Призрачный ветер

Глава 12. Блуждающая дверь

Колобок отступил назад на пару шагов и замер.

 – Тихо, – испуганно прошептал он, озираясь, и приложил указательный палец к губам.

Злата удивленно оглядывалась, не понимая, что его встревожило – вокруг стояла почти абсолютная тишина.

Она невольно вздрогнула, когда услышала оглушительный треск, похожий на звук, который раздается, если на раскаленную сковороду плеснуть холодной воды.

Пещерный полумрак рассекся светящимся прямоугольником размером с альбом. Фыркая и плюясь пучками света, он быстро вырос в высоту и ширину, став похожим размерами и формой на дверь с наличниками. На полотне крутились разноцветные круги, мелькали палочки и дуги; а в центре ухмылялась клоунская улыбка. Ярко красные губы растягивались и увеличивались в размере до тех пор, пока не заполнили всю ширину двери. Дверь поднялась над землей на расстоянии локтя и поплыла к Злате. Пахнуло таким жаром, словно не дверь приближалась, а раскаленная печная топка.

– Что это? – недоуменно прошептала Злата.

– Не приближайся к ней! – истошно закричал Колобок; встряхнул руками, и из них вылетела сеть. Толстые веревки взвились в воздух и упали на дверь. Мгновенно оплели ее, как паук оплетает пойманную добычу. Дверь дернулась и остановилась; жар прекратился. Улыбка пропала, на ее месте заискрился маленький светящийся огонек. Он быстро вырос, раскрасив красным все полотно. Веревки вспыхнули и сгорели дотла. Запахло жженым. От двери вновь дохнуло теплом, и она снова поплыла навстречу, но на этот раз повернулась ребром. Новая улыбка появилась на полотне, на этот раз зловещая.

Колобок снова метнул веревки. Дверь перекувырнулась сверху вниз, как гимнаст, прыгнувший сальто. Сеть проскочила мимо, шлепнулась на землю и растворилась. Новая волна жара опалила воздух.

Злате стало страшно. От двери веяло реальной опасностью. Ничего похожего Злата раньше не видела. Она отступила и уперлась ногами во что-то твердое. Камни! Она схватила один из них и швырнула. Дверь распахнулась, словно приглашая войти; в проеме бушевал огонь. Камень влетел внутрь и исчез в пламени. Полотно захлопнулось, а губы затряслись в беззвучном хохоте.

Колобок взмахнул руками и выпустил несколько веревок. Они поднялись вверх и сплелись в сеть. Дверные губы вытянулись трубочкой. Дохнули огнем, и веревки сгорели в воздухе, не успев долететь до двери.

Злата ухватилась за другой камень; но он пропал так же, как и первый. Она пошарила рукой в поисках камней, но вместо них нащупала книгу с выпуклым тиснением на обложке. В отчаянии схватила том и швырнула в пылающее жерло, запоздало понимая, что вряд ли такой предмет остановит дверь. Словно в замедленном кино, видела она, как книга летит, кувыркаясь в воздухе, как приближается к полотну; видела, как зловещая улыбка превращается в большую букву «о». Книга врезалась в центр буквы и легко пролетела сквозь нее, разрезая полотно с хлестким треском, словно ножом. Дверь оказалась вовсе не стальной и даже не деревянной, а бумажной.

На месте прорыва выступила рваная дыра с висящими лохмотьями бумаги. Огонь внутри двери вздрогнул и погас, обуглив края обрывков, а дыра стала с шипением увеличиваться в размере. Дверь скособочилась, один угол опустился, словно его подбили. Дверь съеживалась с непонятным бульканьем. Она быстро уменьшилась до размера обычного альбома, вспыхнула и сгорела; не осталось даже пятнышка.

Злата смотрела на место, где только что клокотала дверь, боясь признаться, что испугалась – нападение выглядело, как смертельная угроза.

– Что за фигня? – ошарашенно прошептала она. – Что это? Кино снимаете?

Колобок часто дышал и тоже выглядел испуганным.

– Кино? Нет, здесь все настоящее. Блуждающая дверь – такая опасность, с которой я мог бы и не справиться. – он стер пот с лица и вдруг завопил. – Что ты сделала? Ты сожгла фолиант моей бабушки! Как ты могла?

– Рукописи не горят, – брякнула Злата первое, что пришло в голову, понимая, что шутка выглядит неуместно. Она все еще пыталась успокоиться и понять, куда попала, и кто этот человек.

Колобок бросился к стопке и перебрал книги. Посмотрел, какой не хватает и заохал:

– Ты уничтожила книгу, в которой описывалась блуждающая дверь и низовые. Почему ты выбрала именно ее?

– У меня не было времени выбирать. Я схватила первое, что под руку попалось.

Колобок гладил обложки оставшихся книг, сокрушенно бормоча:

– Что же делать? Эту книгу не вернуть, а я так до конца и не изучил низовых. Теперь мы не узнам, как с ними бороться. Придется пробовать на себе.

Злата пожала плечами – подумаешь, пропала какая-то книга!

– Можно достать другую такую же книгу.

– Ты не понимашь, – рассердился Колобок, – другой такой книги больше нет! Она одиночная!

Злата удивилась слову «одиночная» и спросила:

– Вы хотите сказать, единственная? Но я же этого не знала.

– Девочка, – еще сильнее разозлился Колобок, – Ты вообще ничего не знашь о нашем мире. Впредь не хватай чужих вещей, это может быть опасно.

Злата закусила губу и раздула ноздри. Шумно вдохнула воздух и огрызнулась:

– А я что, просила насылать на меня горящие двери и раскладывать книги под ногами?