Призрак, осыпанный снегом

Часть 7

Юноша отодвинул фото от неё подальше.

- Ин, – начал он со вздохом, – я в курсе того, что творилось в университете. Только я-то тебе всегда верил, а ты, наоборот, обвиняла меня в домыслах и фантазиях. Разве это справедливо – подвергать меня той же участи, через которую прошла ты? Это – участь одинокого свидетеля, которому не верит никто! – Инга слушала, сложив руки на коленях и теребила край скатерти. – Этого Влада ты сделала главным открывателем непонятно за какие заслуги… Зачем? – Кирилл сделал паузу, не отводя пристального взгляда. – У тебя такое альтер-эго: фермер-домохозяйка и мужик-учёный? Не слишком ли вас много собралось в одном человеке?

- Да нет никакого альтер-эго… – наконец заговорила она, приступая к чаю. Инга начала его помешивать, наблюдая в окно за стекающими по стеклу каплями. – Моё разыгравшееся воображение часто рисовало картинки нашего с ним, так и несостоявшегося, быта... – Женщина с грустью перевела взгляд на свои руки. – Так и не проведённой совместной работы. Я всегда представляла, как он возьмётся за моё открытие и доведёт его до ума. Ведь он умнее меня, у него бы лучше получилось. Знаешь, как далеко бы мы зашли, если б работали над этим вместе? – Она отпила чай. – В тот раз я случайно забыла закрыть лабораторию, когда ты её обнаружил. До сих пор не могу понять, как ты в ней очутился…

Услышав это, Кирилл растерялся – стоит ли рассказывать предысторию, почему он полез в подвальное помещение? Но она не стала дожидаться ответа, а продолжала ровным голосом:

- Я испугалась, увидев тебя там и сразу свалила всё на Влада. Будто мне ничего не известно. Но тут воображение разыгралось у тебя – ты придумал свою версию событий. Ты сказал, что Влад сидит за окном в облике чудовища. Я решила, что с этим пора заканчивать и спровадила тебя домой. Думала, ты уедешь, обо всём забудешь… Но ты вернулся и снова начал задавать вопросы. Тогда я сказала, что он умер. – Инга сменила тон. – Не хочу больше иметь его в своей жизни! Ни в каком облике! Убери вообще эту фотографию! Порви её!

Кирилл схватил фото, сложил его в несколько раз и воткнул в карман своей подсыхающей парки.

- Успокойся, всё хорошо! Тебе когда-нибудь говорили, что ты гений? – выразил своё восхищение юноша. – Зачем они тебе, эти самовлюблённые люди из прошлого? У тебя есть настоящее.

Инга стала понемногу успокаиваться – Кирилл всегда влиял на неё положительно.

- Никто из них мне не верил, – произнесла она, глядя в пол. – На меня смотрели, как на сумасшедшую, и никто не хотел в этом участвовать. Влад, поначалу гордился мной, а потом и он начал говорить, что мне надо лечиться, даже вызвал скорую, когда мы все собрались на студенческой вечеринке – вот тогда я впервые отреклась от своих слов, поэтому ничем не смогла заинтересовать психиатров. Вернувшись из больницы, я сразу уехала в Никольское на месяц, чтобы помочь маме собрать урожай, а когда вернулась в общагу, узнала, что Влад на днях женился. Сразу за этой новостью последовала другая: маму увезли в больницу. Я забрала документы, так и недоучившись, и вернулась домой.

Несмотря на то, что Кирилл уже знал эту историю от детектива, он всё равно слушал её, будто заново, с большим интересом. И всё же ему не терпелось – когда Инга дойдёт до основной части своего рассказа: как появился Призрак и что он такое?

- Мама умерла, и я с головой погрузилась в работу. В нашем мире постоянно одно перерождается в другое: гусеница в бабочку, лёд превращается в воду, вода в пар. Но для любого превращения требуется воздействие извне. Например, изменение температуры. Так вода при нагревании становится паром… Или наоборот: в районах севера толстой и ненасытной гусенице может потребоваться двенадцать лет, чтобы стать лёгкой полупрозрачной бабочкой. Ты его называешь «Призрак»? – При этом слове Кирилл сразу поднял глаза. Она монотонно крутила в руках чайную ложку, её лицо посветлело и перестало быть напряжённым. – В нём действительно есть что-то призрачное, он такой же полупрозрачный, как та бабочка и не весит больше пяти килограмм при его-то росте. Энергия ушедших из жизни людей никуда не испаряется, она переходит в другое состояние и ею можно воспользоваться. Поэтому для данного эксперимента мне понадобилось кладбище, где есть скопление такой энергии, но в Никольском оно находится на другом конце села, да и работать здесь не представлялось возможным: в то время не было забора, то и дело шастали соседи… И тут я вспомнила про дом, который достался мне в наследство от бабушки по отцовской линии: кладбище там расположено как нельзя лучше, прямо за огородом. Мы приезжали в этот дом по молодости с друзьями. И я решила оборудовать в нём лабораторию для своих экспериментов. Под домом была подвальная яма. Я наняла людей, чтобы они сделали в ней то, что мне нужно.

- Как же ты им объяснила, для чего тебе эта комната в глухой деревне? – прервал Кирилл.

- Я сказала бригаде, что мне нужен такой подвал для хранения. Они его и сделали. А тёплый пол я укладывала сама, по инструкции. И плитку положила сама, мне это делать не впервой.

- Да, ты сильная… – Кирилл закивал. – Я это понял ещё тогда, когда ты помогала мне скрыться, не побоявшись преследователей.

- Мне нечего боятся, когда рядом со мной это существо.

- Так откуда он взялся? – Парень замер в ожидании.

- Я провела уникальный ритуал, который позаимствовала у древнего народа йоруба, и в семнадцатый день опыта мне это удалось. Когда я принесла его в лабораторию, он три месяца сидел в углу, ни на что не реагируя, не ел, не пил, и только потом Нунэ начал постепенно изучать окружающий мир.

- Как ты сказала?

- Я назвала его Нунэ – это были единственные звуки, которые он издавал: «ну» и «нэ». Со временем он начал больше передвигаться, стал появляться за пределами дома. Помнишь трубу, в которую мы сыпали песок? Он вылезал через неё – она уходит в лабораторию. Кстати, мне долго пришлось собирать тот песок, а затем выносить.