Призраки Мундраля

Глава 13: Противостань злу.

Ильдрун

Она лежала на холодном полу, под спиной кололась сухая солома. В глазах по-прежнему жгло, но уже не так сильно, как в первые минуты.

Ильдрун чувствовала как по ее ногам ползали муравьи, как крысы бегали вокруг, махая своими хвостами. Она время от времени дёргала ногами, чтобы сбросить надоедливых насекомых, и больше всего боялась, что раны покрылись гнойниками, ведь их никто не обрабатывал.

Ильдрун сжимала руки в кулак, и стучала ими об пол. На лице застыла злобная гримаса. Сухая кровь виднелась на висках, и щеках.

Неподалеку от нее, время от времени, слышался лязг ключей, будто призрачный тюремщик перебирал их, вертел на незримых пальцах. Время от времени, из пыточной доносился стон, пронзительный крик.

Ильдрун не понимала что ей делать дальше. Страшная боль и обида ее гложила. Друидка ненавидела Мундраля, эту старуха, и весь этот город. Жрица не понимала, зачем она это все заслужила, и почему Самерселия ее бросила. Страшную обиду затаила девушка на богиню, она проклинала всех, как врагов, так и друзей. Проклинала Бранора, который указал ей на ту пещеру, проклинала Самерсию с чьего благословения, она отправилась туда.

Проклинала Мундраля и всех его прислужников. Она кричала на всю темницу. Никому не было дела до нее, никто не пытался усмирить или тем более успокоить. Все наслаждались ее болью и страданиями. Одна из самых сладких и ценных для призраков ресурсов, это отчаянии. Когда человек в таком состоянии, он выделяет очень много негативной энергии, которую поглощают духи.

Ни одна живая душа, не слышала ее зова, никто не мог ей помочь.

Она продолжала стучать, била руками по каменному полу, почти не ощущая боли, как вдруг почувствовала у себя на волосах, а позже и на лице, мохнатые лапы. Ужасный паук залез ей прямо на нос, после чего устремился к губам. Коснулся рта.

Она на миг испугалась, застыла от страха, но после как хватила его. Он ужалил ее за пальцы, но девушка, пересилив себя, разорвала его на части и бросила ошметки прочь. Паучий яд, пал ей на лицо, забрызгал грязное от пыли платье. Несколько капель скатилось в пустые окровавленные глазницы. Они зашипели, зажглись огнем и вмиг погасли. Ильдрун стиснула зубы, после чего застонала от боли. Она вновь прикусила губу, яд попал на язык. Ильдрун надеялась быстро умереть, стала вытирать лицо от яда, и облизывать пальцы, ведь знала, что яд некоторых пауков, смертелен для человека, хотя наверняка не знала, с каким именно она сражалась.

Но после принятия отравы, ей стало совсем плохо. Ее рассудок затуманился, покрылся слоем пепла.

Все казалось сном, ощущение будто она испила бочку хмельного.

Девушку трясло и кидало из стороны в сторону, как вдруг она затихла.

Она ничего не понимала, боль покинула ее. Слабость, поразила каждую клетку ее тела, Ильдрун парализовало, она не могла пошевелить даже губами, дыхание стало прерывистым. Очень быстро она поняла, что покидает сознание покидает ее.

Очнувшись спустя время, девушка поняла, что вокруг никого нет. Сплошная тишина царила вокруг, будто вакуум. Ни призрачных шепотов, ни криков из пыточной. Словно и не было здесь никого, лишь где-то вдали, по улицам города, гулял ветер, зловеще посвистывал, пробивался сквозь щели развалин.

— Элден Рок пуст, — раздался голос Самерселии, да так резко, что волосы Ильдрун встали дыбом.. — Здесь нет ни духов, ни Мундраля. Оставшись без глаз, тебе будет легче поверить в это, ведь ты не увидишь их. Не верь тому, что ты слышишь, а следуй прямо к воротам.

— Но как я пойму куда идти? Я ведь ничего не вижу, — вскричала Ильдрун. Но все же надежда на спасения поселилась в ее сердце, заиграла сказочным светом. — Да и как я выйду, темница то закрыта, — продолжила она, нащупав ограду перед собой.

— Двери открыты, а выход найти тебе поможет, твой дар, вперёд жрица, — проговорила Самерселия, как вдруг решетка со скрипом отворилась. — Иди, я жду тебя в стенах Альхирока.

Голос богини затих, Ильдрун собравшись с силами, отправилась вперед, правой рукой она держалась за стену, и шла вдоль нее, а левой прощупывала дорогу.

Девушка шла аккуратно, с трудом делая шаг за шагом. Ей было по-прежнему страшно, ведь она боялась неизвестности. Страшилась того, что прямо перед ней, мог стоять кто угодно, Илдис, Мундраль или простой, рядовой житель этого призрачного города. Других людей здесь не было, да и зверье, что жило в здешних лесах, словно чувствуя темную силу, обходило его десятой дорогой.

Девушка с трудом взбиралась по каменной лестницы, и едва нащупав рукоять двери, дернула ее.

Она со ржавый звоном отворилась, Ильдрун сделала аккуратный шаг вперед.

Друидка пыталась привыкнуть к жизни без глаз, ходить без зрения, ориентироваться в пространстве.

Она шла по узкому, плохо освещенному коридору, с трудом перебирая ногами, как вдруг впереди послышались монотонные, гулкие шаги. Она остановилась, чтобы прислушаться. Шаги затихли, она сделала шаг вперёд, короткий, робкий шаг, и вдруг услышала, как чей-то каблук касается пола, который был устелен покореженной, побитой и изношенной от времени, плиткой. Она была присыпана слоем пилы, на которой четко виднелись следы от ног, и далеко не все следы были оставлены Ильдрун, многие из них, были здесь задолго до нее. Это следы некогда живших здесь людей, что служили при дворе короля Мундраля, и теперь, время от времени, они появятся, на мрачном полу этого зала.