— Так ты хочешь сказать, — я покрутила в руках недопитый коктейль, — что всё это время ты… наблюдал за мной?
Он слегка смутился — и это было настолько *по‑человечески*, что я едва не забыла, с кем разговариваю.
— Не постоянно. Только когда границы между мирами истончались.
Хэллоуин, дни рождения, моменты… ну, когда тебе было особенно тяжело.
Я фыркнула:
— То есть ты тайно следил за мной, как призрак‑сталкер?
— Нет! — он вскинул руки. — Я просто… хотел убедиться, что ты в порядке.
— И решил появиться именно сейчас? Когда я наконец решила двигаться дальше?
Он замолчал, разглядывая танцующих гостей. Кто‑то в костюме вампира уронил стакан с «кровью» (красным соком), и двое парней в образах зомби драматично изображали, будто облизывают пол.
— Может, потому что ты не двигаешься дальше, — тихо сказал он. — Ты просто… притворяешься.
Я открыла рот для резкой отповеди, но осеклась. Потому что, чёрт возьми, он был прав.
— Ладно, — выдохнула я. — Допустим. Но что ты предлагаешь? Мы будем сидеть тут и анализировать мои психологические травмы под аккомпанемент хэллоуинского диско?
Он улыбнулся:
— А что, если… просто поболтаем? Как раньше? Без всего этого.
— «Как раньше» не получится, — напомнила я. — Ты теперь не можешь даже коктейль заказать.
— Зато могу оценить твой, — он кивнул на мой стакан. — Что это? «Зомби‑апокалипсис» или «Ведьминское зелье»?
— «Тыквенный шёпот», — буркнула я. — Лиза настаивала, что это «атмосферно».
— И как? Атмосферно?
Я сделала глоток, растягивая паузу. Напиток оказался приторно‑сладким, с ноткой корицы.
— Переслащено. Как твои оправдания.
Он рассмеялся — искренне, без тени обиды. И вдруг я поняла: мы *действительно* ведём себя как раньше. Только теперь между нами не расстояние, а целая грань миров.
— Знаешь, что странно? — я понизила голос. — Ты говоришь, что наблюдал за мной, но ни разу не попытался… ну, дать знак? Моргнуть лампочкой, передвинуть предмет?
— Пытался. — Он вздохнул. — Но ты либо списывала это на случайность, либо… просто не хотела замечать.
Тишина повисла между нами, но на этот раз не напряжённая, а почти уютная.
— Ладно, — я поставила стакан. — Раз уж ты здесь и не собираешься исчезать, давай хотя бы развлечёмся.
— Предлагаешь потанцевать? — он приподнял бровь.
— С призраком? Меня примут за сумасшедшую.
— Тогда… — он огляделся. — Давай сыграем в «угадай, кто из гостей действительно верит в сверхъестественное»?
Я рассмеялась:
— Это ты про того парня в углу, который пялится на тебя уже пять минут?
— Точно! — он оживился. — Ставлю десять очков, что он думает: «Это гениальный костюм с технологией дополненной реальности».
— А я ставлю двадцать, что он просто ждёт, когда ты пройдёшь сквозь стену, — парировала я.
Мы оба засмеялись, и на секунду всё стало… нормально. Почти.
— Слушай, — я вдруг осмелилась спросить. — А что ты чувствуешь? Ну, когда находишься здесь?
Он задумался.
— Холод. И… эхо. Как будто я одновременно в двух местах. Но когда говорю с тобой — становится теплее.
Я хотела съязвить что‑то вроде «романтично, как простуда», но слова застряли в горле. Потому что в его глазах было что‑то такое… настоящее.
— Ладно, — я встала. — Раз ты не можешь пить, танцевать или платить за закуски, давай хотя бы прогуляемся. Покажешь мне, как призраки ходят сквозь стены.
— Только если пообещаешь не пытаться повторить, — он поднялся. — У людей это выглядит… неловко.
— О, не переживай, — я подмигнула. — Я предпочитаю классические двери.
Мы направились к выходу, лавируя между гостями. Кто‑то окликнул меня, но я лишь махнула рукой. Сегодня можно. Сегодня у меня *особенное* свидание.
С мёртвым бывшим.
В Хэллоуин.
Что может пойти не так?
Отредактировано: 05.11.2025