Приворотное зелье

Глава 2. Вторая часть Марлезонского балета

Глава 2. Вторая часть Марлезонского балета
 Даниэль, уже седьмой день безвылазно сидел в этой глухой, богом забытой деревне. И это занятие ему порядком надоело. Каждый день одно и то же. Скука смертная.
 Днём он неспешно прогуливался по селу, ненавязчиво завязывая разговоры, втираясь в доверие к местным жителям и оказывая незначительные знаки внимания молоденьким селянкам. А вечера проводил в кабаке, мило беседуя всё с теми же селянками.
 Сами они его не особо интересовали. Хотя попадались среди них и весьма привлекательные девицы. Даром что плебейки. На несоблюдении целибата его тут было просто некому ловить. Здесь даже церкви не было. Проблема состояла в другом.
 Дело в том, что в таких маленьких деревнях, где все друг друга знают, нравы гораздо строже, чем в городах. Затащить девку на сеновал и как-то это скрыть, практически невозможно. И перспектива встречи на следующее утро, с разъярёнными отцом и братьями этой девки, вооружёнными топорами и вилами, способна охладить любой пыл.
 Так что Даниэль предпочитал заниматься своей работой и не наживать лишних проблем. А она требовала от него вполне определённых действий, которые он, собственно, и выполнял.
 Только в этот раз что-то явно пошло не так. Стандартная двух ходовая схема, до сих пор действовавшая безотказно, сейчас почему-то не сработала. И ведь он был почти уверен, что ведьма здесь есть. Все признаки на лицо: люди здоровы и полны сил, скот не болеет, урожай хороший. Хотя последнее возможно и не заслуга ведьмы. С погодой в этом году селянам повезло. Но остальное...
 Может и правда просто грамотная знахарка без магических способностей? А что? И такое, хоть и редко, но встречается. Очень редко... Гораздо чаще - шарлатанки, притворяющиеся ведьмами, а на деле ни на что не способные. Впрочем и те и другие были не по части Даниэля. Он охотился только на настоящих ведьм.
 Ловил их на живца. Ибо как-то иначе ведьму поймать очень трудно. Селяне обычно покрывают этих богомерзких созданий, так как им они приносят в основном пользу. И никого не интересует, что принятая от них помощь противна богу и ведёт прямиком в ад. Впрочем, и вреда от ведьм тоже немало: порчи, проклятия, привороты.
 Вот как раз на последнем Даниэль их и ловил. Можно сказать: он был мастером провокаций. Хотя немалую роль тут играла и его внешность. Высокий, хорошо сложенный, голубоглазый брюнет с правильными чертами лица.  В добавок он обладал аристократическими манерами и был весьма неплохо образован.
 Деревенским девкам эдакой экзотики хватало за глаза, чтобы в первый же день знакомства влюбляться в него по уши. И многие из них, осознавая насколько ничтожно малы их шансы добиться взаимности естественным путём, без зазрения совести тут же бежали к ведьме за приворотным зельем.
 Благо, святые отцы сумели изобрести противоядие от него, и Даниэль всегда носил его с собой. Чтобы точно убедиться, что приворот имел место, Даниэль выжидал сутки. За это время проявлялись почти все симптомы. Ведь если бы он ошибся, на костре сожгли бы невиновную. Так рисковать он не мог.
 Убедившись, что зелье подействовало, Даниэль выманивал отравительницу на свидание и там устраивал допрос. Угрозы пойти на костёр вместо ведьмы, всегда хватало, чтобы девка тут же её сдала. А в доме ведьмы, при обыске, инквизиторы находили кучу доказательств её богомерзкой деятельности. Так что ошибок не случалось.
 После выяснения личности ведьмы Даниэль, голубиной почтой, отправлял послание в обитель ордена святой инквизиции и вызывал подкрепление. На этом его работа заканчивалась.
 И вот, впервые, отлаженная система дала сбой. Даниэля буквально преследовало ощущение, что ведьма где-то поблизости, но за семь дней приворожить его так никто и не попытался. Хотя обычно это происходило на 3-5 день. Неужели он ошибается и никакой ведьмы здесь нет? В любом случае дольше десяти дней в этом захолустье он сидеть не будет. Осталось потерпеть ещё три дня, и всё. Его задание от инквизиции на этом заканчивается.
 И тут Даниэлю наконец-то улыбнулась удача. Точнее ему в первый момент так показалось. Когда, проходя мимо его стола, разодетая в пух и прах, селянка "незаметно" что-то вылила в его бокал с вином.
 Девка была наряжена как новогодняя ёлка. Тут тебе и коралловые бусы, и серьги с малахитом и по колечку на каждом пальце. А ещё на ней было розовое атласное платье в оборках и рюшах с завышенной, по моде десятилетней давности, талией. Завершала образ высокая причёска из кос с воткнутой в неё матерчатой розой.
 За всем этим "великолепием" девку Даниэль как-то и не разглядел. Слишком уж в глазах рябило. Зато учуял. Ибо, исходящее от неё неповторимое амбре, прочно ассоциировалось у него с запахами рыбного рынка в жаркий летний день. Ближе к закрытию, когда большая часть оставшегося товара успела протухнуть. 
 Подавить рвотный рефлекс удалось с трудом. Но работа есть работа, и Даниэль решил не тратить время зря.
 - Постой, красавица. - Окликнул он девицу. - Может составишь мне компанию за ужином?
 - Хорошо.
 Девка уселась напротив, а Даниэль достал надушеный платок и приложил его к губам, делая вид, что промокает их. Честно говоря, помогло слабо. Рыбу она что ли разделывала? Ага... Три дня назад! И с тех пор не мылась!
