Призрак магического экспресса

Глава 2. Экспресс, а также старые и новые знакомые

Немудрено, что заснувшая в кресле Мейр проспала время подъёма. Чтобы успеть на экспресс, она носилась по дому подобно полёвке, убегающей от когтей сокола. Собираться пришлось на бегу, хватая со столов и вынимая из тумбочек всевозможные амулеты, зелья и заговорённые камни. Вдумчиво принимать решение о том, что из этих вещей может пригодиться, времени не было.

Она снова на мгновение зависла среди клеток, задумавшись, кого взять в путешествие. Юджин сел к ней на плечо, источая твёрдую убеждённость и готовность к путешествию.

— Прости, приятель, но тебе будет лучше остаться и проследить за порядком. Я возьму Селию, — приготовилась к буре негодования Мейр и даже слегка отклонилась от птицы.

«Возмущение!»

— Да, я знаю. Я собиралась с утра сходить к Лили, чтобы попросить её присмотреть за домом. Но я уже не успеваю. Придётся по дороге заскочить к мадам Виви(1).

«Лили — одобрение. Мадам — холодный ужас».

— Ой, да брось. Не так плохо она готовит!

«Троекратное возмущение».

— Тем более проследишь за ней, чтобы никого не отравила. Хвост приходит только ради кормёжки. И если она ещё раз приготовит для него что-то вроде тех зелёных котлет, боюсь, я потеряю общество этого кота навсегда.

«Радость от хорошей идеи. Кот. Брезгливость. Кот. Перо из хвоста. Боль. Кот. Пренебрежение. Возмущение. Презрительное негодование».

— Ну хватит тараторить. Ты за старшего. Я предупрежу мадам Виви.

«Селия? Вопрос. Сомнения».

— Она единственная, кого я напитывала магией последние десять месяцев. Она устойчива к чужому колдовству и хорошо ладит с иными существами. Если этот двурог вздумает вредничать, Селия сумеет найти с ним общий язык. Ты же сам говорил, что ей больше трёхсот лет и она единственная, кто может соперничать с тобой в мудрости. К тому же Селия понимает человеческую речь, так что с ней будет проще. Думаю, она хороший выбор.

Юджин моргнул и покачал головой, размышляя. В конце концов Мейр почувствовала некое подобие одобрения от галки и успокоилась. После робкого благословения Юджина у Мейр скатился камень с души. Она слишком высоко ценила мнение учёной птицы, хоть и старалась тщательно это скрывать.

Определившись с самым сложным, Мейр возобновила довольно хаотичный бег по дому. Предстояло собрать Селию в дорогу, а для этого нужно было найти её переносной террариум. Когда стрелки настенных часов приблизились к критической отметке, ведьма вылетела на улицу и бегом рванула в направлении дома единственной соседки. Мадам Виви.

Пожилая светская — некогда — дама всё так же ворчала и лезла со своими нравоучениями, но никогда не отказывала на просьбу последить за домом и виварием, обнаружившимся в жилище Мейр. Со свойственной рассудительностью и самоуверенностью мадам решила, что такое обилие животных попросту компенсирует бедняжке отсутствие мужа и детишек, и старалась быть со зверьём помягче. Однако все животные Мейр единогласно сошлись во мнении, что готовила мадам отвратительно.

После открывшейся двери и хмурого лица мадам, представшего перед Мейр, девушка употребила всё своё красноречие — которым она не обладала, — чтобы не дать женщине открыть рот и разразиться неудовольствием. Неважно по какому поводу: неудовольствие всегда имело место. Мейр вполне справилась. Ей удалось не ввязаться в обсуждение собственной бестолковой жизни и не растревожить улей непрошеных советов.

Она коротко и ёмко сообщила, что уезжает и просит мадам последить за домом, а также покормить животных.

— Готовить не обязательно, я не хотела бы, чтобы вы утруждались больше необходимого.

Беспокоясь о времени, Мейр буркнула, что с тем, где находится съестное для обитателей её дома, поможет разобраться галка Юджин. Мадам от такого ошалела, но, сохранив лицо, согласно закивала. Попутно ей пришлось проявить всю ловкость, чтобы поймать ключ, брошенный через плечо, когда Мейр со всех ног бежала в сторону канатной дороги.

Вдыхая дым перрона, Мейр стояла, согнувшись пополам. Она ни разу не остановилась, чтобы отдохнуть, лавируя между лакеями и носильщиками. Мужчины всех возрастов и размеров пыхтели, передвигая огромные сундуки и чемоданы и загружая их в багажный отсек.

«Колдуны такие барахольщики», — покачала головой Мейр.

И сразу была отвлечена от своих мыслей ударом в бок. Неизвестно с какой стороны на неё веснушчатый подросток в форме работника Короны. Такую носили посыльные и работники станции, обслуживающие поезда. Осмотрев Мейр с головы до пят, юноша вытянулся, легонько кашлянул, прикрывая рот ладонью в перчатке из поношенной тонкой кожи:

— Могу я вам помочь? — он протянул руку к ремню на плече девушки, и она резко отстранилась.

Веснушчатый подросток был носильщиком, отчаянно желавшим угодить могущественным колдунам, собравшимся в Белую крепость.

Мейр взяла с собой только две сумки, которые сейчас стягивали ей грудь перекрёстными ремнями.

— Нет. Все вещи пригодятся мне в дороге. — Она крепко сжала ремень, из-за чего покачнулся переносной террариум, и ощутила укол недовольства у себя в голове.

И пусть Селия предпочитала прятаться от яркого солнечного света в пещерке, любые сейсмические активности она переносила со свойственным пожилым существам недовольством.

Юноша смутился, но, заметив зажатый в руке девушки билет, обрадовался:

— Давайте тогда я помогу найти ваше место в поезде. Правда, отправление немного задерживается. — Он покосился куда-то за спину.

Внимание Мейр переключилось на столпотворение, шумевшее впереди на платформе. Несколько раскрасневшихся носильщиков затаскивали в багажный отсек огромный чемодан, обтянутый лиловым бархатом. Их потные шеи объясняла не столько тяжесть груза, сколько пристальный взгляд жёлтых глаз огромной чёрной пантеры, сидящей неподалёку.

— Поаккуратней там! — разрезал воздух ножом истерично-визгливый голос Кассандры.

Наблюдая эту картину, ведьма и носильщик одновременно не сдержались: юноша испуганно вздрогнул и весь вытянулся, будто слова относились к нему; а вот ведьму перекосило, как от внезапно ударившего в нос сильного аромата скисших фруктов.