Призраки прошлого

Глава 1

Небо вспыхнуло очередной молнией, и я невольно вздрогнула, когда следом прокатился тяжелый, глухой раскат грома. Ливень не прекращался с самого утра — густой, холодный, превращающий улицы Вирена в зеркальные реки. Но даже эта отвратительная погода не могла испортить моего настроения. Сегодня был мой вечер. Самый важный вечер в моей жизни.

До начала презентации новой выставки оставался всего час.

Кирилл Зорин все-таки сдался. Не знаю, что именно его добило — мое обаяние или сумма, от которой у него затряслись руки, — но коллекция «Правительская оранжерея» наконец перешла ко мне. Именно из-за нее сегодняшний прием уже несколько недель был главной темой всех светских разговоров.

В галерее соберутся все.

Коллекционеры. Журналисты. Владельцы крупнейших компаний. Искусствоведы, готовые удавиться за приглашение. И, конечно, те, кто просто мечтает увидеть Лану Ринг — женщину, сумевшую превратить искусство в религию для всего Вирена.

«Магия в искусстве» — самое популярное место столицы. Моя галерея. Мое детище. Каждый угол этого здания пропитан моими нервами, бессонными ночами и жаждой доказать всем, что я достойна стоять выше остальных.

Пять лет. Пять долгих лет я рвала себя на части, выстраивая эту империю. Подбирала персонал, устраняла конкурентов, договаривалась, покупала, угрожала, улыбалась тогда, когда хотелось вцепиться людям в глотки.

Мир искусства только на первый взгляд кажется утонченным и возвышенным. На деле — это скачки на выживание. Здесь побеждает тот, кто первым доберется до редкого шедевра. А вместе с картиной приходят деньги, влияние и толпы людей, готовых платить любые суммы лишь за право прикоснуться к прекрасному.

И я побеждала.

Почти все сохранившиеся полотна старше шестисот лет теперь принадлежали мне. За «Правительской оранжереей» охотились многие, но главным моим соперником был Анатолий Блорд. Мы шли буквально ноздря в ноздрю, и все же победа досталась мне.

Как и всегда.

Я расслабленно откинулась на мягкое сиденье новенького Fenrari, который доставили специально для меня из-за Грани. Иначе и быть не могло. Лана Ринг всегда получает желаемое. Любой ценой.

Машину внезапно повело в сторону. Я резко ударилась плечом о дверь и больно приложилась головой о стекло.

— Макс, ты охренел?! — сорвалось у меня прежде, чем я успела сдержаться. — Ты вообще на дорогу смотришь или решил выпить перед работой?!

Водитель мгновенно побледнел и крепче вцепился в руль.

— Простите, Лана… Я просто очень волнуюсь. Моя жена сейчас в больнице рожает. Помните, я просил выходной?

— Макс, мне совершенно нет дела до твоей жены, — холодно отрезала я, доставая из сумочки маленькое зеркальце.

Я осмотрела отражение и облегченно выдохнула. Прическа, на которую ушло больше двадцати тысяч тени, осталась идеальной.

— У меня сегодня важнейший вечер в жизни. И только попробуй его испортить.

— Простите… Этого больше не повторится.

— Уж постарайся.

Я защелкнула зеркальце и вернула его в сумку.

Макс работал у меня уже три года. Платила я щедро, поэтому он держался за место зубами. И, надо признать, со своей работой справлялся отлично. Но его просьба взять выходной именно сегодня казалась мне до смешного нелепой.

Словно его присутствие действительно необходимо при родах. Что он вообще собирался там делать? Смотреть на измученную женщину и орущее сморщенное существо, которое она произведет на свет?

Брр… от одной только мысли меня передернуло. Нет уж. Пусть лучше считает, что я оказала ему услугу.

За окном наконец показалась знакомая вывеска галереи. Возле входа уже толпились репортеры. Вспышки фотокамер резали темноту дождливого вечера, словно маленькие молнии.

Машина плавно остановилась у красной дорожки. Макс первым выскочил наружу, раскрыл зонт и открыл передо мной дверь.

— Через час заберешь меня обратно, — бросила я, выходя из машины. Этого времени хватит, чтобы насладиться своим триумфом.

— Так скоро? — неуверенно спросил он. — Я хотел заехать в больницу…

Я медленно повернула голову.

— Какая еще больница, Макс? — зашипела я. — Тебе напомнить, за что именно я плачу тебе деньги?

— Нет, Лана… но…

— Никаких «но». Через час ты будешь ждать меня здесь. И не забывай, кем ты был до того, как я тебя нашла. И на чьи деньги собираешься обеспечивать своего ребенка.

Он дернулся, будто от пощечины. Несколько поседевших прядей упали ему на лоб, скрывая светлые глаза — слишком добрые, слишком честные. Точно такие же глаза когда-то были у моего отца.

На мгновение внутри неприятно кольнуло, но чувство исчезло так же быстро, как и появилось.

— Я понял, Лана, — тихо произнес Макс. — Через час буду ждать вас у входа.

— Свободен.

Я забрала у него зонт и медленно огляделась.

Из мраморного здания лилась приглушенная музыка. Гости оживленно смеялись, поднимались по ступеням, позировали фотографам и купались во внимании прессы.

Совсем скоро их взгляды будут прикованы ко мне.

Но одно портило картину.

Алексея нигде не было.

Мой парень должен был встретить меня у входа и сопровождать весь вечер. Только его опоздания мне сейчас не хватало.

Я снова пробежалась взглядом по толпе, пытаясь найти знакомую светлую макушку. И не нашла. Зато заметила другого мужчину. Он стоял чуть поодаль от репортеров, прямо под дождем, без зонта, и смотрел на меня так, будто хотел уничтожить одним только взглядом.

Анатолий.