Призрак бывшего.

ГЛАВА 3. Правила общения с призраками: что делать, если он помнит все ваши споры.

Пять минут превратились в десять. Десять — в двадцать. А я всё ещё стояла посреди хэллоуинской вечеринки, пытаясь осмыслить происходящее.

Мой бывший — мёртвый (официально) — парень сидел напротив, потягивал коктейль (который, как я только что выяснила, *не мог физически ощутить*) и спокойно рассказывал о загробном мире так, будто это был очередной подкаст про путешествия.

— То есть ты хочешь сказать, — я покрутила пальцем в воздухе, — что теперь ты… как бы эфирная сущность с доступом к земной плоскости?

— Примерно так, — он кивнул. — Но без суперспособностей. Только если не считать суперспособностью умение проходить сквозь стены.

— Очень полезно в очереди за кофе, — фыркнула я.

Он улыбнулся:

— Я и сам сначала не верил. Думал, это какой‑то странный сон. Но когда попытался обнять маму, а она вскрикнула от холода… понял: что‑то пошло не так.

Я невольно сжала стакан. Его мама всегда была мне рада. Даже когда мы расстались.

— И почему именно я? — спросила прямо. — Почему ты пришёл ко мне?

Он помолчал, разглядывая танцующих гостей.

— Потому что ты единственная, кто мог бы… не закричать и не убежать.

— О, спасибо за доверие, — я скрестила руки. — Но знаешь, даже призракам стоит соблюдать границы.

— Какие, например?

Я подняла три пальца:

1. Не появляться внезапно за спиной. Особенно когда я в ванной.
2. Не комментировать мой выбор парней. Даже если ты «видишь их истинную сущность».
3. Не пытаться меня обнять. Это странно. И холодно. Очень холодно.

Он рассмеялся:

— Принято. Хотя насчёт третьего пункта… может, стоит проверить?

— Даже не думай!

Он поднял руки в жесте «сдаюсь».

В этот момент музыка сменилась на что‑то медленное и тягучее.
Кто‑то зажёг дополнительные свечи, и тени на стенах зашевелились, будто прислушиваясь к нашему разговору.

— Знаешь, что самое странное? — он вдруг стал серьёзным. — Я помню всё. Каждый наш разговор. Каждую ссору. Каждое «я тебя люблю».

Я замерла.

— И что теперь? Хочешь извиниться за то, что исчез без объяснений?

— Нет. — Он посмотрел прямо. — Хочу, чтобы ты знала: я жалел об этом каждый день. Даже там.

Тишина повисла между нами, гуще, чем дым от хэллоуинских дымомашин.

— Ладно, — я выдохнула. — Допустим, ты здесь. Допустим, ты даже… ну, вроде как раскаялся. Но что дальше? Ты же не можешь просто так остаться?

— Не могу, — он опустил взгляд. — Но пока границы тонкие, я могу… быть рядом. Если ты позволишь.

Я хотела сказать «нет». Правда хотела. Но вместо этого спросила:

— А если я попрошу тебя рассказать, как всё было на самом деле? Без утайки?

Он кивнул:

— Обещаю. Но предупреждаю: тебе может не понравиться правда.

Музыка заиграла громче. Кто‑то засмеялся за соседним столиком. А я вдруг поняла: эта ночь точно не будет обычной.

— Хорошо, — я сделала глоток коктейля. — Начинай. Но если соврёшь, я найду способ изгнать тебя. Даже если придётся вызвать экзорциста‑любителя.

— Принимаю условия, — он улыбнулся. — Но предупреждаю: история длинная. И… немного жуткая.

Я поставила стакан на стол.

— После всего, что я уже увидела, меня вряд ли что‑то напугает.

Он вздохнул:

— Тогда слушай