Привычка (не) любить

Глава 3. Бар, смерть и платяной шкаф

— Софочка, ты что, уже собираешься? А когда вернёшься?

Тётя Груня весь день ходила за Коваленко по пятам и причитала. Ещё бы, девочка выросла и теперь учится в университете. А вечером вообще в бар идёт! Стоило женщине об этом услышать, как она тут же схватилась за сердце и с надеждой спросила, будет ли там Марк Мирончик. Ну или хотя бы Артём, сводный брат Софы.

— Тётя Груня, да не переживайте вы так! — успокаивала её вся семья. — Софа у нас уже взрослая барышня!

— Знаю я их, — ворчала Агриппина Юрьевна. — Все они взрослые барышни, а потом что?

— Что? — уставились на неё все.

— А потом приносят в подоле!

— Тётя Груня! — оскорбилась Софа. — Вы правда обо мне такого мнения?!

— Побойся бога, Софочка! Но мир, мир-то опасный… Стоит новости послушать, так и на улицу страшно нос высунуть!

Агриппина Юрьевна появилась в доме Коваленко сравнительно недавно: несколько лет назад, когда родилась Диана, младшая сестра Софы и Артёма. Семья у них сложилась необычная. Когда-то они были просто соседями по лестничной клетке, только и всего. А потом Роман Константинович, папа Софы, поближе познакомился с Юлией Алексеевной, мамой Артёма, и… Закрутилось так, что все они стали жить под одной крышей. Да ещё и тётю Груню перевезли из Барнаула.

В молодости она работала проводницей, поэтому рано вышла на пенсию и сходила с ума от безделья. Узнав об этом, Юлия Алексеевна, её крестница, предложила Агриппине Юрьевне перебраться в Питер — присматривать за детьми и помогать по хозяйству. До этого все домашние хлопоты были на Софе: она с девяти лет взвалила на себя уборку, готовку и другие заботы. Ей это даже нравилось, но взрослые переживали. На носу было поступление в университет и сдача ЕГЭ — нагрузка нешуточная, так что Юлии Алексеевне всё же удалось настоять на своём.

У тёти Груни в запасе был миллион весёлых историй со всех уголков страны, поэтому новую «родственницу» в семье полюбили с первого взгляда. Даже Софа, вопреки опасениям отца, быстро прониклась симпатией к пожилой женщине. Хотя и без мелких стычек не обходилось: особенно когда та, по мнению Коваленко, излишне суетилась и опекала её.

— Не переживайте, тётя Груня, — подал голос Артём. — Я встречу Софийку.

— И туда отведи! — настаивала Агриппина Юрьевна.

— Издеваетесь? Я что, маленькая? — нахмурила брови Софа. — Не надо меня никуда… Сопровождать!

Девушка резко встала из-за стола и направилась в свою комнату. Как же все достали! Ну почему, почему обязательно нужно испортить ей настроение? Она уже не школьница, а студентка! А как с ней обращаются дома? Как с маленькой! Скоро Диане можно будет одной гулять, а её запрут в квартире на десятом этаже, как Рапунцель.

Софа плюхнулась животом на кровать, достала телефон и, подперев подбородок рукой, открыла диалог с Машей.

Софа

Дома треш. Тётя Груня хватается за сердце и говорит, что меня нельзя одну пускать в бар.

Маша

Хочет пойти с тобой, что ли? 😁

Софа

Слава Богу, нет. Говорит, надо со мной Тёму или Мирона отправить.

Маша

Ну это ещё ничего...

Софа

Не хочу я никого с собой брать, я новых друзей завести хочу!

Маша

Не ценишь ты, Соф, своего счастья! Я бы так хотела, чтобы Игорь был тут, рядом…

Ну вот, сейчас снова начнётся: Игорь то, Игорь сё. Софа категорически не понимала Машу. Сама ведь выбрала уехать в Москву и оставить здесь хорошего парня. Хотя вузов и в Питере хватает, зачем такие сложности? Но Зайка считала МФТИ своей мечтой… Впрочем, думать сейчас об этом Коваленко хотелось меньше всего. Пусть Машка сама со своими проблемами разбирается.

Девушка перевернула телефон экраном вниз, перекатилась на спину и уставилась в потолок. Собственная ситуация казалась ей гораздо труднее, чем у подруги. Она не хотела перемен, но всё вокруг стремительно менялось… Вместо родной школы — неуютные корпуса университета, вместо горстки верных друзей — толпа едва знакомых одногруппников.

С начала учебного года прошла всего неделя, а Коваленко казалось, что целая вечность. Она готова была выть волком от тоски на парах. Большинство предметов оказались невыносимо скучными, преподаватели — нудными... И даже Мирончика не было рядом, чтобы пожаловаться. Ну или просто посмотреть вместе смешные видосики вместо унылой лекции.

Успехи Софы в поисках нового окружения были почти нулевыми, хотя она и старалась быть более общительной и знакомиться с людьми. Даже запомнила имена нескольких одногруппниц и аж трижды открывала рот, чтобы выдавить из себя неловкое «привет»… Да уж, социофобия её боялась.

Коваленко снова взяла телефон и посмотрела уведомления. Одногруппницы в чате оживлённо обсуждали неизбежно приближающуюся встречу и делились, кто и что планирует надеть. Софа недоумевала, кого это волнует, и не очень понимала, как пережить этот проход в бар… Может, слиться, пока не поздно? Точно, так она и сделает. Скажет, что… приболела.

Софа уже начала писать сообщение с извинениями, как в дверь постучали. Ей не нужно было спрашивать, кто там — в этом доме так деликатно стучался только один человек.

— Дуешься? — в комнату просунулась голова старшего брата.

— Нет, — сухо бросила Коваленко.

— Но я же вижу, — настаивал парень.

— Протри очки и посмотри внимательнее.

— Я принёс тебе поесть.

В руках Артёма была тарелка с ужином, к которому Софа так и не притронулась. Каждый раз от резкого всплеска эмоций она теряла всякий аппетит и могла не есть целыми днями.

— Спасибо, что-то не хочется.

— Соф, надо. Перекуси хотя бы немного перед баром, а то потом…

— Вот только давай без нравоучений, а? И так тошно.

Брат посмотрел на девушку с таким сочувствием, что решение созрело мгновенно: в бар она всё-таки пойдёт. Иначе дома на неё весь вечер будут смотреть с жалостью, а она этого точно не вывезет. Уж лучше пустая болтовня, чем охи-ахи тёти Груни.