Призраки Мундраля

Глава 11: Мир изменился

Бранор и Тайлинд

Он очнулся резко, и не почувствовал рядом Тайлинда. Этот болван, пол ночи, толкал его ногами, и ужасно храпел, но сейчас Бранор не чувствовал его потных пяток, да и деревянный потолок был ему знаком. Он осознал, что находится дома, но как это произошло, не мог приложить ума. В эту самую минуту, он решил, что снова очутился в своей постели, и даже предположил, что их поход, оказался очередным сном. Бранор в последнее время, мало различал, где сон, а явь, но ноги ужасно гудели, так будто он прошагал не меньше десяти верст. Быть может он все-таки работал весь день на поле, отрабатывал деньги, за разбитую таверну, и все это ему приснилось, почудилось.

Пообедав за столом, с родителями, он отправился искать Тайлинда, чтобы понять, что вообще произошло.

Встретились они на поле.

Тайлинд батрачил с сапой, а Бранор собирал пшеницу, скручивал их в снопы и вставил по центру. Мужчины работали что было сил. Их смущали покорные лица односельчан, они были какие-то другие, не такие жизнерадостные и словно не настоящие.

— Ты тоже видел, тот сон? Где мы с тобой идем в Альхирок, — прошептал Бранор.

— Это вовсе не сон, а явь.

— Теперь хоть понятно, а то все утро не мог осознать, что вообще происходит.

— Слава Мундралю, — время от времени, раздался глас крестьян, среди благодатных полей.

— Отец заметил пропажу медяков, и таких мне тумаков навалил, сейчас, что просто.

— А мой сказал, чтобы я вместо того, чтобы по бабам шлятся, лучше бы поклонялся Мундралю и работал на поле.

— Когда это ты успеваешь и мир спасать и по бабам шляться?

— Да я уж и не упомню, — рассмеялся Бранор. — Вероятно, это очередные шутки мертвого правителя. У Мундраля явно все хорошо с чувством юмора, но настанет день, когда мы сокрушим его.

— А это кто такой? — он обомлел, по его вискам пробежал жуткий холод, из уст Тайлинда, вырвался слабый вздох, едва ли парень заметив мужчину в черном плаще, что накрыл голову капюшоном. Его краснеющие глаза, пылали огнем, он смотрел на них, будто чувствуя, что не подвластны они силе Мундраля. В какой-то миг, он просто вошел в кукурузу, скрылся за ее листьями.

— Он пошел в сторону дома Ильдрун? Но что ему там надо?

— Я никогда его не видел, возможно это какой-то ставленник Мундраля, ты видел его глаза?

— Да, они пылают огнем, — с трепетом в голосе, ответил Тайлинд.

— Это темный проповедник, прислужник Мундраля, точно, Ильдрун мне говорила, год назад кажется, — почесав репу, ответил он. — Мы ходили с ней за травами, я помогал ей собирать, и жрица сказала, что некогда были такие темные проповедники, что одурманивали народ, зазывая служить темному властелину. Это еще в те времена, когда островом правил Мундраль, а силы Альхирока, противостояли его злу.

— Давай, отправимся за ним.

— Если мы уйдем с полей, отец заметит это и всыплет мне по самое нехочу. Давай так, — почесав репу, продолжил Тайлинд. — Ты пойдешь в кукурузу, будто по малой нужде отлучится, а я придумаю, как бы мне незаметно слинять, а то если пойдем вместе, то будет подозрительно.

— Хорошо, — ответил Бранор, после чего устремился в сторону дома Ильдрун. Он пробирался сквозь пшеничное поле, расталкивая ногами, золотистые колоски, а после зашел и в саму кукурузу. Казалось всем работникам и даже его отцу, было плевать на сына, они даже не заметили его ухода, а лишь стояли на жарком солнце, трудились и время от времени, кричали хвалу Мундралю.

Заметив это Тайлинд устремился за другом, быстренько забежал в кукурузу, и оказался возле дома Ильдрун, не увидел Бранора, а лишь с опаской осмотрелся по сторонам, и заметил его ботинок, что лежал на земле. Он склонился над ним, чтобы поднять и убедится, что это действительно обувь друга, но не успел. Он услышал как что-то зарашудело в кустах, и на себе почувствовал, чей-то пронзающий взгляд. Едва ли обернувшись, он увидел сияние красный глаз и крепкий удар посохом, по голове. Тайлинд с воплем примкнул к земле.