Притяжение. Память белой луны

Глава 30

Тим и Арис оглянулись и подскочили к ближайшим обломкам. Милена бросилась следом, высматривая вынутого из завала мужчину с татуировками. Он прокряхтел от боли и с трудом разлепил глаза, услышав голоса оборотней.

Оставив раненного волшебнику и фее, Арис и Тим поспешили к новой груде обломков, разгребая поломанные доски с уцелевшего шамана. Даже на расстоянии Милена узнала показавшийся силуэт. Сердце тревожно застыло. Она тяжело вдохнула, едва осознавая как дышать, и бросилась к Элиму.

- Элим! – Милена плюхнулась рядом с шаманом, вглядываясь в его бледное пыльное лицо.

Он поморщился от боли и открыл глаза. Болезненно зажмурившись от дневного солнца, уныло светившего с серого неба, шаман перевернулся на бок.

- Элим. Ты жив, - выдохнула Милена, когда увидела шамана живым. Злость и обиды, переполнявшие ранее ее сердце, куда-то улетучились, их вытеснил страх и непонимание.

- Почему… - голос Элима был слабым и тихим, Милена не расслышала его слова.

Шаман откашлялся и медленно присел, привыкая к проясняющейся картинке перед глазами.

- Мила? – спустя какое-то время произнес он, когда понял, что перед ним сидела действительно она, а не видение.

Элим осмотрелся, собирая кусочки памяти. Чем дольше разглядывал то, во что превратилась деревня шаманов, тем тяжелее и темнее становился взгляд. Арис и Тим тем временем, заметив под обломками тело, разгребли с него мусор.

- Ивен! – Элим вздохнул и подполз к другу, безжизненно лежавшего в луже крови, из груди торчал острый деревянный осколок.

Элим стиснул зубы, с трудом сохранив самообладание, он погрузился в свои мысли, но резко о чем-то вспомнил и подскочил к ближайшим от него обломкам. Он рьяно начал разгребать поваленные доски, пальцы едва слушались, ослабшие руки с трудом шевелились, но шаман продолжал кого-то откапывать из-под завалов. Тим поспешил ему на помощь, и вскоре под мусором показалось тело девушки. Милена заметила некогда белоснежные волосы, которые сейчас покрылись серыми пятнами грязи.

- Веста! – Элим взволнованно коснулся девушки. Его дыхание участилось, а взгляд растерянно бегал по лицу шаманки. – Веста!

- Она жива, - успокоил Тим, вслушавшись в дыхание девушки.

Элим мельком взглянул на Тима, но в удивлении замер, не в силах оторваться от оборотня.

- Тим? – прошептал он.

Тим не успел ничего ответить, Веста подала долгожданные признаки жизни.

- Веста! – Элим направил все свое внимание на девушку, помогая ей присесть, после чего крепко, но мягко ее обнял.

Веста молча оглядела прибывших людей, задержала пустующий взгляд на Милене, затем осмотрела обломки – всё, что осталось от домов, от деревни шаманов и остановилась на Ивене.

- Нет! – протянула она, из глаз покатились слезы, оставляя на пыльных щеках мокрые дорожки. – Нет! Ивен!

Веста подобралась к другу и положила руки ему на плечи.

- Ивен! – всхлипнула она, задрожав от слез.

Элим, державшийся до этого, отвернулся, сдерживая горестный комок в горле.

Не по себе было и Милене. Она стояла в окружении хаоса, среди груды мусора и трупов. Вокруг веяло смертью, кружившая в воздухе тишина, сводила с ума. Она не могла пошевелиться, не могла произнести ни слова, просто стояла с немым выражением лица и наблюдала за происходящим, словно в страшном сне, вдруг оказавшимся реальностью.

Как бы Милена ненавидела шаманов, какими бы неприятными были о них воспоминания, какой бы необычной не была их жизнь, сейчас уже ничего не имело значения, она видела только потерянных ребят, потерявших всё – семью, друзей, свой смысл жизни.

Ее глаза потеплели от слез, капельки вырвались из глаз и покатились по щекам, но даже тогда Милена не пошевелилась, со щемящим в груди сердцем, словно изваяние, наблюдая за остальными не в силах что-либо предпринять и изменить.

Будто вместе с Вестой и Элимом, она вспомнила вечно жизнерадостного шамана. Ивен всегда улыбался, даже когда возникали трудности, даже когда его ругал отец, когда ворчали на него другие взрослые шаманы. Он был одним из многих, кто всегда дружелюбно относился к ней, кто подбадривал, когда ничего не получалось, давал советы и по-своему заботился об ее безопасности.

Сбегая из деревни шаманов, Милена и представить себе не могла, что однажды еще раз увидит этого парня, но уже не сможет заглянуть в его озорные карие глаза, не услышит его голос. Еще больше она не могла представить, что будет так больно, что ей искренне будет страшно от потери казалось бы фальшивых друзей.

Шмыгая носом и вытерев глаза тыльной стороной ладони, Веста оглянулась на выкопанного из-под обломков Айзека. Лишь немного успокоившись, она вновь задрожала в тяжелой агонии. Подбежав к шаману, Веста вновь зарыдала, на этот раз слезы полились сильнее, голос ее сорвался в протяжный стон.

- Айзек! - тряхнула его девушка, но бездушное тело никак не реагировало. – Как ты смеешь! Ты же обещал отцу обо мне позаботиться. Почему ты не выполняешь своих обещаний?!

Голос ее стал таким отчаянным и диким, что обдавал вены холодом.

- Айзек! – заливаясь слезами, Веста ударила его по плечу, но тут же бережно погладила по груди. – Ты ужасный брат!