Привет магия! Пирожки. Книга первая.

Глава 3

Глава третья.

Знакомство и легенды.

— Кто таков будешь? — Его могучая длань подхватила меня, словно перо, и опустила на землю с неожиданной бережностью.

— Кайлос. Из глухой деревни за Чёрными холмами, — ответил я, ощущая на себе тяжёлый взгляд, будто пробующую на вес гирю.

— А я — магистр Торгус Громовержец из рода Ворхельм, — произнёс он с горделивой неторопливостью, протягивая руку для пожатия. Его ладонь напоминала дубовую кору — шершавую, испещрённую шрамами-рунами былых сражений. Судя по виду, он явно вёл нескучный образ жизни.

Я не удержался: — Тот самый род, что встал стеной за императора, когда Совет Девяти вознамерился свергнуть его с трона Пламени? В памяти всплыли строки из "Хроник Империи Вечного Рассвета", которые я когда-то листал в первые дни путешествия.

Уголки его губ дрогнули в подобии улыбки.

— А ты, малец, знаешь толк в историях. Это редкость нынче.

К нашему разговору присоединился Рид, его тень скользнула по выщербленному каменному полу.

— Рад видеть твоё доброе расположение к нему, старый друг. Поскольку пришёл я с предложением — взять этого юнца в ученики.

— Я не соб... — начал было он, но огневик перебил жестом, похожим на рубящий удар.

— Не спеши. Когда узришь, на что он способен, с тебя будет должок — месячный запас пирогов с луком и яйцом. В его голосе зазвучали нотки торгашеского азарта.

Торгус прищурился, будто высматривая подвох в прозрачном воздухе.

— Не многовато ли для зелёного малыша? Но Рида невозможно было смутить — он стоял невозмутим, как скала перед натиском волн.

— Слово моё — кремень. А теперь веди нас в столовую — желудок урчит громовее твоих заклятий. Он шутливо толкнул магистра в бок, но тот даже не пошатнулся.

— Прожора проклятый, — проворчал Торгус, но беззлобно. Однако вместо столовой мы свернули в кухонные покои, где пахло дымом и забытой надеждой. Пока мы удалялись, краем глаза я заметил, как к нашей телеге подошёл сутулый мужчина и увёл кобылу под уздцы.

Странный контраст — туалеты здесь, словно перенесённые волшебством из иных миров, а транспорт все тот же, допотопный. Если эти люди владеют магией, почему не изобрели хотя бы паровые повозки что будут приходить в движение магически кристаллами? Но я отогнал эти мысли — мой мозг и так перегружен новыми знаниями, а желудок требовал своего. Да и вряд ли я что-то на этом поприще смогу достичь. Хотя поживём увидим.

Похлёбка оказалась достойной лишь того, чтобы скромно умереть в углу тарелки. Я молча ковырял ложкой в мутной жидкости, но мои спутники поняли все без слов.

— Да, паренёк, не спорю, — магистр вздохнул так, что его борода колыхнулась, будто ветром. — Сам еле глотаю. Старая кухарка моя — царство ей в тени садов Иркании — отправилась собирать травы да угодила в пасть магической твари лесной. Говорил — не ходи в сезон листопада, когда звери злее голодных духов. Но упряма была, как мул.

Рид нахмурился:

— Так вот почему Флоки ходит, словно призрак? Давно это было?

— Месяц стукнет на следующей луне. Торгус сжал кулак, и по его жилистой руке пробежали синие искры магии. — Два дня гонялся за тварюкой по Черному бору — ушёл, как дым сквозь пальцы.

— Помощь нужна? — предложил Ридикус, но магистр резко встряхнул головой.

— Нет. Это мой долг и моя месть. В его глазах вспыхнуло что-то первобытное, напомнившее мне волка, попавшего в капкан. — Хватит о мёртвых. Лучше поведай, что привело вас в мои владения. Кого успели в царство теней отправить?

Я подавился несуществующим куском, и его ладонь — тяжёлая, как плита — шлёпнула меня по спине с отеческой заботой.

— С чего ты взял что мы кого-то куда-то отправили? — Огневик развёл руками с театральным возмущением.

— Чтобы достичь чина архимага в твои-то годы, нужно либо продать душу, либо утопить в крови пол-империи, — проворчал Торгус. Его голос звучал, как скрип древних дубовых дверей. — Или лет сто вкалывать. Тебе же, как я помню, оставалось что-то примерно около сотни. А от тебя силой прёт за сотню метров. Значит, забрался на ступеньку. А кроме как прихлопнуть кого-то равного или посильнее, я способа ускорить не ведаю.

Новоиспечённый архимаг сдался, подняв руки в знак капитуляции: — Ладно, старый хитрец, изложу всё как есть. От тебя уж скрываться мне точно нету смысла.

И он начал рассказ, поразивший меня деталями. Каждое слово, каждый наш диалог он воспроизвёл с пугающей точностью — будто читал по невидимой книге памяти. Но больше всего меня потрясло, что он не стал утаивать историю моего кольца — той странной находки у порога. Да, я открыл ему эту тайну. А чего скрывать? В этом мире, где даже воздух пропитан магией, он пока единственный, кто может дать мне ответы... или хотя бы намекнуть, где их искать ответы на вопросы, что копятся в моей голове с невероятной скоростью.

— Как говоришь там именуется твоя деревня? — спросил магистр, пальцы его непроизвольно теребили серебристую прядь бороды.

— Спелая Вишня, магистр Торгус.

— Хм-м... — задумчивое бормотание растянулось на несколько секунд, его рука замерла в складках бороды. — Не слыхал о такой. Внезапно его глаза сузились, будто поймав невидимую нить мысли. — А там, случаем... Ладно, об этом после.

Оттолкнув от себя полупустую тарелку с характерным скрежетом фаянса о дубовую столешницу, он протянул ладонь:

— Показывай своё сокровище. И не тревожься — в моих стенах оно будет в большей безопасности, чем в сокровищнице императора. Я позабочусь об этом лично. Ни одно поисковое заклинание не пробьёт защитные руны замка.

Мой взгляд непроизвольно скользнул к Риду. Огнебровый ответил едва заметным кивком — молчаливое разрешение, подкреплённое лёгким подмигиванием.

Когда я извлёк кольцо, воздух вокруг словно сгустился. Торгус уже готов был принять его, но в последний момент резко отдёрнул руку, будто коснулся раскалённого металла.