Призраки и бродяги

Призрак II

ГРИФЫ ВОЛАНТИСЕ ОТЕЛЬ ЛЕГЕНДА РОЙНЫ НАЙДИ ПРИВЕЗИ​

О да, в этом весь Якен. Экономит бюджет операции даже на знаках в телеграмме. «НАЙДИ ПРИВЕЗИ». Арья ещё раз перечитала последние слова перед тем, как поднести к бумаге зажжённую спичку. Браавос хочет, чтобы она эвакуировала этих Грифов из Волантиса... Что-то новенькое. Обычно её миссии заключались в «НАЙДИ УБЕЙ».

Стоило проехать каких-то двести миль на юг от Квохора, и осени словно не бывало: только прерии до горизонта и высокое-превысокое небо. Выйдя из хибарки телеграфной конторы, Арья остановилась и запрокинула голову, наслаждаясь обволакивающим теплом. На Севере таких небес не увидишь.

Спинку заднего дивана заняли влажные оранжевые одеяния — принц Шакку занялся стиркой, пока она ходила за свежей информацией от Якена. Какое счастье. Арья щёлкнула задвижкой и забралась внутрь машины, предварительно убрав с сиденья ковбойскую шляпу. По ту сторону опущенного бокового стекла плескались воды Ройны — широченной и мутной, бегущей отсюда до самого Волантиса. Не каждая птица долетит до середины, как любят говорить местные. Рейгар Таргариен шагал от берега, одетый в джинсовый комбинезон. Его острое лицо смотрелось куда лучше без бороды, а волосы, изначально показавшиеся ей седыми, на самом деле были белыми. Густая копна цвета «холодный блонд», или как это называется. Отмывшийся Рейгар напомнил Арье ту звезду синематографа с развешанных напротив Чёрно-Белого Дома афиш.

— Похож на ройнарского фермера, — сказала она, водружая шляпу себе на макушку. — Зато теперь я действительно верю, что ты мог понравиться моей тёте двести лет назад.

— Спасибо, — на ходу поблагодарил Рейгар. — Впервые встречаю такую ткань... Выглядит весьма необычно.

Арья махнула рукой.

— А, джинсы. Вот увидишь, скоро они завоюют мир... Но ещё лучше было бы переодеть тебя в приличный костюм. Картина маслом: пожилой джентльмен едет к тёплым морям в компании юной любовницы. — Она театрально закатила глаза, прикладывая ладонь тыльной стороной ко лбу.

Рейгар вздохнул слегка укоризненно, но не осуждающе, и принялся укладывать свои бритвенные принадлежности в котомку.

— Я понимаю: в твоём возрасте все люди старше двадцати пяти кажутся пожилыми. Однако слышать такое немножко обидно.

— Постареть не стыдно, стыдно устареть. — Арья назидательно подняла палец. — Пора втягиваться в современную жизнь, принц Шакку. Давай, заведи для начала мотор нашего автомобиля.

— Похожей ручкой приводится в действие пушка Гатлинга, — поделился впечатлениями Рейгар, когда обошёл машину спереди. Он по очереди глядел то на кривой стартер, то на Арью через замызганные лобовые стёкла. — С этим оружием у меня связаны не лучшие воспоминания.

— Га-а-атлинги? — протянула Арья. — Не обижайся, но ты и вправду очень старый, коли видел такие раритетные штуки в действии... Возьмись за неё левой рукой и крутани по часовой стрелке. Осторожно, но резко.

Рейгар наклонился и крутанул. Мотор Жестяной Лиз громко затарахтел.

— Получилось! — От неожиданности он чуть отскочил назад, с виду чрезвычайно довольный собой. — Видишь, как ловко старые принцы осваивают новые технологии.

Арья ободряюще улыбнулась и похлопала в ладоши.

— Молодец! Помяни моё слово: через несколько лет все пересядут на автомобили, а лошадки будут резвиться на свободе, свободные от жирных человеческих жоп.

— Не хочу обижать твою железную, но живые лошади мне нравятся больше, — признался Рейгар, усаживаясь на диван справа от неё. — Ведь в прошлой жизни я был кавалеристом.

Арья поддала газу, и офис телеграфной конторы быстро исчез в шлейфе из пыли. Очередные двести трясучих миль впереди. В Селорисе она докупит ещё две канистры бензина, и, если её расчёты верны, этого хватит как раз до Волантиса.

— Кавалеристом... — повторила Арья. — Как по мне, это гадко — вмешивать ни в чём не повинных лошадок в человеческие разборки… А в монастыре твоём были лошади?

— Не было. Зато там разводят яков и собак. Больших, мохнатых. В горах без них не обойтись.

Фотогеничный профиль Рейгара маячил на фоне грязно-зелёной Ройны — их путеводной линии, которая не даст сбиться с дороги до самого конца. Заинтересовавший экс-принца пароход пыхтел вверх по великой реке, и разодетые в светлые тона фигурки пассажиров кучковались на верхней палубе: разглядывали стадо бизонов, коричневой лавиной катившихся по противоположному берегу.

— Пароход, — горестно изрёк Рейгар, провожая взглядом уже скрытый пылью корабль. — Пароход увёз моё тело из Королевской Гавани, а потом и с Драконьего Камня, чтобы никогда не вернуть назад. Для меня он навсегда останется символом конца.

Только что бодро осваивал новые технологии, а теперь опять взялся за своё... Арью всё больше беспокоили эти перепады его настроения. Видать, двадцать два года скорби и самоедства на краю света даром не прошли. Хотелось потрепать беднягу по плечу, когда он делал так.

— Давай я расскажу тебе о чём-нибудь хорошем, — предложила она. — Например о том, что Визерис поселился в самой комфортной психушке Браавоса, а с Дейенерис так вообще всё окей.

— Бедный Виз… — Исчезновение парохода благотворно повлияло на Рейгара — он жалел не себя. По крайней мере пока. — Я запомнил его здоровеньким семилеткой, он меня — красивеньким принцем, и мы точно не узнаем друг друга при встрече… Постой, кто такая Дейенерис?

«Ты и сейчас красивенький для любителей антиквариата», — хотела выдать Арья, но вместо это сказала:

— В смысле? Это твоя сестра.

— У меня нет сестры. — Рейгар настороженно нахмурился, складывая ладони перед носом, будто что-то вспоминал. — Да, сестра… Боги, как же я сразу не сообразил, ведь мама была беременна… Уже потом, в Пентосе, посол сказал, что она умерла при родах. И что Элия с детьми погибли во время штурма столицы... И отец. Но про Лианну я услышал раньше… И всё рухнуло в одночасье. Закончилось... Стыдно сознаться, но в те страшные первые дни без Лианны я не думал о родителях, не думал о детях, не думал о брате... Только о ней. — Он закрыл лицо руками и замер, как скорбящий каменный ангел на Великой септе.