Привет, я Рута!

Часть 3 гл.6

Незаменимых нет. Снова и снова утверждаюсь в этом. Проснувшись, я обнаружил себя голодным, выспавшимся и почти голым. Ну да, костюмчик мой изрядно поистрепался за минувшую битву, и стал больше похож на недошитое лоскутное одеяло. Недалеко от места моей дислокации горел костер, на котором, весело булькая, кипел котелок. Немигон болтал с эльфочкой, время от времени поглядывая на привязанного к дереву пленника. Идиллия прям. 
Нахмурился, почувствовав укол ревности. Уж больно хорошая пара получилась. Ну и ладно. Кто я такой? Служебный дух, фамильяр... Да еще с таким характером мерзким... 
Привычным движением укутал себя пламенем... Укутал бы, если бы мог... Проклятье! Содрав ошметки перепачканного кровью и жижей наряда, собрался было встать, но… Передумал, принялся изучать пиктограмму. Забавная магия у Хранителей... 
— Проснулся, повелитель мух? 
— Ты знаешь, что в призывах Светлых Сил используется базовые принципы магии Жизни? 
— Кто о чем, а Финор о теории некромантии. Даже удивительно, что при такой увлеченности наукой ты бросил Академию. 
Интересно, кто ему рассказал о моей научной карьере? 
— Это ты, кэр, разболтался? 
Пленник нахмурился, потом вскинул брови, посмотрел на меня, на Немигона, потом снова на меня: 
— Я должен был догадаться. Должен был вспомнить! Меня прическа обманула. 
— Ну конечно, длинные волосы делают лицо неузнаваемым. 
— Видимо, я был не в себе. Не признать лицо — еще полбеды. Но не вспомнить извращенные ваши шуточки... 
— Ленивый студент — лучший в мире объект для издевок. 
— Для меня честь быть плененным вами, профессор. 
— А для меня бесчестие, что мой студент отрекся от кодекса Стай. 
— Не так! Культ не идет вразрез с кодексом. Мы открываем истинные ипостаси мыслящих. Дает возможность жить в свое удовольствие и без боли. 
— Без боли, без труда, без свободы! Суть жар-птиц в борьбе. Мы — воины Света. А культ ваш — апофеоз капитуляции. Ты сам затемнился и других мыслящих затемнил. Ради чего? Ради лени? 
— Кодекс велит освободиться, Культ и освобождает. И если для свободы понадобятся чьи-то жизни — не беда. Война есть война. 
— Тут ты прав. Но разве твой Культ дает свободу? 
— Конечно. Мы освобождаемся от связей, долгов, зависимостей. 
— Что, от всех? 
— Конечно. Все плохое, что с нашим народом происходит, происходит от Сердца. От того, что древние решили, что жар-птица должна. Они придумали чудный инструмент, они стали забирать у нас Сердца. Они искусственно прерывали период невинности. Заставляли терпеть невыразимые муки. Ради чего? Призрачной надежды примкнуть к Светлым Силам? И самое смешное, что многие верят. Или делают вид, что верят. Ведь это так удобно, так безопасно! Всегда покорный, чистосердечный народ! Разве так живут другие расы? Тех же эльфов возьми! Они делают, что хотят. Не оглядываются на чужое мнение. Живут в свое удовольствие. 
— Ты долго жил у эльфов, да? 
— Прилично. Это яркие индивидуальности. Творческие, высокодуховные мыслящие. Чувствуют природу, ценят жизнь. Они научили меня заботиться о себе, любить, прежде всего, себя. Научили меня быть счастливым. 
— Они это могут, да. Но ведь не эльфы Культ придумали. Они индивидуалисты и не стали бы трудиться ради просвещения других. 
— Не эльфы. Культ — знание свыше. Мудрые сущности дали нам это учение. 
— Это те, что из Разлома пёрли? 
— Эти — слуги. Пушечное мясо. Я говорю о настоящих гигантах духа. 
— Жар-птицах? 
— Повелителях гут. Вы ведь видели мою новую ипостась? Она пришла на смену немощной птичьей. 
— И что, теперь ты не испытываешь сердечных мук? 
— Нет, почти нет. 
— И для этого надо всего лишь перестать бороться? 
— Надо принять свою природу. Не противиться ей. 
— Так от боли сдохнешь. 
— Если она поможет — то нет. 
— Она? 
— Великая Жрица. Она дает освобождение тем, кто ее просит. 
— И какова плата? 
— Нет никакой платы. Ей не нужно ни золото, ни каменья. Она старается ради счастья всех мыслящих. 
— Святая женщина. 
— Да, воистину, только она достойна владеть Сердцами новых свободных сущностей. 
— Сердцами? 
— Это лишь символ, не более. Ведь Перерожденные не чувствительны к эмпатической передаче. При вступлении в Орден новый адепт отдает символ прошлой жизни Жрице, получая Свободу Перерождения. Очень красивая церемония, атмосферная. 
— Если, например, я захочу примкнуть к вашему Культу, что мне надо сделать? 
— Сначала вернуть Сердце, думаю. 
— Силой? 
— Конечно. Для последователей Тьмы не страшны нафантазированные древними проклятия. Тем более их можно снять на горе Светлых Сил. 
— А жрецы пойдут на это? Все-таки они прежде всего — слуги Светлых Сил! 
— Они служат Жрице. 
— Оу! Не думал, что эти чудаки способны воспринять новые идеи! 
Краем глаза заметил, как Нимигон взялся за Сердце. Дурак. 
— Они жар-птицы. И любят веселую, сытую жизнь. Пользоваться ими вполне можно. 
— Действительно. 
— Но вы, генерал Финор кан Рута, вы станете одним из величайших мыслящих Ордена, возможно, даже сможете стать главой, взяв себе Жрицу. 
— Взяв себе? На нее что же, право вожака распространяется? 
— Насчет права вожака не знаю, но она самочка одинокая. 
— Ммм... 
Ох. Нет, Немигон и вправду дурак. Р-р-раз — удар меча снес пленнику голову. Два — я катаюсь по траве, в кровь кусая губы. Чтоб тебя, чтоб тебя, чтоб тебя…