Привязанная. Узел Страха

Глава 7. Дыхание Песка

Спустя три часа конвой добрался до лагеря. Пыльные грузовики заехали под своды пещер, и база мятежников наполнилась шумом, плачем и криками узнавания.

Капсулу с Флосом спрятали в самой дальней, холодной пещере под охраной анестезиолога. Для всех он теперь был «живой батарейкой» — заложником, чье бьющееся сердце удерживало сотни людей от мгновенной смерти. Остальные медицинские установки сразу пустили в дело: в них по очереди укладывали тех, чьи тела плантация измотала до предела.

Едва смыв с лица пыль, я поспешила к мастеру Эду. Он уже осматривал прибывших. У стены на топчане сидел пожилой мужчина.

Когда я распахнула его рубаху, чтобы прослушать легкие, пальцы непроизвольно дрогнули: оба легких были изъедены черными пятнами некроза, метастазы расползались по органам, как лишайник по камню.

— Мастер Эд, взгляните, — тихо позвала я.

Старик грустно улыбнулся, глядя на нас усталыми глазами.

— Я знаю, что со мной, дочка. Мне осталось недолго.

— Откуда такая уверенность? Вас осматривал лекарь? — спросил Эд, хмурясь над показаниями сканера.

— Нет, конечно! — старик хрипло рассмеялся, переходя в кашель. — Рабов лечить — дело накладное. Проще купить нового. Жаль только… умру в этом железном хомуте.

— К сожалению, с ошейником придется повременить, — мастер Эд присел рядом. — Мы не знаем, как он поведет себя, пока ваш хозяин в коме.

— Я и так умру, — вздохнул мужчина. Его лицо на миг исказилось от невыносимой усталости. Он сжал кулаки, колыхаясь на матрасе. — Хуже всего — просто ждать, когда сгниешь заживо под этим ошейником.

— Мы попробуем восстановить вас в капсуле, — попыталась подбодрить его я, хотя голос звучал неубедительно.

— Нет, девочка. Мое время вышло. Ты мне лучше водички дай, совсем в горле пересохло.

Я потянулась к столу за стаканом. Это заняло всего секунду — звук бьющейся воды о дно кружки. В этот краткий миг старик молниеносно выхватил спрятанный в складках одежды нож и с силой резанул по самому тонкому стыку ошейника.

Металл жалобно звякнул, индикатор на замке вспыхнул багровым. Мужчина вскрикнул, его тело выгнулось дугой. Сотни тончайших нейро-игл, встроенных в обруч, одновременно выстрелили в шею, впрыскивая содержимое.

— Зачем? — закричала я, бросаясь к нему и пытаясь удержать его бьющееся в судорогах тело.

— Теперь… вы точно знаете… — прошептал он, выплевывая темную кровь. Взгляд его начал стекленеть. — Пока он спит… снимать нельзя. А мне… пора домой…

Он затих. Последний хрип растворился в тишине процедурной.

Я замерла, сжимая его остывающую руку. Внутри все вопило от бессилия.

Слезы сами покатились по щекам, обжигая шею. Мастер Эд положил руку мне на плечо. Тяжелую, теплую ладонь, которая не утешала, а просто была рядом, разделяя этот груз.

— Что это было? — выдавила я.

— Яд, Верея. Быстродействующий токсин, вшитый в программу ошейника на случай физического взлома. Нам очень жаль, что знание пришло такой ценой.

Я сорвала испачканные перчатки и почти выбежала из пещеры.

Ночь в каньоне была ледяной. Огромная бледная луна заливала серебром острые пики скал. Я жадно глотала этот колючий воздух, пытаясь вымыть из легких запах смерти и паленого металла.

— Верея! — из тени выступил отец.

— Мастер Эд рассказал? — я обернулась, вытирая лицо краем рукава.

— Да. Этот старик был смелым человеком. Он пожертвовал собой, чтобы уберечь остальных от случайной ошибки.

— И что? Эти люди — все равно заложники! — я сорвалась на крик. — Лада, повариха, Винда… Если Флос умрет в своей капсуле, погибнут все! Мы просто перевезли их из одной клетки в другую!

— Тише, дочка, — отец взял меня за руки, согревая их своими ладонями. — Теперь у нас есть оригиналы ошейников для изучения. Среди тех, кого мы спасли, есть инженеры из Нивеума. Поверь, когда на кону твоя собственная шея, мозг работает в разы быстрее. Мы найдем способ взломать систему. Обязательно найдем.

Я посмотрела в глубину каньона, где горели костры мятежников. Мы выиграли этот раунд, но война за право просто дышать без стального обруча только начиналась.

***

Рассвет растекался по каньону золотыми лентами, скользя по темно-серым выступам скал. После тяжелой ночи люди, вырванные из ада плантаций, наконец забылись сном в прохладных гротах. В лагере кипела суета: мятежники разбирали трофеи. Еда, ткани, посуда — все, что удалось вывезти у Флоса, заполнили пещеры повстанцев.

Селер, проверив склады, удовлетворенно кивнул:

— При жесткой экономии хватит месяцев на шесть.

Это давало передышку. Теперь, когда население лагеря перевалило за две сотни, провизия стала вопросом выживания, а не комфорта.

Спустя неделю мы снова собрались в центральном гроте. Лица были серьезными — удача с Флосом не гарантировала успеха в будущем.

— План сработал один раз, но эффект неожиданности потерян, — Селер разложил на столе карту сектора. — Верее пришлось действовать спонтанно. В следующий раз риск может не оправдаться.