Приворот и прочие неприятности

Глава 8. Она в тюрьме, он на нерве

Сегодня Мадонна не была милостива к констеблю Донатти и всему полицейскому управлению, потому что испытывала их на прочность. Возможно, они всем отделом где-то сильно нагрешили или в прошлой жизни вели себя очень плохо.

Великая святая наказала божьим тварям терпеть и каяться, так что они, сцепив зубы и пододвинув поближе куст алакии, славящийся успокаивающими свойствами, молча терпели, мысленно каялись и слушали мисс Изолани Аломанно.

— Мы платим налоги на налоги, которые оплачивают его величеству освободительные войны! Мы достойны лучшей жизни!

— Да!

— Конечно!

— Согласен!

— Простите, синьорина, а разве это не звучит как подстрекательство к бунту? — осторожно поинтересовался юный и не очень умный помощник констебля.

Ему тут же дали подзатыльник, когда Сабина прищурилась и повернулась к нему. За это он поспешил извиниться:

— Прошу прощения, синьорина. Бесы осквернили мой язык. Да буду я тысячу раз проклят вашим прекрасным ликом. Какие глупости я говорю, конечно, вы бесконечно правы!

Остальные закивали. Больше всех старался констебль Донатти. Элоиза даже представила, как его голова от усердия отделяется от туловища и, точно мячик для игры в регбол, несется в сторону дверей, прямо в ворота.

Картинка нарисовалась настолько впечатляющей, что появилось вдохновение и вернулось желание поработать с формулой. Бумаги под рукой, конечно, не оказалось, но Элоизе они и не требовались. Вместо них она использовала стол, на котором перьевым самописцем принялась выводить нужный порядок элементов, добавляя и убирая те, что, по ее мнению, вызывали сильную цепную реакцию и погубили бы будущий эликсир.

В мысли полез синьор Диего. Кто его убил? Зачем? Ушлый аптекарь хоть и промышлял незаконными делишками, но ни в какие разборки с местными бандами не лез. Он сам говорил, что теневой бизнес надо вести так, чтобы в любой момент обратить его к свету. И для здоровья полезно, и для сохранения капиталов.

Семьи у него нет, детей тоже не завел. Последние двадцать лет прожил в Палермо и за пределы Тринакрии выезжал крайне редко, исключительно за товаром. Не то чтобы Элоиза имела представление обо всех его начинаниях, но вполне неплохо знала синьора Диего и тепло общалась с ним и его учениками.

Кстати, где они? Никто из них не явился в полицейское управление. Неужели они еще не знают об убийстве?

Элоиза покачала головой.

Все! Времени на подобные размышления не напасешься, а у нее в формуле конь не валялся. Нынешнего количества радинии не хватит на несколько пробных эликсиров, но можно же рассчитать примерную дозировку и ограничиться одним корнем…

Элоиза нахмурилась и прикусила губу. Испытывать неопробованный эликсир на ком-то весьма рискованно. В составе, кроме радинии и феррума, то есть железа, ничего такого нет. Все либо растительного происхождения, либо при термической обработке потеряет опасные свойства. Но отравиться подобным варевом все-таки можно.

— Вы знаете, констебль, неприлично спрашивать у девушки про возраст, количество детей и причины, по которым она убила того или иного мужчину, — послышался голос Сабины, затем добавила: — Даже гипотетически.

— А вы убили? — встрепенулся констебль Донатти и хищно улыбнулся, будто почуяв скорое раскрытие преступления. — Гипотетически, разумеется.

— Вы меня в чем-то обвиняете?

Ему снова стало нехорошо, он схватился за крестик на шее и покачал головой.

— Что вы, мисс Изолани Аломанно! Я глубоко предан вашей семье и ни на мгновение не сомневаюсь, что вы и мисс Трентон не имеете никакого отношения к этому вопиющему акту человеческого насилия. Но все же я бы хотел уточнить, что вы делали на пристани и чем занимались в этот день…

— Как? — брови Сабины приподнялись. — Прихорашивались!

— С утра? — изумился кто-то из полицменов.

— А что вас удивляет? Женщине нужно хорошо выглядеть. Это у вас, мужчин, встал, водой из лужи умылся — и прекрасен, как магнолия по весне. А нам требуются многочисленные манипуляции, чтобы не ударить лицом в грязь перед недремлющими соперницами.

Формула опять встала. Какой-то элемент выбивался из общей концепции, но Элоиза не понимала, в чем ее ошибка. Все вроде идеально, почему же не работает? Но в голове уже прокручивался химический процесс, который приводил к печальному результату и потере ценных ингредиентов.

Чего-то определенно не хватало для стабилизации процесса. Смола?

Нет, вряд ли. Эссенция из магнолии или мелких животных? Выжимка души. Пожалуй, она бы подошла идеально. Тоже очень дорогая штучка, которая уничтожила бы все шансы Элоизы расплатиться по счетам. И в запасах отца ничего не осталось. Барон Трентон не имел привычки заготавливать впрок на долгие годы, потому что эликсиры и прочие настойки портились в жарком, влажном климате.