шаг к двери, как в холле раздался сдавленный крик.

- Серёжа! Мне… плохо… - это была мама.

Я сорвался с места. Она сидела на диване, держась за грудь, бледная, испуганная. В ту секунду мне показалось, что весь воздух из дома вытянуло. Я поднял её на руки, и понёс к машине. Саша исчезла из мыслей - я действовал на автомате. Больница, коридоры, свет, запах антисептика. Врачи забрали её в приёмный покой, а я остался один, сидя в холодной пустоте ожидания.

Диагноз - не инфаркт, но угроза, спровоцированная высоким давлением. Мама смотрела на меня с укором, а я чувствовал себя привязанным. Ведь не мог уйти, не мог бросить её, и она это знала.

Мама не произнесла ничего вслух, но её взгляд говорил громче слов: «Ты женился на неправильной девушке, и теперь всё рушится».

Я выслушал врача, подписал бумаги, привёз маму обратно домой, уложил её и убедился, что она заснула. Потом проверил телефон, и нашёл там сообщение от Леры: «Саша ждала, но ты не пришёл. Она больше не верит тебе».

Я схватился за голову. Почему всё должно было случиться именно так? Почему между мной и Сашей всегда кто-то вставал? Я сел за руль, и помчался куда глаза глядят. Только когда увидел знакомую улицу, сердце сжалось. Я припарковался у дома Сашиной тёти.

Свет в окне горел, но дверь так и не открылась. Даже после десятого звонка. Я остался стоять в темноте, у порога, сжимая в руке письмо, которое хотел отдать ей лично. В нём я излил всё, что не успел сказать; всё, что сдерживал. Но, кажется, уже поздно.

Я ждал, сколько мог. Потом оставил письмо в щели под дверью, и уехал. Всю дорогу до дома я пытался представить, как она его найдёт. Прочтёт ли? Поймёт ли? Верит ли мне хотя бы наполовину?

На следующее утро я был в офисе раньше всех. Работа - единственное, что хоть как-то держало меня на плаву. Я приказал не соединять меня ни с кем, и закрылся в кабинете. Но каждые пятнадцать минут смотрел в телефон. Ни звонка, ни сообщения. Будто Саша испарилась.

Я пытался работать, но слова расплывались перед глазами. Мысль, что она могла просто уйти, исчезнуть из моей жизни, будто нож резала изнутри. Я понимал, что виноват. Но разве я не заслуживаю шанса объясниться?

Я набрал Леру, но она ответила коротко:

- Саша сейчас не хочет тебя видеть. Она сильно ранена, Серёж.

И отключилась.

А я остался один среди бумаг, планов, звонков. Всё, что раньше было смыслом, теперь казалось пустым без неё.

Я пошёл к окну, и смотрел на город, на людей, у которых, возможно, не было таких проблем, как у меня. Хотя бы не таких болезненных. Я подумал о нашем доме. О её улыбке на кухне, о том, как она смеялась, когда я неудачно пытался сварить кофе. Мне казалось, что эти моменты были целую вечность назад.

Каждый раз, когда дверь офиса открывалась, я надеялся, что это она. Что Саша пришла, чтобы выслушать меня. Но всё было напрасно. Приходили курьеры, сотрудники, один раз даже Алина - с очередной фальшивой улыбкой и видом победительницы. Я велел охране больше не пускать её без разрешения.

Вечером я снова поехал к дому Сашиной тёти. Но на этот раз свет не горел. Дверь осталась закрытой. Я оставил записку: «Я не сдаюсь. Буду ждать столько, сколько нужно».

Ночью я не спал. В голове прокручивались воспоминания. Как она впервые вошла в мой кабинет, как спорила со мной, как защищала свой проект. Как смотрела на меня, будто видела человека, а не только директора компании.

Я понял, что люблю её.

Не как партнёра, не как жену по договорённости. А по-настоящему.

Но теперь это нужно было не просто сказать. Нужно было доказать.

Утром я встал с единственной мыслью - найти её. Начну с тёти - может, она подскажет, где Саша. Или хотя бы скажет, как она.

Я надел пальто, вышел из дома, и сел в машину. Сердце стучало в тревоге, но и в решимости. Я знал, что всё может измениться в одну секунду.

Или навсегда остаться потерянным.

Но я должен был попробовать.