Призраки Косой усадьбы

Глава пятая. Секреты

Языки пламени лижут стены погреба. Ханна испуганно смотрит в светящиеся глаза призрака, надвигающегося на нее. Она не может выдавить из себя ни слова, даже не может закричать.

— Отойди, девчонка. Я должна увидеть своих детей, — шипит скелет и продолжает надвигаться на Ханну. — Столько времени прошло с тех пор, как я последний раз держала их в своих руках.

Ханна кусает нижнюю губу. Боль позволяет прийти в себя. Девушка загораживает проход, замерев на последней ступени и придает голосу наигранную уверенность:

— Нет. Ты никуда не уйдешь, пока не расскажешь мне все. Я пришла сюда за ответами и я не уйду с пустыми руками!

— Тогда ты вообще не уйдешь! — рычит скелет, и из его рта вырываются языки пламени.

Девушка нервно сглатывает слюну и трусливо пятится назад, но призрак движется невероятно быстро. Через мгновение скелетные руки сжимают голову Ханны, а тонкие костлявые пальцы впиваются в виски. Перед глазами все начинает расплываться, а по мере увеличения давления, кровь стучит в голове безумным потоком. От этой дикой боли не сбежать. Ханна стискивает челюсти, лишь бы хоть как-то вытерпеть это мучение.

— Помогите… — шепчет она, проваливаясь в темноту, — кто-нибудь…

— Тише, дитя. Все скоро закончится.

Ханна чувствует себя угасающей, топчущейся на грани жизни и смерти. Когда скелет сильнее сжимает ее, девушка нащупывает костяные запястья. Призывая все остатки своих сил, Ханна делает последний ход, не зная, что будет дальше.

— Стой! Я знаю, кто ты…

Она хочет увидеть детей. Значит, она мать Элеанор. Это ее могила пустует. Черт, как же ее зовут. Вспоминай, Ханна. Ты сможешь!

— Роуз! — выпаливает Ханна и зажмуривается.

— Это… это имя… Я его почти забыла…

Хватка Роуз на секунду ослабевает. Этого вполне достаточно, и Ханна успешно выскальзывает из ее лап. Не раздумывая ни секунды, девушка разворачивается и бежит по голым ступеням, даже не оборачивается. Все ее мысли заняты лишь тем, как бы поскорее спастись из погреба.

Ханна вылетает из подвала, дверь за ее спиной громко хлопает. Но это вряд ли задержит злого призрака. Нужно исправить свою ошибку и запереть дверь на все четыре замка.

И почему их должно быть именно четыре? Одного мало?

Девушка судорожно достает из заднего кармана ключи всех Уэйверли. Она ощущает приближение призрака, и от этого рука начинает трястись. Ханна до боли кусает нижнюю губу, успокаивая нервы. Радует только, что на замках тоже есть буквы. Не будь их, и Ханна бы точно валялась мертвой у этой чертовой двери в компании четырех бесполезных ключей.

Она слишком долго возится с первым ключом, ее руки неудержимо трясутся.

— Ну же, ну же!

Дверь распахивается, ударяя Ханну. Девушка летит на пол, не в силах удержать ключи. С металлическим звоном они падают рядом.

— Нет!

Ханна ползает по полу, пытаясь скорее собрать все ключи, но уже слишком поздно. На пороге возникает пылающий скелет.

— Неужели ты думала, что так просто снова запрешь меня и забудешь еще на сотню лет?

Роуз Уэйверли нависает над Ханной и тянет свои когтистые лапы, чтобы задушить в ней жизнь…

— Ты такая же злая, как и моя дочь…

— Нет, — напугано хрипит Ханна, —прошу!

В этот самый момент перед глазами внезапно вспыхивает красный свет. Ханна несколько раз моргает и, когда взгляд фокусируется, видит, как над ней стоит Элеанор и отрывает от ее горла костлявые руки своей матери.

— Что вы наделили, Ханна?! — прекрасное лицо девушки искривляет злоба.

— Элеанор! Прости меня! — обхватив собственное горло теплыми липкими от пота ладонями, Ханна отползает от призраков.

Изорванное, изуродованное ожогами лицо Роуз расплывается в отвратительной усмешке. Сухой грохочущий смех эхом вырывается из ее горла.

— Ну, здравствуй, дочка.

Элеанор скрипит зубами, ее глаза вспыхивают от переполняющего девушку гнева. Она не сдерживает эмоций, показывая всю скопившуюся ненависть к собственной матери.

— Ты не имеешь права называть меня так… — она мотает головой, отгоняя неприятные воспоминания, — только не после того, что ты сделала.

— Элеанор! — Ханна уже стоит на ногах в конце коридора и с беспокойством смотрит на призраков. — Она слишком сильная, мы должны бежать!

Но девушка ее не слышит, продолжая сверлить свою мать, вернее то, во что она превратилась, полным ненависти взглядом. Тогда Ханне ничего не остается как схватить Элеанор за руку. И она это делает, не думая ни о чем, кроме спасения. Уже через несколько секунд они несутся по лабиринту коридоров Косой усадьбы.

— Что это было? — на бегу спрашивает Ханна, задыхаясь. Так быстро она никогда в жизни не бегала. — Почему твоя мама была заперта там внизу? И… и что с ней стало?

— Это не ваше дело, Ханна ! — Элеанор резко обрывает поток вопросов. — Я же просила вас держаться от этого подальше…— ее голос звучит мягко, в нем слышатся нотки печали. — Почему вы просто меня не послушали?!

— Потому что я хотела помочь тебе! — не раздумывая, отвечает Ханна.

Элеанор оборачивается, смотрит на девушку через плечо, и Ханна чувствует ее гнев, он словно ледяной удар.

— Вы не в силах помочь мне, Ханна. Я хочу, чтобы вы убрались отсюда… — она делает недолгую паузу, после чего тяжело вздыхает и добавляет: — и я хочу, чтобы вы никогда не возвращались!

— Элеанор! — Ханна говорит это без протеста. В ее голосе слышатся скорее сожаление и мольба. — Я не могу оставить тебя. Только не сейчас, когда ты в опасности!