Призрак моего сердца

Глава 19

Небольшой домик, где собирались маги и гости Аркана, был охвачен пламенем, но словно под куполом: огонь не выбивался за пределы прозрачной преграды, а покрывал ее стены, как кружившие блестки в новогоднем шаре. Местами по куполу пробегали электрические разряды, а на территории двора летали призраки.

- Они не дают вырваться, - протянула Мия.

Оракул бросился к призракам и устроил с ними бой. После того, как он уничтожил двоих, наполняющих стену праной, купол заметно посветлел. Кира подбежала к дому, чувствуя жар плямя, старающегося вырваться наружу.

- Мия, помоги! – крикнула она фантому. – Используй свою силу на поле.

Кира прикоснулась к энергии энергетического поля, чувствуя на пальцах его теплые потоки, и направила в ином направлении, стараясь разорвать крепкий барьер. Ей и Мии бросились помогать призраки - здешние обитатели клуба. Парень, который ломал всю аппаратуру, был как никогда кстати, его неуклюжие попытки использовать прану могли сбить направленный поток фантомов и проделать дыру.

Руки горели от подступившего к стенам пламени и используемой энергетической праной, но барьер не спешил поддаваться и таять. А призраки, заметившие их попытки, стали нападать и всеми способами помешать пробраться внутрь.

В Киру попал энергетический шар. Она упала на землю, словно пронзенная молнией, каждой клеточкой тела ощущая, как ее пробирает жар. Ее обхватила жуткая боль, воздуха стало мало, перед глазами все поплыло.

- Кира! – Оракул плюхнулся рядом с ней и вовремя подставил руку, отбросив очередной призрачный сгусток, летевший в ее сторону.

Сердце в груди плавилось, словно раскаленный металл. От невыносимой боли потекли слезы – обжигающие, колющие глаза и царапающие щеки. Кира вцепилась в землю, ее холодная поверхность заморозила пальцы, а твердость заставила тело содрогнуться.

- Поставь барьер! – крикнул Оракул, соскочив на ноги и отходя в сторону. – Сопротивляйся.

Кира видела перед собой только темноту, она быстро погрузилась в туман и перестала различать действительность. Кира прекратила часто дышать, словно пробежала марафон, сделала глубокий вдох и смогла унять дрожь. Она закрыла глаза и почувствовала, как остывают внутренности, как бурлящая кровь успокаивается в венах, как перестают плавиться кости, расслабляются мышцы.

Отец говорил, что она особенная. Он сделал ее сильной. Она может большее, на что способна сейчас. Кира раскрыла глаза и разглядела стену, сдерживающую пожар, в мелких деталях. Если она не может противостоять призрачной энергии, то сможет ею управлять.

Снова приложив руки к барьеру, Кира, вместо того, чтобы разорвать поток, направила его через себя, контролируя каждую новую волну. Оракул уничтожил последнего призрака, пускающего энергию на купол, прислонил руки к его поверхности, а затем разорвал его стены мощным ударом праны.

Пламя вырвалось наружу неугомонным диким зверем, языки пламени потянулись к небу, осветив поляну ярким кровавым цветом. Дом полыхал как факел, поглотив все стены и помещения здания.

Из-за покосившейся обгоревшей двери выпал Чейз. Призраки оттащили его на безопасное расстояние и дали отдышаться.

- Где остальные? – спросил Оракул.

- Они внутри, - с ужасом оглянулся на дом маг, задыхаясь от попавшей в легкие сажи.

Оракул бросился внутрь, несмотря на полыхающий всюду огонь.

- Оракул, не надо! – крикнула Мия, но маг не послушал девушку и нырнул в самый очаг. Мия полетела за ним, едва успев отбросить летевшую сверху балку.

Они исчезли в огне и черни дыма, охватившего территорию клуба.

Чейз, кашляя, поднялся на ноги и направился обратно, следом за другом.

- Стой! – удержала его Кира.

- Я должен помочь!

- Куда ты?! – дернула Кира его за руку. – Там сплошной огонь!

Где-то вначале улицы послышался вой сирены пожарных машин.

Кира вглядывалась в почерневшие стены, потерявшие свою былую красоту и величие, потерявшие мистическое очарование и колдовское безмолвие. Секунды ожиданий возвращения Оракула казались нескончаемой пыткой. Неизвестность душила и терзала отголосками ядовитого жара.

Когда Кира уже не надеялась увидеть Оракула живым, он выбежал из дома с девушкой на руках.

- Айрис! – Чейз бросился к друзьям.

Оракул уложил бездыханную девушку на поляну.

- Давай, – шепнул он, осмотрев колдунью, - дыши!

- Айрис! – крикнул Чейз, словно голос его мог пробудить девушку потерявшую сознание.

Оракул сделал ей искусственное дыхание, но Айрис не приходила в себя.

- Нет, нет, нет! – взволнованно пролепетал он, над ее закрытыми глазами. – Айрис!

Кира снова задрожала. Хватая Чейза за руку, чтобы удержать от необдуманных действий, она совершенно не замечала, как внешняя ее часть обгорела на пожаре, а правая лодыжка кровоточила из под порванной брючины. Айрис, покрытая сажей, в легкой маечке, порванных леггинсах, босая, неподвижно лежавшая на холодной ночной земле. Обеспокоенные глаза парней. Переродившиеся маги казались Кире бессмертными. Она думала, что ничто не может их убить, а если кто-то и получит травму, то тут же оживает. Но чуда не происходило. Раны ребят не заживали на глазах, мертвые не перерождались вновь, стихия одерживала верх. Не все чары были подвластны даже таким сильным магам.