Призраки Мундраля

Глава 9: Тьма в глазах

Ильдрун

В ее глазах плыло, а голова раскалывалась словно разбитый кувшин. Дышать было по прежнему тяжело. Она с трудом осмотрелась по сторонам.

Ильдрун сидела в мрачной комнате. Ее руки и ноги были закованы в незримые магические кандалы. Она не могла даже пошевелить конечностями, они затекли. Стены здесь были окутаны паутиной, в воздухе пахло сыростью и пылью, что витала в холодном воздухе. Ильдрун была одна, но чувствовала, мрачное присутствие, будто что-то темное, пронзило ее взглядом.

В какой-то миг, стул, что стоял прямо перед ней закачался, так будто кто-то на нем сидел.

Девушке было не по себе, но она пыталась не унывать, ведь понимала, что эти твари, которые заключили ее в зловещие цепи, питаются страхом, отчаянием и страданиями.

Холодная, дряхлая кисть обхватила руку друидки, пред нею явилась страшная старуха с окровавленными пустыми глазницами. Они сидела перед ней на стуле, продолжая покачиваться. — Жрица Самерселии, — выдавив злобу, проговорила она. — Гореть тебе в аду.

В этот самый миг, она бросилась на девушку, и тут же исчезла. Ильдрун почувствовала, жжение под глазом, что тянулось вниз. По ее правой щеке стекала кровь маленьким ручьем. Старая ведьма захохотала, ее гнилые зубы скалились только от одной мысли, что в ее власти друидка Самерселии. Ведь это не простой человек, а девушка имеющая в себе силу. С таких как Ильдрун можно вытащить гораздо больше жизненной энергии, чем с толпы крестьян, жрица это также понимала, поэтому была намерена держаться до последнего, заранее осознавая, что не дав часть своих сил, только разозлит и вызовет еще больший гнев у ведьмы.

Ильдрун с отвращением смотрела на старуху. На ее пустые окровавленные глазницы. Мороз бегал по коже, от понимания, что это чудовище, собирается с ней сделать. Она не понимала, как именно та будет ее мучить старуха, но то что пытки не избежать, жрица прекрасно понимала.

— Такие как ты, враги моего призрачного народа. Знаешь почему он призрачный? — спросила старуха.

Ильдрун ничего не ответила, стойко держалась.

— Потому, что такие как ты, его уничтожили, сожгли Элден Рок, убили всех его жителей, а те кто остался, кто пережил ту ночь, разбрелись по миру, словно муравьи из растоптанного муравейника. Вы вылавливали их и истребляли. Мои предки были одними из тех, кому удалось выжить, и сохранить в себе силу Мундраля, и вот я здесь, чтобы совершить возмездие, за павший народ.

Она схватила ее за горло, после чего, схватила со стола, ржавую спицу.

— Сейчас ты познаешь, что такое страдания.

Ильдрун не выдавила ни слова, понимая, что эти твари питаются человеческими страданиями.

Старуха вонзила спицу в правый глаз Ильдрун, девушка пыталась сдержать стон, но крик вырывался наружу, а вместе с ним и кровь, стала брызгать в разные стороны.

Девушка дергала руками, пыталась вырваться, но незримые магические кандалы, очень крепко держали друидку.

— Еще еще не все, — рассмеялась она. — Ты больше не увидишь этот мир. Будешь такой как я.

Старуха резко воткнула спицу в левый глаз.

Острая боль, пронзила ее, свалив ее на повал. Ильдрун закричала, что было сил.

Она упала на каменный пол, вместе со стулом, к которому была прикована. По ее лицу, по обе стороны, вниз стекали кровавые реки.

Тьма заполнила комнату. Она больше ничего не видела, ни зловещий облик старухи, ни каменные стены, ни решетки на окнах, сквозь которые пробивался лунный свет, а лишь довольный голос старухи, стоял в ее ушах.

От дикой боли, Ильдрун трясло, да с такой силой будто ее поразил разряд магического тока. Пальцы впивались в царгу, крошили куски дряхлого дерева.

Жрица кричала, стонала словно дикий лев. Под ее спиной хрустнул стул, а после вовсе разлетелся на части.

Старуха хохотала, хлопала в ладоши.

Ее крик пробивался сквозь стены, блуждал по мрачным, заброшенным улочкам Элден Рока, но никто не слышал ее страданий, никто кроме, духов, что населяли это место. Они хохотали, вместе со старухой. Насмехались над Ильдрун, питались ее слабостью, ее страданиями, беспомощностью.

Ведьма схватила ее за горло, и насмешливо смотрела пустыми глазами так, будто видела беспомощную друидку. По щекам девушка, словно слезы, ручьем лилась кровь. Она не останавливалась ни на секунду. В глазницах жгло, так сильно, что Ильдрун хотелось умереть.

— Теперь ты почувствуешь, что познала я, от рук последователей твоей госпожи. Отныне ты слепа, а раны на твоём лице, будут отпугивать и вызывать отвращение, — проговорила ведьма, бросив ее на каменный пол.

Друидка упала, ударившись спиной. Синяками покрылось ее тело, она застонала от боли, но тут же затихла.

— Самерселия, за что? — отчаянно вскричала Ильдрун, продолжая биться в конвульсиях, лёжа на окровавленном полу. Больше всего, ее пугала неизвестность, ведь она даже не видела,что происходит вокруг, какие планы у ведьмы и какие орудия пыток в ее руках.

— Ты не справилась с испытанием, — продожила Самерселия, — Поверила, что в обители Элден Рока живут духи, ты призвала их в свою жизнь, не смогла отвергнуть, поэтому пришла расплата, — сквозь боль, Ильдрун внимала словам богини, ей было горько осознавать, что она больше не увидит света, но жрица чувствовала присутствие госпожи, словно она находилась в этой комнате, рядом с ней. — Я тебя не брошу, ты ещё послужишь мне, но сейчас тьма взяла тебя в удел, и я ничем не могу тебе помочь. Держись милая, твоя сила воли выведет тебя из Элден Рока, если ты конечно сумеешь справится.

Самерселия закончила говорить, после чего растворилась во тьме, Ильдрун больше не чувствовала рядом, ее тепла и силы.

Призрачная старуха не могла ей навредить, и даже осознать, что богиня стоит рядом, ведь Самерселия, не верила в существование призраков Мундраля, пускай и противостояла им.

— Нас убивали лишь за то, — вскричала старуха. — Что мы не такие как вы. Не поклоняемся Самерселии, а чтим силу Эргеллона, великого меча, в котором запечатана тьма. А кто сказал, что тьма, это плохо? Или вы думаете, что в праве решать, кто герой, а кто злодей? Ты сгниешь в подвалах Элден Рока, как и все твои сестры и братья по оружию и вере.