Приворот и кексики, или Семь его желаний

Глава 5

— Любовная магия — одна из самых сложных и опасных. С ней нужно быть крайне… Крайне, — наставница Эйприл подняла указательный палец, акцентируя наше внимание на этом, — осторожной.

— А это правда, что ведьме нельзя привораживать кого-то к самой себе? — поинтересовалась Лейла, самая острая на язычок студентка из нашей группы.

— Приворожить-то можно, — усмехнулась наставница Эйприл, — но если вы полностью отдаете себе отчет о последствиях. Например, о том, что снять этот приворот ведьма сама не сможет. Для этого ей придется обратиться к другой ведьме. Или же колдуну – правда, не к стихийнику, а только к тому, кто владеет ментальной магией или некромагией. Так, менталист способен разорвать любовную связь на ментальном уровне, а магия некромантов в чем-то схожа с нашей, ведьминской. У них, конечно, иного рода привязки-отвязки, — Эйприл хмыкнула, — но суть будет близка. Правда, некромант будет использовать для отворота вашу энергию, что может негативно сказаться на вашем здоровье.

— То есть вы в этом случае все же советуете обращаться к менталистам? — снова спросила Лейла, задорно улыбаясь.

— Я советую вообще не испытывать любовную магию на себе, — нравоучительным тоном ответила наставница. — Однако если уж такое произошло, то да, менталисты лучше. Правда, их еще поди поищи. Например, в нашей Академии из сотни с лишним колдунов, проходящих обучение на разных курсах, менталистов всего двенадцать. Трое из которых и вовсе выпускаются будущей весной. И как знать, найдется ли такая редкость среди будущих первокурсников?

После этих слов в аудитории наметилось легкое оживление. Девочки веселились, вспоминая имена тех самых «редких» колдунов. И конечно же, среди них был Хейдан Фолк, парень, который уже несколько недель пытался настойчиво пролезть в мои мысли и сны.

Но пока я еще этому сопротивлялась.

***

«Итак, прошло три дня», — была первая мысль, с которой я проснулась. Вчера было «два дня», позавчера «один» — ежеутренне я отсчитывала дни с момента, как мои приворотные кексы уплыли к другому клиенту, и возносила хвалу богам за их милость: заказчица не спешила ко мне с гневными претензиями, и это вселяло надежду, что меня все-таки пронесло.

Первые сутки я жила как на иголках, вздрагивала от каждого скрипа двери, на вторые — страх немного отступил, а уже вчера я даже смогла полноценно вернуться к работе как в кондитерской, так и к «ведьмовской». Как раз вечером мне передали заказ от постоянного клиента на защитный амулет в дальнюю дорогу, и я с радостью за него ухватилась.

Так что наступившее утро мне показалось вполне добрым. Я почесала Золотце за ушком, потом он снизошел до того, что позволил погладить себя по пузу, и уже в совсем приподнятом настроении я отправилась встречать этот новый день.

Ничто не предвещало беды ровно до обеда, пока я не вышла из кондитерской, чтобы протереть витринное стекло с улицы. И даже когда краем глаза заметила приближающегося блондинчика, рискнувшего связать свою жизнь с мегерой Сильвией Тарлес, не сразу заволновалась. Так, сердце чуть екнуло при воспоминании, что это он должен был съесть те кексы, но, увидев, что тот бодр и весел, я успокоилась.

И зря.

Когда он приблизился и обратил на меня свой сияющий взор, я вежливо улыбнулась в ответ. Его губы тотчас расползлись в глупой улыбке, а глаза распахнулись, как у восторженного ребенка.

— Так это вы? — с придыханием произнес жених Сильвии.

Я внутренне напряглась. О чем это он?

— Простите? — Я снова выдавила улыбку.

— Это вы завладели моим сердцем! Моими мыслями! Моими снами! Это вы! — И он потянул ко мне руки.

Я попятилась от него, но, как назло, уткнулась в витрину. Дурное предчувствие стало ледяной спиралью раскручиваться в груди. Во рту пересохло.

— Кэролайн, все в порядке? — Дверь приоткрылась, и в ней показалась головка Элис.

— Кэролайн… — почти простонал блондин. — Какое чудесное, ласкающее слух имя! — И, чтоб уж совсем меня добить, бухнулся передо мной на колени. — Моя прекрасная Кэролайн…

Челюсть Элис отвисла.

Мимо нее бочком протиснулась единственная на тот момент покупательница с коробкой наших кексов. Она пыталась сохранить невозмутимое лицо, но глаза ее просто полыхали любопытством. Проклятье!

— Кэролайн. — Блондин тем временем начал ползти ко мне на коленях, молитвенно сложив руки на груди. — Моя отрада…

Я наконец отмерла и встрепенулась. Бросив ему:

— Простите, мистер, вы, кажется, обознались, — втолкнула Элис обратно в кондитерскую и, заскочив следом, захлопнула дверь. И в дополнение закрыла ее на замок.

— Что происходит? — медленно проговорила подруга, переводя ошарашенный взгляд с меня на блондина за стеклом, который продолжал стоять на коленях.

Я закрыла лицо руками и все-таки решилась на признание:

— Кажется, я попала, Элис. По-крупному.

Элис быстро перевернула дверную табличку с «открыто» на «закрыто» и повела меня в кухню.

— Рассказывай, — велела она, ставя на огонь чайник. — Я вся внимание.

— Тот мой заказ… Он вовсе не обычный амулет на удачу, — я шмыгнула носом, — а приворот.

— Приворот? — Подруга нахмурилась. — Все равно ничего не понимаю… При чем тут жених дочки мэра?

И мне пришлось рассказывать все с самого начала, от угроз со стороны незнакомки до кексов, которые сама Элис отдала не тому человеку.

— Ну и дела… Ты бы хоть предупредила, чтобы я не трогала те кексы. — Подруга приложила руку к груди.

— Я хотела, но потом было столько клиентов… А еще я надеялась, что курьер приедет за ними с утра пораньше… Ну да, я сглупила, признаю, — тяжко вздохнула я.

— Ты сглупила уже в тот момент, когда не поделилась со мной, что тебе сделали такой проблемный заказ, еще и под угрозой. — Элис сняла с огня закипевший чайник и стала заваривать чай.

— Мне не хотелось тебя волновать. Да и вляпалась я во все это по собственной вине, не предусмотрела все, вот и получила. — Я обреченно махнула рукой.