Призрак свекрови

Глава 17, ч. 1

Глава 17, ч. 1.

Антонина.

Они встали, он взял её руки в свои, поднёс к губам и поцеловал ладошки, как делал это в молодости.

- Тонечка, пора. Ты запомни, Тонечка, если любовь есть, она навсегда, насовсем. Я найду тебя потом, Тонечка!

И он ушел вслед за своими хранителями.

Антонина без сил опустилась на пол и, обхватив себя руками, начала раскачиваться из стороны в сторону, тихонько подвывая. Боль разрывала её сердце, выплескивалась через слёзы, переполняя Антонину, скручивая и выворачивая душу наизнанку. Сколько прошло времени, Петровна не знала, но в какой-то миг она очнулась, подскочила с пола и кинулась к Нуму и Черварре.

- Пустите меня к нему, я с ним пойду! Отпустите меня, я поняла всё, мне больно без него! Умоляю, отпустите!

Хранители молчали. Они стояли, словно каменные изваяния, и прожигали своими взглядами Антонину насквозь. Они видели то, чего не понимала женщина - им открыта её душа. Хранители видели душу, как некую оболочку, разделенную на множество отсеков. Эти отсеки мы при жизни заполняем своими поступками, словами, их заполняют наши чувства и мысли. Петровна же после прекращения жизни предстала перед Хранителями наполовину пустой. Эти пустоты – долги души перед оставшимися жить. Из-за этих пустот человека невозможно переправить на какую-либо сторону после смерти. Бывает так, что пустых ячеек у души остается одна-две-три, и тогда Хранители принимают решение во время сорокадневного перехода помочь человеку заполнить их. Таких душ большинство, заполненных полностью или с одной-двумя пустотами. Но бывает и так, как с Антониной: человек уходит из жизни заполненным лишь наполовину, это значит, что свое предназначение он не исполнил, или задолжал многим при жизни. Такие случаи редки, и Хранители не любят их, потому что приходится задерживаться с душами на три года и прорабатывать ошибки вместе с переставшим жить. Не всегда, и не все Хранители с этим делом справляются, и тогда их развеивают на веки вечные, и саму душу тоже, не дав шанса на перерождение.

И сейчас, глядя на Петровну, Нум и Черварра наблюдали, как часть пустот души заполняются чистым сиянием. Это значит, что душа смогла отдать свой долг перед человеком, тот простил и отпустил её. На лице Нума появилась его фирменная полуулыбка, и он протянул руку к Антонине. Та почувствовала тепло, и успокоение. Понимание опустилось на неё, как невесомое покрывало, и она уже знала, что Генка простил её, и сама она себя простила за него, за все то, что не дала ему при жизни, потому что не знала как, и не хотела.

- Куда он теперь? – с легкой грустью в голосе она спросила Нума.

- А вы посмотрите, Антониночка Петровночка.

- А как? Он же сорок дней ещё будет идти, как я все сорок дней буду за ним ходить?

- Так они уже истекли уже, его сорок дней, - ответил Нум.

- Как это? Он же только что! – не поверила Петровна.

-Так я вам говорил, что время – это понятие относительное, оно тут течет по-другому, вы его не чувствуете. Пока вы сама разбиралась в своих чувствах, для Геннадия это время уже прошло. Если хотите, мы сможем вас переместить к точке перехода душ, посмотрите, как это происходит, и куда отправят Генку вашего, - предложил Нум.

- Нум, ты что, нам же потом влетит за самоуправство! И бабка не достойна этого! Раньше надо было всё делать, ишь ты, знать она хочет! – возразил Черварра.- Кстати, бабуль, если про время усекла, то давай не отвлекайся на разорванные нити, давай топай, следующие отрабатывай!

Петровна, как всегда, съёжилась под взглядом и словами Черварры. Но Нум решил по-другому.

- Ты не прав, напарник, ей это нужно сейчас, давай отнесем её не к самому переходу, а рядом, пусть посмотрит, куда её мужа отправили. Это и займет-то всего пару мгновений.

- Ладно, но только одна нога тут, другая там, не хочу лишний раз без повода у перехода светиться, - нехотя ответил Черварра.

- Ну-ну, знаю я, почему ты не хочешь там появляться, - усмехнулся Нум.

- Да чего бы ты понимал! Вам, ангелам, такие чувства недоступны, поэтому не вмешивайся, иначе напишу прошение на перевод в другую пару! – обиделся Черварра.

- Дружище, успокойся, без обид. Да, мы, ангелы, не подвержены страстям и чувствам, как вы, демоны, но я тебя понимаю, - примирительно сказал Нум, - я думаю, нам пора отправляться.

Черварра и Нум взяли Антону за руки, и не успела она моргнуть глазом, как из квартиры дочери они перенеслись туда, где осуществлялся переход душ в ад или в рай.