Призрачная реальность

глава 9

Сколько я пробыл без сознания, не знаю. Очнулся в полной темное. Идеальной темноте. Я не видел не только что находится вокруг, но даже своего тела. Ко всему прочему, было тихо. Тоже идеально. Не слышал ни своего дыхания, ни биения сердца. Пошевелил руками, ногами. Слушаются. Я аккуратно встал. Странно, боли в ноге не было. Ощущение, что нахожусь в каком-то вакууме. Ни света, ни звука, вообще никаких ощущений. Где находился, даже и предположить не мог. Стоял, сначала оглядывался по сторонам, потом вертел головой, пытаясь уловить хоть какой-нибудь звук или увидеть хоть отблеск света. Ничего. Пусто. Темно и тихо. Полная потеря в пространстве. В мозг сначала тихо и робко, а потом все усиливаясь и уже гремя набатом начала стучаться мысль: «Ты умер! Умер! Тебя больше нет!» Эта навязчивая мысль заполнила собой все сознание и душа затрепетала перед все усиливающимся ледяным ужасом. «Я мертв! Я умер!» Что-то обожгло мне щеки и дотронувшись до них рукой, я понял, что плачу и не просто плачу, а рыдаю горькими слезами. Я закричал, закричал что было сил, но крика не услышал. Чувствовал, как открываю рот, напрягаю голосовые связки, но крика не было. Та же тишина что и раньше. Попробовал себя ущипнуть, никаких ощущений. «Я умер! Умер!». В истерике начал бить себя по щекам, но боли не было. Не было вообще ничего. От переполнившего меня ужаса я побежал, куда и зачем, не знаю. Просто бежал, чтобы хоть что-то делать. Бег я никогда не любил, но сейчас бежал легко и быстро, даже не задыхался и не уставал. «Странно» - подумал я –«талант у меня к бегу что ли?». Я бежал и бежал, никаких преград и препятствий и не видно конца помещения, в котором находился. Или это не помещение? Тогда что? Где я в конце концов? Не сразу, но все же понял причину своего легкого бега. Я не дышал и сердце не билось. Остановившись, с непередаваемой тоской и болью, но все-таки признался себе, что меня больше нет среди живых. Все, я действительно умер и нахожусь в раю или в аду, а может в чистилище. В религиозных делах я был не силен, знал только, что в раю блаженство, а в аду мучения, что было в чистилище мог только предполагать. Раз блаженства нет, значит здесь не рай. Чем нагрешил в своей жизни? Я стал проходить свой жизненный путь день за днем и ничего такого, за что меня надо было держать в аду, не нашел. Хотя кто его знает, кого и за что куда направляют. Вдруг, где-то впереди, началось какое-то движение. Что-то или кто-то, двигался мне на встречу, абсолютно бесшумно. Нет, я его не увидел и не услышал, а почувствовал. Движение прекратилось, остановившись рядом со мной. Пытаясь определить, где оно остановилось, я не сразу увидел, что на меня смотрят два глаза. Просто два светящихся желтым огнем с красным переливом, полные жуткой ненависти два глаза. Не в состоянии оторвать от них свой взгляд, моя воля была полностью сломлена и парализована. Растворяясь в этих ужасных глазах, почувствовал, что куда-то падаю с невероятной быстротой. Меня завертело, закружило, я полностью потерял ориентацию в пространстве и падал, а взгляд по-прежнему без устали преследовал, был вокруг, внутри меня или это уже казалось? Удара от падения не было, я как будто завис, резко прервав свой полет. Приняв положение перпендикулярное земле и осмотревшись по сторонам, понял, кругом снова тьма и тишина. Неожиданно, яркая вспышка ослепила меня, а окружающее пространство наполнилось дикими, полными боли, истошными криками. От этих криков волосы вставали дыбом и ледяная дрожь била по всему телу. Что происходит вокруг я не видел, от резко возникшего света зрение еще не вернулось, поэтому оставалось только слушать и строить догадки о происходящем вокруг. Постепенно зрение вернулось и то, что я увидел, потрясло до глубины души. Впереди стояла длинная высокая перекладина, на которой подвешенными на крюках за основание черепа висели люди. Какие-то мерзкие бесформенные твари, рвали мясо кусками с их тел и поедали оторванную плоть. Обглодав до костей несчастного, они переходили к следующему. Пока расправлялись с очередной жертвой, предыдущие вновь обрастали мясом. Эти страдания для них могли длиться вечно. Вид этих существ был ужасен. Похожи они были на громадных слизняков, без ног. Вместо рук, какие-то, похожие на скрюченные ветки деревьев, с ужасающих размеров когтями. Все тело, землистого цвета, покрытое струпьями и гнойниками, из которых сочилась темно-бурая слизь, оставляющая после себя на земле обильные жирные пятна. Огромный рот заполняли кривые острые клыки в два ряда. Бесцветные глаза, как чайные блюдца, без определенного цвета, в которых была абсолютная бездонная пустота. Вот один из них повернулся и увидел меня. Оставив свою жертву, слизняк пополз в мою сторону. Осознав, что меня ждет, я бросился бежать, но время как будто застыло. Мои ноги бежали, бежали изо всех сил или это только казалось? Я не сдвинулся с места и на миллиметр, а этот монстр приближался с угрожающей быстротой. Исходящая от него вонь, смесь запахов крови, разлагающегося трупного мяса, текущей из него слизи и еще чего-то непонятного, ударила в нос с такой силой, что желудок вывернуло наизнанку. Он схватил меня своими кривыми лапами с такой силой, вонзив при этом когти в тело, что в голове помутилось. Одновременно с этим, откуда же только силы берутся, я начал в конвульсиях биться в его стальных объятиях, молотя руками и ногами, пытаясь вырваться. Все мои тщетные попытки не возымели абсолютно никакого действия. Слизень спокойно, не обращая внимания на мои потуги, тащил мое бренное тело к остальным страдальцам. Он поднес меня к перекладине и четким отточенным движением насадил меня основанием черепа на крюк, который как горячий нож входит в масло, так же и он легко вошел в мой мозг. Фееричная, взорвавшаяся фонтаном боль, разнесла мой мозг на мелкие части. Голос пропал, беззвучно открывая рот, я бился в истеричной агонии на этой перекладине и каждое движение отзывалось бескрайним морем болевых ощущений, диким прибоем, бьющим по всему телу. Эта тварь посмотрела на меня и абсолютно равнодушно оторвала приличный кусок мяса из моего живота, который незамедлительно исчез в ее безобразной и бездонной пасти. Из образовавшейся раны хлынул поток крови и вывалились все внутренности. Голос все-таки прорезался от этой дикой боли, и я заорал, заорал так… что пришел в сознание.