Призрачный генерал моей мечты

Глава 7

Иду, думаю:

— Может, подумать надо было вначале, а не соваться сразу. Вот бабулька с панталыку сбила. Ладно, зашла уже. Около крыльца нас мужчина в ливрее встречает. Кричит:

— Ко мне, сюда, стройся.

Нас, служанок много собралось. Человек сто, наверное. Рассчитались мы на первый-второй и распределились тем самым, кто из нас невестам прислуживает, а кто во дворце уборки творит. Я ко вторым попала, наверное это хорошо, а то как мне льва искать прикажете, и голову ему в пасть закладывать. Про пасть это я шучу если что. От нервов.

Поселили нас в комнаты. Условия, скажу, не лучше наших общагских оказались. По две девушки в комнате со своим санузлом.

Кормить обещали в помещении для слуг,бесплатно и, между прочим, завтраком, обедом и ужином. Вот по зарплате я не поняла, сколько в пересчёте на наши. Обещали через месяц выдать деньги, но это уже мимо меня будет. Ну и ладно. Униформу дадут через неделю? Дадут. И голодная не останусь, что мне ещё надо? Я задумалась. Книги бы ещё на почитать. У меня же ломка начнётся без них. Стоп, а я читать-то умею?

Девушка, соседка по комнате, забежала поздороваться, посмотрела на меня с яблоком на кровати усевшуюся и говорит:

— Привет.

— Привет, — говорю, — коли не шутишь.

— Меня Люсинда зовут.

— А меня Аурелия.

Девушка аж опешила и примостилась с разбегу рядом:

— Ничего себе имечко, незаконная, наверное.

Потом вскочила:

— Слушай, а что мы сидим-то? Ты на признание своими глазами хочешь глянуть?

И ещё не услышав да, схватила меня за руку и потащила куда-то по коридорам. Потом приставила к стеночке:

— Здесь будь, никуда не уходи, я пойду у старшего слуги ключик от балкона выпрошу.

Я кивнула, а что мне оставалось ещё делать. Да я и дорогу не запомнила, заблужусь ещё к кому-нибудь. К принцу тому же в комнату, и обвинят меня в покушении на его честь.

Соседка скрылась. И я наконец-то могла в одиночестве чуть осмыслить ситуацию, в которую вляпалась. А то всё на бегу.

Честно говоря, у меня в голове, как в доме Облонских всё смешалось напрочь. Может, сплю? Ущипнула себя за пухлую щеку. Больно! Не сплю. Тяжело вздохнув, я, уткнувшись глазами в пол, начала ходить по коридору туда-сюда. Как лев в клетке, которого мне отыскать надо. Быстрая ходьба меня успокаивала.

Вот я влипла. Магия, короли, и я в служанках. И тут я остановилась резко. А чего же я не переждала и в невесты не записалась? Идиотка! Я бы во время этого брачного периода не принца выслеживала, а льва искала. Теперь ведь и работать придётся. А если загрузят так, что не успею найти эту пасть? Ты попробуй эти километры пола отмой. Тьфу, тьфу, тьфу – заметалось в моей голове. Аж мороз по коже строем солдат прошагал.

Яблоко, что ли, съесть? Не, в горло не полезет – нервничаю. И в один момент, когда я сделала круг, я не глядя наступила со всего маха на чьи-то чёрные глянцевые сапоги. Сапоги прорычали. То есть не они, а то что в них, опять запуталась ,прорычал хозяин сапог и ног, находящихся в них.

Я поднимаю голову, чтобы жалобно извиниться, и замираю всем телом на этих сапогах. С искажённым, уж не знаю отчего, от боли или от ярости, лицом “подо мной” стоял генерал. Я так и застыла с яблоком в руках и открытым ртом.

— Ты?

— Я, — кивнула я, и, опомнившись, сошла с генерала и промямлила: — Извините.

— Ты откуда?

— С философского, — и чтобы как-то загладить вину, протянула ему яблоко. Красивое, жёлтое, с больши́м красным пятном на боку. — Хотите перекусить?

Он посмотрел на моё яблоко, на меня, потом прошипел:

— Не хочу. Хочу, чтоб ты мне показала, где зал с артефактом. Заблудился я в этих коридорах.

Я развела руками:

— Как я вас понимаю. И если честно, сама не знаю.

Эта махина нависла надо мной и шипит:

— Мало того что нерасторопная, ещё и глупая, как курица.

Я обиделась:

— И ничего я не глупая, у меня, между прочим, незаконченное высшее. И перестаньте меня птицами различными обзывать.

Спас меня от дальнейших оскорблений голос сзади:

— Генерал, вот вы где. А я вас ищу. Сюда. Сейчас же церемония начнётся.

Фух, тот, кого я сдуру назвала мужчиной моей мечты, обошёл меня и исчез за поворотом.

Нет, совсем меня жизнь не учит. Блондины – это вселенское зло. И мироздание меня опять тыкает носом в их светлые макушки. Не связывайся, Лийка. А я и не связываюсь, это же я пошутила тогда, когда фотографировалась с портретом. И кто же знал, что он таким вредным окажется.

Тут прискакала довольная Люсинда, помахала ключом и, воровато оглянувшись, стала открывать неприметную дверь. Она прижала палец к губам, и мы, крадучись, поднялись по чёрной лестнице, которая вывела нас прямо на узенький балкончик с редкими перилами, огибающий по кругу круглое помещение.

Мы присели на корточки и, посмотрев вниз, как с галёрки, обозрели творящееся внизу действо. Оно, правда, ещё не началось, но все актёры были уже в сборе. Практически под нами стоял трон. Пустой. Короля ещё не было, но тётя с высокой причёской и короной уже стояла вместе с приятным черноволосым брюнетом и о чём-то шушукались. Королева-мать с принцем – догадался Штирлиц. А вон тот хам – из моей хрустальной мечты. Тьфу на него и на бабулю эту. Загадывай потом желания.

Тут двери распахнулись, и слуга заорал:

— Его Величество Анри Первый.

В залу вошёл король. И чего он больной, скажите на милость? Вон как вышагивает, и ещё дамам в декольте поглядывает. Напел, наверное, что болен, потому что хочет обязанности с себя скинуть. Вот точно говорю, дядя решил пожить для себя.

Уселся на трон и кивнул. Двое слуг притащили стол с большой шкатулкой.

Король кивнул. Слуги откинули крышку.

И я затаила дыхание. В шкатулке выскочил и завис в воздухе большой, с моё яблоко зелёный, светящийся шар. Вот он ты какой, северный олень.

Анри встал и подошёл к артефакту.

— Мои придворные, должен вам ещё раз повторить, что устал править. Да и пора передавать корону следующему поколению. Не дело это до шестидесяти лет в принцах бегать. Но это я так – шучу. Моему сыну Михаилу двадцать пять, самое время примерить мой головной убор.