Призрак Вуд - Энда

12.

Призрак слился с тенями ничего больше не сказав. Будто его время здесь резко истекло и он вернулся туда, откуда всегда наблюдал за мной. Только тетрадь осталась в руках, а значит все это мне не привиделось.

Я пролистала тонкие листы и задержалась на странице с отцовской прядью. Она была приклеена в центре странной пентаграммы на языке, который был мне недоступен. Неудивительно, что псих вроде него оказался еще и сатанистом. Или кто он вообще? Сектант? Оккультист? Мне сложно было подобрать слова к произошедшему.

В полной тишине я вернулась на первый этаж, прикрыв за собой дверь в свою старую комнату. Одна. Я снова осталась в этом доме абсолютно одна.

Не знаю каким образом, но нутро подсказывало мне когда Призрак здесь. Возможно, Честер действительно передал это существо мне в наследство.

Я вдруг ощутила себя такой уставшей, что без раздумий плюхнулась на диван в гостиной и уставилась в одну точку. Хорошо бы заснуть сейчас, но сна не было ни в одном глазу. Только беспросветная тягучая пустота. В руках снова оказался дневник Честера. Я читала его пока солнце не скрылось и в комнате не потемнело. Но единственное, что смогла разобрать — это темпы потери рассудка моим отцом. Ведь чем дальше я рассматривала записи, тем хаотичней становился почерк. Незнакомые знаки, сначала вписанные стройным рядом, к концу летали по листам как оторвавшиеся от цепи звенья. На последней заполненной странице был лишь рисунок. Ужасно нарисованный человек с палкой, проходящей сквозь его череп. Наверное, Честер нарисовал сам себя.

— Безумец. Что же ты наделал? — выдохнула я и откинула проклятую книжку.

Мог ли Призрак быть тем фактором, который сделал отца чудовищем? Или Честер был таким всегда? Я не могла вспомнить.

В моих детских воспоминаниях он всегда выглядел как массивная тень, нависающая сверху. Это мама была там ярким пятном, вечно страдающим, избитым или истерично смеющимся. Я помнила ее рыжие волосы и тонкие руки. Отец же всегда ускользал из детской памяти, а будучи взрослой я видела его лишь пару раз. Если бабушка не умерла, я бы никогда в жизни не решилась приехать по его душу.

Старушка боялась его как Дьявола.

Догадка пронзила меня, тело тряхнуло от поразившего шока. Бабуля и правда называла его Дьяволом. Говорила, что он проклят и попадет в Ад.

И, кажется, она знала о чем говорит.

Я подорвалась с дивана и начала судорожно разжигать очаг. Вдруг стало так холодно, что руки покрылись мурашками до самых плеч.

Дьявол.

Дьявол.

Дьявол.

Это слово крутилось в голове как жуткая, уродливая карусель. Покрытая кровью и ржавчиной, стоило ей сделать новый круг как меня до костей пробирал ужас.

Я подхватила тетрадь с пола и замерла, раздумывая: как поступить, чтобы это существо не причинило мне вреда? И способно ли оно на это? На лбу у меня выступила испарина и страх лишь усилился когда за спиной раздалось хриплое дыхание.

— Если будешь только трястись и скулить — никогда не узнаешь ответ.

— А если ответ мне не понравится? — спросила я не поворачивая головы. — Что если он убьет меня?

— Боишься смерти? — усмехнулся Призрак. Он был совсем близко, касался грудью моей спины. Я сглотнула горький ком.

— Да. Боюсь.

— И не напрасно. Убитым моей рукой не позавидуешь. — он замолчал на мгновение. — Но тебя я не убью.

— Даже если я не отпущу тебя?

— Тогда и подавно. Я ведь и царапнуть тебя не могу, Софи.

— Но кусать можешь. — сказала я и тут же пожалела. Стыд накрыл с голвоой, когда я вспомнила прошедшую ночь.

Призрак положил руки мне на плечи: — Главное не до крови.

Это мало утешало. Но теперь у меня имелась хотя бы такая гарантия.

— Скажи, чем мой отец расплатился за твою службу?

Ответа ждать долго не пришлось. Призрак выплюнул его как горькую ягоду от которой только рад избавиться.

— Душой. Как и все. Только Честер оказался хитрым засранцем, и повязал меня и на своей наследнице тоже.

— Но зачем?

— Наверное, просто не хотел отпускать. А может думал, что вы с ним одного поля ягоды.

— Нет!

Я отшатнулась от него, будто могла обжечься. Нет, это лишь провокация.

— Мы с Честером разные люди! Он был монстром! Он бил маму, меня! И все вокруг шептались, что он убил нескольких мальчиков в юности! Я не такая!

— Тогда зачем ты приехала в ночь его смерти?

Я замерла. Это был удар под дых.

— Выяснить, что стало с мамой. — произнесла я неуверенно.

— Нет, это ты и так знала. Ты ехала отомстить за свои обиды, за страх. Ты знала, что застрелишь его. Если бы он открыл дверь, то наверняка бы и слова не успел сказать. Ты изрешетила бы его в ту же минуту.

— Нет, нет, нет.

— Разве может демон вроде меня принадлежать чистой душе?! — кричал Призрак пока я пыталась заткнуть уши чтобы не слышать его. Огонь за спиной разгорался все сильнее, в комнате стало невыносимо душно. — Ты — такая же, как он!

— Нет! — я не узнала свой голос от одолевшей меня ярости. Я швырнула дневник в огонь, надеясь, что это заткнет Призрака хотя бы на мгновение.

— Я всегда был в твоей голове, так что нет смысла обманывать, Софи. — сказал он вдруг так тихо, что я открыла глаза. Вся ярость и желчь испарились. Огонь заглотил проклятую тетрадку и почти угас.

Что же я наделала?

Маска на его лице вдруг пошла трещинами и от стен отразился облегченный вздох. Призрак поднял голову к потолку и позволил маске осыпаться на пол. Я наблюдала за этим не в силах пошевелиться. Он свободен. Это было ясно по расправившимся плечам и довольной, беззлобной улыбке. Не думала, что он умеет так улыбаться.

— Славное чувство.

— К - какое?

— Свобода.

Он опустил голову и взглянул на меня. Я ожидала худшего, но Призрак лишь подошел ближе и вдруг нежно коснулся моей щеки. Мне казалось, что я загнанный в угол ягненок. И все равно мне хотелось прильнуть к этой ласке, насладиться ей последний раз.