Притворись моим мужем!

Глава 2

Я дала отбой, выскочила из ванны, наспех вытерлась махровым полотенцем, накинула халат. Домик на море, это круто! Это же несбыточная мечта! Как бы мне только успеть, чтобы меня не обскакал этот Виктор. Вот ушлый какой! Ну уж нет, домик будет моим. У меня планы. Домик, яхта и мускулистый загорелый красавец. Как-то так!

А билет! Если билетов нет, что делать? Не успею добраться и прости-прощай мой домик у моря! Ищу через интернет заветный билет, почти лотерейный. Выигрышный. Есть! Один-единственный, последний. И он мой!

Я бросилась собирать вещи в дорогу, заметалась. Дорожная сумка отыскалась сразу, а вот где чемодан? Куда я могла его запихнуть? Так, а зачем мне чемодан, возьму две сумки. С сумками и потащусь утром на работу, а то не успею на самолет, рейс-то ранний. Сразу же в отдел кадров, быстренько напишу заявление, и пусть попробует меня кто-нибудь остановить! У меня самолет! Ой! Успеть бы.

Что взять, что надеть? Купальник – первое, что надо упаковать, я же на море лечу! Сарафан, босоножки, это понятно. Поеду в брюках, футболке, кроссовках и курточке. В Питере пока совсем не жарко. Так, беру кое-что по мелочи, косметичку запихнула. Пижамку чуть не забыла, любимую, синюю в горошек. Платье еще возьму, оно красивое и мне очень идет. Посидела на сумке, чтобы молния застегнулась. Нет, не получается. Попрыгала. Молния, скрежеща, все же застегнулась. Только бы не лопнула в дороге. Может, ее ремешком перетянуть? Вот смешно-то будет! Ладно, оставлю так.

Книга! Вот почему Милка меня упросила ее взять, Олег же в поселке рядом с Синеморском живет. Только она тяжеленная какая! Куда бы эту книгу положить? В большую сумку и думать нечего, в маленькую по формату не влезет. Придется везти в простом пакете. И буду я как новогодняя ёлка, растопырившая ветки и увешанная вместо игрушек сумками.

Толком этой ночью я не спала. Никак не верилось в то, что со мной могло случиться такое чудо! И ведь не Новый год! Просыпалась, мечтая о том, как завтра, да нет же, уже сегодня, сразу же окунусь в ласковые волны.. Не может быть! Да нет, все правильно, я лечу на юг, на море. Там тепло, и солнышко светит!

Встала, вернее, вскочила, пораньше. Заварила и выпила аж две чашки крепчайшего кофе для придания себе бодрости. Перед выходом несколько раз проверила, не забыла ли я что-нибудь взять. Главное, паспорт и Милкину книгу, а то, если забуду, она мне этого никогда не простит. Достала из шкафа в прихожей плотный фирменный пакет, он у меня специально хранился, на всякий случай. Вдруг что-нибудь габаритное придется нести, положу в красивый пакет. Вот этот случай и настал. Осмотрелась, кажется, все собрано, уложено, застегнуто, можно ехать. Закрыла двери, заперла на все замки. На улице опять прохладно, а меня-то ждет лето! И море!

На работу приехала на полчаса раньше. Такого со мной еще не бывало ни разу в жизни. Вот на полчаса позже – запросто, а чтобы раньше, нет, такое даже вообразить себе я не могла.

Мне срочно надо все оформить. Очень срочно! У меня же самолет! И время поджимает, успеть бы. Взлетела на лифте на административный этаж. Коридор, оформленный в строгом стиле, тянется во всю длину здания. Неброские светильники, темный паркет. Слева солидные двери с табличками, справа окна, из которых льется на пол по-летнему яркий солнечный свет. Кажется, что во всю длину коридора постелена дорожка из шкуры зебры, так чередуются свет и тень.

Мчусь по коридору, разогналась, даже прокатилась как на катке. Давно я об этом мечтала, а сейчас коридор пустой, никто не видит и не мешает мне резвиться. Перед пятой по счету дверью с надписью «Отдел кадров» я затормозила, сделав красивый плавный разворот. Поправила курточку, перехватила сумки и, приняв достойный вид, ну, насколько это возможно, конечно, в моем состоянии, взялась за блестящую дверную ручку.

Заведующая кадрами конечно, уже на месте, она-то никогда не опаздывает, всегда приходит заранее. Старая школа. Очень старая. Совсем старая. По-моему, ей лет сто, ну или около того. Тощая, вечно злая, въедливая. Волосы собраны в пучок, круглые очки, коричневый пиджак как минимум советских времен, если не более ранних. Вот уж она всегда в курсе всего. По-моему, даже если кто-то из сотрудников моргнет, она сразу же будет об этом знать. Интересно, новое начальство ее оставит? Оставит, конечно, оставит. Таких теперь не делают.

- Доброе утро, Полина Ивановна, - вежливо поздоровалась я тихим голосом.

- Если оно, конечно, доброе. Судя по вашему виду, оно не задалось. Куда так спешите, Александра Васильевна? – кадровичка сдвинула очки на кончик носа и выжидающе посмотрела на меня, я смешалась.

- Мне… я хотела заявление… по семейным обстоятельствам. Мне надо отпуск за свой счет на десять дней.

- Александра Васильевна! - она задохнулась от возмущения, - сейчас не самое лучшее время для отпуска! Вы, наверное, слышали, что у нас сменилось начальство. Надеюсь, догадываетесь, что оценивается каждый сотрудник. Важно всё, в том числе и дисциплина. На мой взгляд, отпуск сейчас неуместен, - вот же грымза. - У вас никто, надеюсь, не умер.

- Вот как раз умер, вернее, умерла, и я опаздываю на самолет,- не буду же я объяснять, что это случилось полгода назад.

- Обстоятельства серьезные. Заявление начальнику на резолюцию я, конечно, положу. Он завизирует, потом передам в приказ, ну а там посмотрим.

Я пулей вылетела из кабинета. Не знаю, что и кто будет смотреть, заявление-то все равно должны подписать. А у меня – самолет и билет в счастье! Скорей! Скорей! С сумками наперевес, держа пакет с книгой в другой руке, я почти вприпрыжку добежала до лифта. Пока ехала вниз, посмотрелась в зеркало, щеки раскраснелись, глаза горят, сама полна решимости, прядка непослушная опять выбилась. Поправила волосы, все же я в главном здании, надо сохранять приличный вид. Удобно, когда стрижка, она у меня модная, стильная, только завитки немного разлетаются.

Лифт остановился, я почти споткнулась, выскакивая из кабины, волоча свою тяжеленную сумку, маленькая с документами удобно висит на плече. Да еще пакет этот с книгой! С налета уткнулась в чью-то широченную грудь, меня подхватила сильная мужская рука, и смутно знакомый приятный голос произнес: