Привет, я Рута!

Часть 4 гл.3

На совет я опоздал. Ну не опоздал — так, задержался чуток. Вожаки почтительно приветствовали меня, не посмев даже видом своим выказать неудовольствие моей почти часовой задержкой. Выслушав доклады и просмотрев отчеты Отцов, я погрузился в глубокие раздумья. И, чтобы не томить своих птиц, велел каждому высказать предположения о дальнейшей судьбе нашей расы. Совет затянулся до утра, много здравых мыслей прозвучало. 
Я, как вы могли заметить, не слишком умен. И с хитростью у меня серьезные проблемы. Но я имею талант находить из предложенных решений лучшее. И умею слышать подчиненных. Этих талантов, как выяснилось, вполне хватает для победы на поле боя. Ну а дворцовые интриги, пожалуй, Мирану оставлю. Вот уж кто интриган… 
В покои я возвращаться не стал. Шепнул моему бывшему мажордому пару слов и вернулся в Нимвод уставший, с гудящей головой. Осторожно, чтобы не разбудить гостью, пробрался в покои, разделся и забрался в кровать, намереваясь вздремнуть полчасика. Наивный. 
Не прошло и десяти минут, как пробудил весьма неприятный холодок в области шеи. 
— Ты чего тут делаешь?! — прошипела рыжая, глядя на меня золотистыми от гнева глазами. 
— Сплю. Вернее, спал. Сейчас уже нет. А ты что делаешь? 
— Тут я сплю! Уходи! 
Леди-феникс убрала меч, отстранилась. Жаль. У нее на удивление приятный запах. 
— Кровать большая, госпожа. Места всем хватит. 
— Ты в своем уме? Я леди! 
— Ну а я лорд. Так что все в порядке. 
— Что? 
— Вы простите, госпожа Гарра, но вам не нужно бояться меня, — протянув руку, я коснулся маленького голубого кулона на груди самочки. 
— Нет! 
Каина Гарра быстрым движением спрятала Сердце под пеньюар. 
— Ваши способности к колдовству показывают ваше происхождение не хуже кристалла, леди-полукровка. 
— Народ не должен узнать. Не сейчас. Прошу вас. Любые деньги, титулы, земли... Все, что захотите. 
— Как получилось, что в доме лордов-фениксов завелась жар-птица? 
— Отец был совсем юным, когда женился на леди Гарра. Он не любил ее, не смог полюбить. Его сердце было занято юной жар-птицей — крестьянкой из приграничья. Так получилось, что обе самки отложили яйца одновременно... 
— И твой отец захотел воспитывать птенца от любимой. 
— Да. Не знаю, что случилось с другим яйцом... 
— Ничего хорошего, полагаю. Иначе бы о подмене узнали. У жар-птиц всегда рождаются жар-птицы. Сильная кровь. 
— Да. Мою мать взяли во дворец кормилицей. Но прожила она недолго. 
— Само собой. 
— Леди Гарра убила ее. За что была сослана на Дальние Горы, где и скончалась. 
— Печальная история. Не волнуйтесь, госпожа, не выдам вас. А что до награды за молчание — мне ничего от вас не нужно. Не стоит волноваться о пустяках. 
Леди-феникс, на поверку оказавшаяся жар-птицей, порывисто встала, накинула на обнаженные плечи халатик из голубого шелка. Комплектик этот ей шел — загляденье просто. Хотя старый развратник внутри меня ворчал, что самочка могла бы выбрать белье пооткровеннее. Благо добра этого у меня в гардеробе — целая полка. Для гостей, так сказать. 
Фыркая и ворча, юная воительница с мечом наперевес — моим, кстати, мечом, эльфами подаренным в незапамятные времена — покинула комнату. Вовремя. Головокружение, как физическое проявление влечения, ощущалось уже вполне явственно. Срочно спать! 

Проснулся я вновь из-за Каины. На этот раз для разнообразия с меня просто сдернули одеяло. 
— Я отправляюсь в Огненный Цветок. Ты со мной? 
— Безусловно. Но как... 
— У меня три ипостаси. 
Интересно... Жар-птицы с фениксами сходятся настолько редко, что потомство их не изучали никогда. 
— А вы чувства ощущаете физически? 
— Ощущаю. Не так сильно, как чистокровные жар-птицы, но ощущаю. 
— Интересно... — произнес я уже вслух. — А ваша птица еще жива или переродилась? 
— Хочешь посмотреть? 
— Очень. Прошу вас. 
Самочка без лишних слов преобразилась. Нормальная такая птица, годная. Чуть крупновата на мой вкус, но в целом — даже очень. Интересно, чем это я занимаюсь? Вместо подготовки к войне. 
Тряхнув вновь начавшей кружиться головой, поднялся, обошел птицу на почтительном расстоянии и проскользнул в ванную. Не нравится мне все это. Ох, не нравится. Мда. Еще бы мне это нравилось. Такого топорного приворотного заклятие я давно не видел. Хотя за бытность преподавателем повидал их немало, особенно накануне экзаменов. Естественно, привороты были запрещены, вплоть до исключения. И, естественно, студентки знали, что я не пойду доносить на них. Потому что ловля внушений подобного рода меня забавляла. Такое негласное состязание без проигравших.  
Итак, что мы знаем? Девочка — плохой маг. Уровень крестьянки-недоучки. Девочка хочет от меня что-то получить. Причем дело не в жар-птичьей ипостаси. Приворот на мне висел с момента пробуждения, вечером его не было. Сонное заклятие я снял, как вернулся — значит, она проснулась, увидела меня, наложила заклятие, а потом разбудила. Бред какой-то... 
Когда я покинул ванную комнату, Каины уже след простыл. Улетела. И вот что это было?! Нет, мыслящих мне не понять. Особенно женского пола. Не стоит даже пытаться. 
Обойдя домик и удостоверившись, что магическая защита исправна, а следы недомагии Гарры уничтожены, я переместился.  
К моему возвращению все уже было готово. Птицы разбились на группы, как и было решено: огнестраж, некромант, целитель, несколько магов поплоше и самочка в клетке. Почему самочка? Они значительно слабее и в магии, и физически. Самцы нужны для боя. Почему в клетке? Чтобы защитить хрупкие крылья. Добровольцев среди жар-птиц женского пола набралось больше, чем нужно. Самки в моем народе сильны духом и отважны. Они прощались со своими стаями, преобразовывались и занимали подготовленные места. 
В добрый путь! 
Я занял место в летучем отряде. Наша цель — обеспечивать мобильность групп и вовремя перебрасывать подмогу на стратегически важные участки. Огненная птица вырвалась из моего рта, взмыла в небо и взорвалась там звоном серебряных колокольчиков. 
Кампания началась. 

Все слабые точки, которые я выведал, отираясь в таверне, были захвачены в первые же минуты нападения. С узловыми, которые я наметил как необходимые для победы, пришлось повозиться. Мой отряд кружил над Нимводом, оценивая, проверяя, координируя... 
Через некоторое время фениксы очухались — в воздух поднялись крылатые исполины. Конечно, догнать нашего брата в небе невозможно. Но вот перехватить на спуске... Я не мог жертвовать родичами. Нас и так мало осталось. Спикировав на зачищенную к тому времени гору Светлых Сил, мы преобразились. Пожалуй, пришло время магии Жизни. 
Я еще ни разу не поднимал мыслящих и не знал, останется ли их воля при них. 
Адъютанты мои встали кругом и, взявшись за руки, открыли потоки жизненной силы. На всякий случай. 
Первый феникс, которого я поднял, оказался ладным, крупным самцом. Он стоял в человечьей ипостаси и растерянно оглядывался по сторонам. А «по сторонам» от него стояли мои птенчики, охваченные пламенем. Потом он заметил и виновника своего пробуждения. 
— Кто вы? Что происходит? 
— Сядь. — Лич опустился на мох, все так же непонимающе взирая на меня. — Преобразись. — Сверкнула молния, и возле меня обернулась огромная, метра два в высоту, птица. — Убей. — Я указал рукой на направлявшихся к нашей компании парочке фениксов-разведчиков. 
Лич-феникс вернулся с победой. С поклоном положил к моим ногам два горящих золотом пера. Что ж. Неплохо. 
— Молодец, — похвалил я. — Ты будешь моим охранником. Любого, кто нападет на меня, обездвижишь. Но без прямого приказа не убьешь. — Феникс сосредоточено кивнул. — Ты будешь менять ипостаси согласно ситуации и предупреждать меня об опасности, когда потребуется. — Лич перекинулся. — Сейчас отойди, не мешай. 
Я вновь остался один в круге магов. Приступим. 
Сила моя текла потоком, усиливаясь в момент соприкосновения с потоками моих птиц. Из-под земли поднимались фениксы. По числу моих адъютантов. Охрана, так сказать. Каждого вновь поднятого я препоручал своим магам. На семнадцатом личе в круг, можно сказать, впрыгнул мой новоявленный охранник. 
— Опасность, хозяин. Ваша жизненная сила уходит в минус. 
Вот этого я не ожидал. Не думал, что феникс почувствует дефицит пламени и определит его как опасность. 
— Уже заканчиваю. Последний остался. 
Голова закружилась. Мушки замелькали перед глазами. Лич подхватил меня на руки. 
— Надо на алтарь вас положить. Там легче станет. 
Сказано — сделано. Теперь я лежал на жестком холодном камне и мерз. Между прочим, жрецы могли бы и матрац на алтарь кинуть. Впрочем, кто об удобстве жертв заботится? Повинуясь моему приказу, адъютанты отбыли на разведку. Личи-телохранители с ними. Я же остался распластанным на алтаре. Даже рукой пошевелить не мог. Вся сила уходила на поддержание жизни в мертвецах. Зато как наяву видел весь ход кампании... 
— Мне холодно, разожги костер. 
Телохранитель молча покинул святилище. А через пару минут вернулся с вязанкой дров, маслом и огнивом. 
— Одежду снять? 
— Да шут с ней, с одеждой. Давай шустрее. 
Лич откупорил бутылку, обильно полил мое тело маслом. Подоткнул дровишки под бока. Орудовал огнивом феникс гораздо лучше меня. Раз-два — и веселые искры прыгнули на пропитанную маслом одежду. Приятное тепло заструилось по жилам. 
Совсем другое дело! 
Прикрыв глаза, наслаждался ощущениями и видом успешных сражений. Не зря я трудился. Вернувшийся в небо летучий отряд вновь позволил жар-птицам превозмочь противника. Враги были сильнее, их было больше, но координация и мобильность снова и снова брали вверх.  
На Нимвод опустилась ночь. Время подводить первые итоги. Вокруг алтаря стали материализовываться военноначальники. Первым прибыл, конечно, Миран: 
— Что с вами, повелитель? — встревоженный десница подбежал к алтарю, протянул было руку, отдернул. 
— Устал. И замерз. Видел — вы неплохо повоевали. 
— С появлением на нашей стороне фениксов, — кивнул бывший мажордом. — Кстати, вслед за первыми подтянулись и другие. Сейчас на нашей стороне уже более сотни твердокрылых. 
— Только что принял присягу целой дивизии, — материализовался рядом очередной командующий. — Не понравилось, видать, им самовластие.  
Вожаки возбужденно гомонили, подсчитывая общее число перешедших на нашу сторону фениксов. Немало, между прочим. Интересно, можно уже отпустить поднятых мною? Лежать, пригвожденным к алтарю, надоело. 
— Летучие отряды вернулись? 
— Да, повелитель. Все живы. 
— Хорошо.... 
Я сосредоточился, открывая обратный ток жизненной силы. Озноб начал проходить, конечности вновь наливались силой. Сел, разметав по кафельному полу пепел, угли и горящие головни. Голова еще немного кружилась. Ладно, посижу спокойненько, послушаю офицерский треп, пока жизненная сила возвращается... 
Нет. Не удалось. Мой лич-охранник, растолкав вожаков, пал на колени перед восседавшим на алтаре мной: 
— Не забирай жизнь, молю тебя, о великий! Я буду служить тебе верой и правдой! Не возвращай меня во тьму! — мертвец принялся целовать мне ноги. 
Этого еще не хватало. 
— Ну-ка поднялся. И не смей касаться меня! — прошипел, остановив ток силы. — Жить хочешь? 
— Хочу, о великий! 
— Пусть будет так. Пока. — Накастовав на себе — наконец-то! — теплый костюм из алого бархата, я спрыгнул с каменной плиты. — Объявляю совет открытым. Пройдемте!