Призрачный ветер

Глава 7. Встреча в лесу. Столкновение

Злата купила Грэсси, когда той был всего лишь месяц; специально ездила за ней в другой город. Щенок понравился: крупный, с мягкой блестящей шерсткой и толстыми лапами; но больше всего привлекла ее отличная родословная.

Семен Леонидович, заводчик, радушно встретил гостью. Провел в большую комнату, усадил на диван и вручил щенячью метрику. Щенок крутился рядом, неуклюже переваливаясь; с любопытством обнюхивал гостью и усиленно крутил коротким, похожим на кочерыжку, хвостиком. Затем вскарабкался, как лягушонок, на диван, пробежался по нему и спрыгнул обратно на пол. Неудачно приземлился. Коротко взвизгнул и поковылял, припадая на переднюю лапу, под круглый стол, где и улегся.

Больную лапку осмотрели. Щенок разрешил ее прощупать и несколько раз согнуть-разогнуть; лишь однажды тихонько заскулил. Похоже, ни переломов, ни вывихов не было. Отпустили, и он вновь захромал.

Семен Леонидович поднял жилистую руку и озабоченно потрепал начавшую лысеть голову.

– Ничего не понимаю. Серьезного ничего не видно, и все равно хромает. Впрочем, у чернышей такое бывает. Щенки тяжелые, часто неудачно прыгают. Чтобы не сомневаться, можно съездить к ветеринару и сделать рентген.

– Извините, но больного щенка забрать не могу, – голубые глаза Златы обожгли холодной решимостью. – Мне нужна отличная собака: такая, чтобы ходить с ней на выставки и занимать первые места. За это и плачу хорошие деньги. Неизвестно, как падение отзовется в будущем. Я отказываюсь от щенка.

Надменность гостьи удивила хозяина. На его лице словно было написано: «Молодая, красивая, и такая высокомерная».

Щенок, видимо догадавшись, что решается его будущее, приковылял к девушке, покрутился возле нее и улегся рядом, доверчиво положив голову на ступню. Шумно выдохнул и замер.

– Смотрите, а она вас признала, – удивился Семен Леонидович. – Мне голову на ноги не кладет.

Тонкие полукруглые брови Златы приподнялись, в голубых глазах мелькнуло изумление. Она заколебалась. С одной стороны, несколько месяцев ждала этого щенка, а с другой, – не хотелось оказаться хозяйкой бракованной собаки. Еще раз осмотрела щенка – смешной, с торчащей вверх челкой и мохнатой, как у ершика, мордой. Почему он признал ее? Что увидел в ней необычного? Злата решительно встала.

– Хорошо, едем к ветеринару.

Семен Леонидович положил руку на лоб, почесал редкий пушок и растерянно пробормотал:

– А я вам сразу это и предлагал.

Рентген показал, что вывихов и переломов нет. Приветливая улыбчивая ветеринар заверила, что через два-три дня хромота пройдет.

– Вы гарантируете, что с лапой все в порядке? – голубые глаза Златы прожигали насквозь.

– Абсолютно! – ветеринар погладила щенка по голове, и в ответ он приветливо замахал хвостиком. – Можете показать снимки другому ветеринару, он скажет то же самое.

– Хорошо, – Злата повернулась к Семену Леонидовичу. – Я возьму щенка, но если хромота не пройдет, то верну его обратно.

Семен Леонидович пожал плечами и привычно почесал голову.

Щенок словно понял, что теперь у него новая хозяйка, и прихромал к ее ногам. Задрал голову, стараясь смотреть ей в лицо. Это показалось ему не совсем удобно, и он плюхнулся на задние лапы.

Его втиснули в клетку для переноски собак, поставили в багажник машины и повезли жить в незнакомое место.

***

Собачонок легко освоился в новом доме: бегал по квартире, высоко задрав кочерыжку, таскал собачью игрушку и грыз ее. Самым любимым местом стала кухня с ароматными запахами и вкусной едой. С набитым животом часто засыпал под столом. Злата осторожно поднимала щенка и переносила на собачью подстилку в углу комнаты.

Грэсси скоро превратилась в крупную собаку с черной лоснящейся шерстью, мощными лапами и крупной головой, на которой красовались длинные усы, борода и брови. И хоть росла она быстро, но взрослела медленно – в годовалом возрасте все еще вела себя, как щенок, все люди для нее являлись добрыми и хорошими друзьями. Больше всего Злате не нравилось, что она ко всем ласкалась. Не все люди понимали, что большой лохматый пес радуется встрече. Многие, особенно женщины, пугались, начинали визжать и истерично требовать, чтобы убрали собаку. Приходилось выбирать такие места для прогулки, где не ходили люди.

Почти каждый день Злата ездила в лес. В нем она разрешала Грэсси свободно гулять, не боясь, что собака выкажет кому-нибудь свою любовь – уж слишком она любила людей, и знакомых, и чужих.

Грэсси свободно бегала между кустов, принюхиваясь чуть ли не к каждому деревцу и травинке, скребла лапой землю и жевала сломанные ветки.

В дальней части сосняка люди появлялись редко. Обычно в это время года шли дожди, но нынче последняя неделя июня выдалась теплой и сухой. Злата осторожно ступала, стараясь не запнуться о толстые корни или не провалиться в ямы, которые попадались, и думала о двух старушках возле подъезда: «Сидят целыми днями, как две старые колоды. Все чего-то выглядывают, вынюхивают. И смотрят так, словно я им чего-то должна. Лучше бы занялись чем-то. Цветы разводили, что ли».

Грэсси вынырнула из зарослей кустов и насторожилась. Злата прислушалась и уловила людские голоса На всякий случай прицепила к ошейнику поводок. Голоса приближались. Скоро можно было понять, как старушечий голос повторял одну и ту же фразу: «А я тебе говорила, много раз говорила. Столько раз повторяла, а ты все равно сделал не так, как надо».