Призрачный ветер

Глава 19. В школе. Старик

Слышался пересвист синиц, перебиваемый чириканьем воробьев. Шелестели листья, в открытое окно задувал ветер. Он легко касался лица, освежал.

«Странный сон мне сегодня приснился. И так отчетливо все помню, просто удивительно». Злата потянула руки, коснулась спинки кровати и застыла. На ощупь спинка была совсем не гладко-твердой, к какой привыкла, а шершавой, с какими-то вздутиями и провалами. Злата вскинула глаза и увидела, что она была сплетена из гибких веток деревьев удивительного розового цвета. Сверху сиял расписной потолок с изображением диковинных деревьев и птиц. Солнечные лучи играли красками, придавая рисунку объем. Злата скосила глаза и заметила на себе странную одежду. Длинная грубая ночная рубашка с широкими у краев рукавами. На обшлагах рукавов и подоле были вышиты геометрические узоры.

«Что это? Где я?».

Она лежала на широкой деревянной кровати. Напротив, на стене, висело большое, в человеческий рост зеркало в золоченой раме, в котором отражались перистые облака. Перед ним стоял маленький столик на резных ножках.

На стуле висело незатейливое белое платье изо льна со шнурком на поясе, с вышивкой по подолу. «Что за чушь? Они что, думают, что я надену на себя подобное?». Злата огляделась и не увидела своей одежды. Она соскочила с кровати, перерыла стул, бросилась к столику и внимательно осмотрела его.

– Где моя фигурка? – воскликнула она и в отчаянии сдернула с кровати одеяло, а следом за ним схватила и скинула на пол подушку. В изголовье кровати темнели на белой простыне фигурка и телефон. – Слава богу, слава богу, – зашептала Злата, крепко прижимая их к груди.

Злата не узнавала комнату. Высокие потолки, огромное окно, сквозь которое проникал дневной свет. Она выглянула в него и инстинктивно отпрянула, испугавшись высоты. Затем пригляделась и невесело усмехнулась – уже успела отвыкнуть от небоскребов. Сейчас она находилась на уровне примерно десятого этажа многоквартирного дома, только внизу не было видно привычных многоэтажек, детских площадок и автомобильных стоянок. Злата вышла на узкий балкончик. Она находилась в доме, похожим на замок, выполненным в готическом стиле. Он стоял на холме, а внизу волнами лежали зеленые луга. Узкие и величественные каменные башни со статуями и длинными шпилями венчали крышу замка. Заостренный верх как бы собирался взлететь.

Злата вспомнила вчерашний разговор со старой древнийкой.

«Ты должна стать эльфом», – сообщила Старая Альва. Злата тогда не поверила: «Она единственная, кто может помочь, и та ненормальная? Что же делать, как отсюда выбраться? Кто может показать дорогу?». Колобок хмыкнул – видно, прочитал мысли.

– Чтобы стать эльфом, нужно родиться от эльфов. Все мои предки – люди. – осторожно возразила Злата, не желая спорить.

– Ты этого не знаешь наверняка. – ответила древнийка таким тоном, словно и правда, Злата ничего не знала о своих корнях. У себя дома в ответ на такое заявление Злата закатила бы глаза, показывая этим, мол, с вами все в порядке? Может даже покрутила бы пальцем у виска, после чего развернулась бы и ушла. Сейчас она так сделать не могла.

– Хорошо, даже если это и так, нужны способности, а у меня их нет. – Злате не хотелось сердить старую женщину: пусть думает, что Злата ей поверила; самое главное – разузнать дорогу домой.

Древнийка покачала головой.

– Есть. Ты знаешь, что у тебя двойное имя? – продолжила древнийка. – Оно поможет тебе выбраться отсюда. Мать хотела назвать тебя Оксаной, что означает «чужестранка, странница».

– Откуда вы знаете? – спросила ошарашенная Злата. – Да, маме нравится это имя, но папа решил по-своему и назвал меня Златой. В переводе с греческого означает «золотая, золотко». Он думал, что таким именем можно привлечь больше денег. Почему вы улыбаетесь? Вы думаете, что это не так? По-вашему, «Злата» означает что-то другое?

– Злата, златник, златница, – загадочно произнесла древнийка, затем покачала головой и нахмурилась. – Больше я тебе ничего не скажу. Узнаешь обо всем в свое время.

– Скажите сейчас. – потребовала Злата. – Как я могу учиться, не зная, чему?

– Нельзя. Если скажу, дар не проявится.

– Может Колобок скажет? – Злата посмотрела на него, но он отвел глаза. – У кого можно спросить? Кто ответит?

Злата видела, что и Колобок, и Старая Альва знали о ней что-то такое, о чем она даже не подозревала; знали и старательно скрывали. Злата уже хотела рассердиться, как древнийка пояснила:

– Ни друг, ни враг не скажут тебе. Никто не знает, что значит «Злата». Ни легенд, ни сказок об этом имени не осталось. В школе не говорят, в семьях историй не рассказывают. Только высшие асамы знают об этом, но они молчат. Если добьешься, что скажут, твой дар сразу проявится. Они могут обмолвиться случайно. Тогда ты тотчас же почувствуешь, что надо делать. Никому не называй свое настоящее имя и береги фигурку. Никто не должен знать о ней.

– Тогда откуда вам-то знать? Почему все забыли, а вы помните?

– Когда-нибудь я выгоню эту девчонку отсюда. – пробормотала древнийка и нахмурилась. – Я и так сказала тебе слишком много.

Злата сощурилась, желая ответить, как можно резче. Старая Альва повернулась к Колобку.

– Доставь ее к Веху Мудрому. Я позабочусь, чтобы никто не заметил, что она из мира людей. Теперь она принадлежит к роду эльфов.