 - Как тебя зовут? - Спросил Даниэль и попробовал своё вино. С новой добавкой.
 Как ни странно, специфического привкуса зелья, который он уже научился распознавать, не ощущалось. Что же она тогда ему туда налила? Ведь явно же соблазнять его пришла. Иначе бы так не вырядилась. Дико конечно, но что в такой глуши она может знать о том, как правильно одеваться? А ведь, симпатичная девка. Фигуристая. Черты лица правильные. Переодеть только... И отмыть!
 - Нинэлия. - Ответило это недоразумение.
 - Необычное имя. - Сказал Даниэль делая второй глоток из бокала.
 Афродизиак? Если в деревне обретается не ведьма, а простая травница, то скорее всего. Это они умеют. И это станет проблемой уже сегодня. Но почему нет никакого привкуса? Ох как не хочется травиться! А придётся.
 - Меня так папенька назвал. Сам придумал! Особенное имя для особенной девушки. - Призывно улыбнулась Нинэлия.
 Н-да... Правильно. Сама себя не похвалит - никто же не додумается. Даниэль залпом допил вино.
 - И кто же твой отец?
 - Староста этой деревни. Вы что меня не помните?
 - Видимо ты была по-другому одета. Но теперь точно не забуду. - Мило улыбнулся Даниэль и про себя добавил: "Даже если очень захочу".
 Много он повидал, за время работы на инквизицию, экспериментов селянок со своей внешностью. Так что наряд девицы его даже не особо удивил. Подумаешь, надела на себя все ценные вещи сразу. Но эта вонь... Такое случалось впервые.
 - Надеюсь. - Улыбнулась в ответ Нинэлия. И похлопала ресницами, видимо для вящей соблазнительности. А ещё грудь выпятила. Размера эдак четвёртого.- Красивое платье, правда? Мне шили его на заказ в городе прошлой весной. Подарок от папеньки на день рождения. Больше ни у кого такого нет.
 - Красивое. - Согласился Даниэль и, не в силах больше терпеть, уткнулся носом в платок.
 Тошнота подступила к горлу. Скрутила спазмом пищевод. Язык онемел. По телу расползлась противная слабость. Не важно от вони это или от специфической добавки в вине, но он уже не мог это терпеть. Очевидно, попытка приворота была. Но ведьма оказалась шарлатанкой. Больше здесь ловить нечего.
 - Прости, - выдавил Даниэль, - но тебе надо помыться. Что-то мне нехорошо. Я пожалуй пойду.
 И пулей выскочил во двор. Нет. Его не вырвало. На улице он смог отдышаться и подавить приступ тошноты. К тому же, какая-то сердобольная селянка подала ему черпак колодезной воды. Такой холодной, что аж зубы свело. Это помогло Даниэлю окончательно прийти в себя.
 А потом из кабака вышла Нинэлия.
 - Ирэн?! - Набросилась она на девицу, которая дала Даниэлю воду. - Что ты натворила?! Ты меня специально опозорила!? Заставила намазаться этой пакостью, и пришла полюбоваться плодами своих трудов?! Мерзавка! Гадина! Дрянь! Да я тебя... Я тебя уничтожу! Ты у меня на костре будешь гореть!
 Даниэль наконец-то удосужился посмотреть на девицу напоившую его водой. Видимо это и есть "ведьма"? Высокая, почти с него самого ростом, худая, какая-то угловатая. Возраст не понять. Кожа гладкая, молочно-белая, без единой морщинки, но юношеская припухлость щёк осталась в прошлом. Да и взгляд... Аж мороз по коже. Треугольное лицо с узким прямым носом, ярко выраженными скулами и острым подбородком, пухлые губы, большие льдисто-серые глаза. Белые волосы, но тёмные брови и ресницы. Красит что ли? Странно. В деревнях не принято пользоваться косметикой. Да и в городе это скорее удел шлюх. А на шлюху она не похожа. Особенно в этом пыльно-сером мешковатом платье из грубой домотканой материи.
 - Ну начнём с того, что никто тебя не заставлял. - Усмехнулась Ирэн. - Мазалась ты самостоятельно и совершенно добровольно. Как и позорилась. А что касается моего прихода сюда... Ну как я могла пропустить такое зрелище? Хотя, честно говоря, я рассчитывала, что будет больше экспрессии.
 И вложила в руку девки золотую монету. А потом, воистину королевской походкой, с идеальной осанкой и гордо вскинутым подбородком, прошествовала к выходу с постоялого двора.
 Даниэль опомнился когда она уже вышла за ворота. Догнал её и, грубо схватив за плечо, развернул к себе лицом.
 - Что было в моём вине? - Рявкнул он.
 - Вода. - С ледяным спокойствием произнесла девица. - Не бойся.
 Сбросила его руку, передёрнув плечами, повернулась к Даниэлю спиной и пошла дальше.
 А ведь это провал. Как он теперь поймёт - ведьма она на самом деле или нет? Не по внешности же. Внешность у неё, конечно, специфическая, но это вовсе не показатель. Ведьмы бывают разные и, как правило, ничем особенным не выделяются. А приворотное зелье она не сварила. Только вот вопрос: не смогла или не захотела? Да уж, проблема. И дома у неё, в любом случае, обнаружится полный комплект, того, чем обычно пользуются ведьмы. Вне зависимости от того: ведьма она, простая травница без магических способностей или, и вовсе, шарлатанка. Как же правду то теперь узнать? В принципе, орден святой инквизиции никаких доказательств вины ведьм от Даниэля не требовал. Этих доказательств от него требовала только его собственная совесть. Но он ни в коем случае не мог допустить, чтобы из-за его ошибки сожгли на костре невиновную. А значит, пока вина этой девицы не доказана, он не станет на неё доносить.