Призрак и лабиринты

№9

Ирина – Левина сестра - предложила Миле поехать в соседний город. Там старинный замок, знакомый едет фотографировать.

- Это тот самый, что и рок-оперу писал, и группу собирал, теперь вот в фотографы подался.

Идея интересная, но Мила сейчас как никогда далека от старинных замков. В понедельник собеседование.

- Леве предложи, пусть проветрится, - посоветовала она. Неплохая возможность побыть одной.

Общение Милы с коллегами по цеху было единичным, и тот опыт оказался неприятным. После института она стала на биржу труда и почти сразу получила массу предложений трудоустроиться в детские сады или школы. Твердо решив, что хочет работать со взрослыми, девушка их отклоняла. А если совсем честно, работать она тогда вовсе не желала. Однако работники центра занятости о ее решении не ведали и старались выполнить свою работу изо всех сил.

- Вам назначена консультация с психологом, - специалист назвала день и час, - явка обязательна, для вас выделили время.

Консультацию проводила тетка лет сорока пяти, полноватая, темноволосая и ничем непримечательная. Разве что интонацией, с которой отчитывала Милу как школьницу.

- Отдых расхолаживает. Вы достаточно отдохнули, и я не вижу причин, почему бы вам не пойти работать… - назывались места одно другого завлекательнее, а Милины обоснованные возражения натыкались на единственное слово: «плоооохо!»

И все в Миле для этой тетки было плоооохо. Ушла в час и до одиннадцати вечера в себя не могла прийти после беседы с психологом.

Тогда Мила внятно забоялась стать таким вот душеведом. Если ее, тренированного специалиста, выбили из колеи клеймящие запрещенные приемы - плооохо!

Как готовиться к собеседованию неясно. Мила даже набросала план, что говорить. А похвастаться нечем – не работала по специальности ни дня. Когда надоело стоять на бирже, и процедура отмечаний стала казаться унизительной, она устроилась в первое попавшееся место. Могла бы уйти – полгода и все, дольше никто не держит. Но то ли раздавило это плооохо, то ли устала отдыхать.

Собеседование прошло по Милиным ощущениям удачно – она явно понравилась. И неудивительно: спокойная, со вкусом одетая, не откручивала пуговицы и не теребила браслеты. Возможно, не выказала должной заинтересованности вакансией. Но дежурное «мы вам позвоним» прозвучало теплее, чем в случаях явного отказа.

* * *

Лева не отказался сопровождать сестру. Точнее, везти всю компанию на машине. Погода выдалась дивная, и задыхаться в железной коробке ужасно не хотелось, но что поделаешь? На мот все не влезут.

Ирин знакомый оказался высоким брюнетом. Лева удивился, зная манеру сестры западать на иностранных творческих личностей. Оказалось, западать на Вадима она и не думала – познакомились в театральной студии, когда Ирина решила стать актрисой. Вадим еще учится, а потому ходит по всем кружкам и секциям, доступным в институте. Играет в группе то ли «Вечный поиск» то ли «Лежачий камень». Ирина охарактеризовала музыку мутной и уточнила, что дела у них идут неважно. Но личность творческая.

Лева вспомнил, что видел его раньше – когда ходил на первый и последний спектакль с участием сестры по пьесе современного автора о последних днях жизни Антуана де Сент-Экзюпери. На спектакль притащились все кому не лень, потому как актеры получали процент от продажи билетов. Парень играл хорошо. Роль то ли бродячего поэта, то ли немецкого летчика – Лева напрочь забыл. Помнил двух ребят, которые действительно достойно смотрелись в этой самодеятельности, а вот конкретно… много времени прошло.

Замок Леву несколько разочаровал – скорее походил на богатый дом в стиле, но ни высоты, ни округлых форм да и в древности постройки возникли сомнения. Однако тут Вадим уперся – материалы собирал, читал. Лева не стал напирать, но всерьез парня не воспринял – если он такой же пустомеля, как Иринка, будет брызгать слюной до последнего, с апломбом вещать, о чем не имеет понятия.

Однако сестра в восторге. Выволокла из машины рюкзак с нарядами, убежала в лес и вскоре вернулась, готовая к готичной фотосессии. Вадим извлек фотоаппарат с угрожающе огромным объективом, покопался в настройках и поплелся за Ириной к замку.

- Что-то юбка у тебя знакомая! – крикнул ей вслед Лева.

- Милина!

Ага, вспомнил. Черная, вся в оборках или как это называется. Мила была в ней на годовщине свадьбы Левиных друзей и выглядела прекрасно. Ирина, будучи ниже ростом, то и дело наступала на подол, да и шла на полусогнутых – напялила босоножки на шпильках. Когда же девчонка наконец повзрослеет?

Бродячий поэт или немецкий летчик с отсутствующим видом щелкал затвором и разве что о землю не расшибался в поисках лучшего ракурса. Когда Леве надоело наблюдать за позерством сестры, он решил осмотреть окрестности в одиночестве. Плохо, что Милы нет, устроили бы пикник вдвоем.

Жаль, не взял свой фотоаппарат – места красивые. Трава такая яркая и сочная только в мае-июне. Лес лохматенький. Скорее бы куда-нибудь выбраться на несколько дней! На фестиваль или в поход. В прошлом году они с Милой никуда не ездили – институт отвалился, хотелось отметить это событие, да и нечто вроде свадебного путешествия, а тут кража с обломом. Кто-то из своих, знал, что Лева уедет на рыбалку, а Мила будет у родителей. Вынесли не только шубу и дубленку жены, но и дорогую косметику. Лева поменял замки, но подозревать кого-то конкретно не мог. Мало того, что на две штуки баксов попал, так еще и доверие к друзьям потерял. Ехать с кем-то уже не хотел, а у Милы и вовсе настроение пропало. Лева знал, что она не стремилась к походной романтике и вряд ли ее оценит, но, разумеется, поедет с ним.