Притяжение. Память белой луны

Глава 35

Стряхнув навязчивые мысли, Тим пошел по дороге. Казалось, что забытое прошлое порой охватывает разум. Тим чувствовал, как его душат тревожные чувства, как сердце болезненно сжимается в груди, но не мог вспомнить причину своих опасений и все никак не мог избавиться от призрачных чувств.

На полпути к пещере на дороге показались следы, но Тим не удивился их наличию в столь глубокой чаще, охотники часто бродили по округе, выискивая оборотней. Он оглянулся, осмотревшись настолько, насколько позволяли тесно растущие стволы деревьев. Тишина становилась все глубже. Теперь даже птицы перестали шелестеть своими перьями на макушках елей.

Пройдя еще немного, Тим резко остановился. Он давно свернул с лесной дороги и шаги охотников должны были пропасть, люди редко заходили в эту сторону, но их будто стало еще больше. Внутри все сжалось. Тим прислушался, улавливая едва слышное эхо.

Пещера, в которой они с Гретой жили, была уже близко. Тим побежал домой, ведомый вдруг возникшим внутри страхом.

- Грета! – возле пещеры никого не было, девушка не отзывалась.

Тим рванул внутрь, но едва успел сделать и нескольких шагов, резко остановился, от ударившего в нос запаха крови. Глаза застелила пелена. Он услышал в голове душераздирающие крики. Тим схватился за вески, пытаясь унять удушающие его размытые воспоминания. Он отдышался, вылавливая в гуле в голове голос своего брата. Тим не понимал ни одного слова, не мог вспомнить его настоящий голос, его образ, но фантом помог сосредоточиться на настоящем.

Открыв глаза, Тим наткнулся на распахнутый, стеклянный взгляд Греты, ее тело лежало в луже крови.

- Грета… - шепнул Тим, опустившись рядом с девушкой. Она не дышала.

К горлу вновь подступила паника, дыхание перехватило.

- Нет… - Тим коснулся холодного тела девушки. Его глаза заполнились слезами. – Нет!

За спиной раздались шаги, к Тиму приставили ружье.

- Вот мы вас и нашли, - довольно протянул охотник. – Медленно разворачивайся, руки держи на виду.

Руки Тима будто приросли к бездыханной Грете и не хотели отрываться. Слезы из его глаз капали вниз и смешивались с кровью, запах смерти удушливо сдавливал горло.

- Живо! – повторил охотник.

Его голос пробился в сознание, и тело Тима напряглось, его взгляд засиял синим пламенем, лицо приобрело суровые животные черты, мышцы окаменели. Тим выдохнул и резко развернулся к мужчине, с силой отбросив его к стене, от чего у того хрустнул череп. Тело охотника упало на пол, будто кукла. От неожиданности другой мужчина выронил ружье, его напарник прицелился и выстрелил, но промахнулся. Тим резким прыжком оказался возле него и свернул шею. Затем ударил другого, пока тот в панике хватался за ружье, и выскользнул на улицу, обернувшись волком.

Будто спланировав облаву заранее, охотники всей толпой кинулись на Тима. Обуявшая его злость повелевала сознанием и управляла телом. Двигаясь словно молния, Тим перебегал от одного охотника к другому, разгрызая им горло, царапая тело, наступая на них словно огромный черный ураган. В попытках поймать и убить его, охотники сами не заметили, как превратились в жертву. Тим не жалел никого, безжалостно и без раздумий теребя попавшихся на его пути людей. Те, кто пытался сбежать, быстро настигали своей участи, не успев сделать и нескольких шагов.

Вскоре в лесу стало тихо. Не слышны были крики, перестали стрелять ружья, лишь Тим, сидевший в окружении трупов, тяжело дышал. Он обернулся человеком и болезненно зажмурившись, приложил руку к груди. Из горла так и не вырвался отчаянный крик, лишь горькие всхлипывания охвативших его слез.

Подул холодный ветер, теребя тело, словно возвращая сознание. Тим оглянулся и вздрогнул, словно впервые заметив рядом охотников, чьи тела застилали поляну, чьей кровью покрылась земля. Тим посмотрел на свои руки, покрытые красными перчатками и опоясанные мелкими царапинами. Заставляя себя подняться, Тим дошел до реки и, наклонившись к воде, едва узнал в отражении себя. Все его лицо, все тело было покрыто кровью убитых им людей. Они кричали и в страхе убегали, оборонялись, но огромный оборотень, яростно настигал свою жертву и, расквитавшись с одним, переходил к другому.

Тим замер, задумавшись, действительно ли не заслуживал той участи, что ему готовили охотники. Он вспомнил о своей стае, что убивала и навевала ужас на всех – на людей, на волшебных рас, даже на оборотней других стай. Он так не хотел быть похожим на волков своей стаи, чья шерсть пропиталась кровью и войнами, но судьба непреклонно тянула его в пропасть.

Тим вскинул руками и ударил отражение, расплескав воду. Холод горной реки остудил пыл и помог собраться. Тим вернулся к пещере, не чувствуя жалости к охотникам, переступал их тела, и задрожал лишь тогда, когда увидел Грету. Он опустился на колени, подтянув девушку к себе, и крепко обнял.

- Прости. Прости меня.

Тим просидел так несколько часов, пока закатное солнце не окрасило и без того кровавую поляну заревом. Заметив лучик уходящего солнца, ярко-рыжий, как волосы Греты, смешанный с переливающимся под его яркостью черным камнем пещеры, Тим содрогнулся. Он посмотрел на небо, на нем сгущались темные тучи и лишь часть горизонта, словно бы еще удерживало жизнь, тлея в углях уходящего солнца.

Тим нашел среди вещей Греты платье, что купил ей на рынке, но которое она теперь уже никогда не наденет на бал, и переодел девушку. Он взял ее на руки и вышел в лес. Найдя подходящее место, с которого открывался вид на водопад, Тим положил девушку на землю и, обернувшись волком, стал усиленно копать лапами яму. Затем он осторожно уложил Грету в землю, подправив ее платье, ее длинные шелковые волосы, коснулся кончиками пальцев ее бледной щеки и нежно поцеловал. Он закопал лисицу, с трудом преодолевая слабость, горе и отчаяние.